Отголоски иного мира - Филип Янси

Читая мемуары Сакса, я понял тайну мистиков, которых мы называем святыми. Они живут сиюминутно, здесь и сейчас. Возможно, именно поэтому многие из них уходили в пустыню: пустыня помогает предельной концентрации внимания. Если человек способен прожить насыщенно один лишь миг, то он сможет прожить насыщенно и целый день. А вслед за насыщенными днями придет и полноценная жизнь. Я же трачу столько сил на исправление жизни в целом, что конкретные моменты пролетают мимо меня. Однако вот чему учит сестра Джоан Читтистер, монахиня ордена бенедиктинцев: «Мы должны почтительно относиться к каждой отдельно взятой вещи, аккуратно с ней обращаться и заботиться о ней независимо от ее возраста. Мы входим в святость мироздания, когда признаем: абсолютно каждый элемент в нем есть искра Божественного…

Мы — часть святой вселенной, а не ее творцы и не повелители. Творец — Бог, Судья — Бог, и Бог ждет, когда до нас это дойдет…

Все, что мы есть; все, что нам говорят; все, что с нами происходит, есть зов Божий. Более того, все происходящее есть призыв Бога принять все то, что нам не следует изменять, и изменить то, чего нам не следует принимать. И тогда Божье Присутствие восторжествует вокруг нас…

Путь к обретению Бога лежит в максимальном проживании каждой минуты».

Задача созерцания состоит в том, чтобы увидеть мир таким, каким его видит Бог, в единстве зримого и незримого. Это учеба длиною в жизнь, хотя бывают и редкие вспышки откровения.

***

«Нет ничего в самом себе нечистого», — пишет апостол Павел (Рим 14:14). «Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте во славу Божию» (1 Кор 10:31). Стало быть, важен настрой, мотивация: ради чего мы делаем то или иное. Природа, люди, еда, работа, богослужение — все может привести к Богу. И напротив, пренебрегая сексуальными, личными, социальными, профессиональными и политическими заботами и обязанностями, мы приуменьшаем реальность Божьего присутствия в мире. Поэтому апостол Павел и не чурался самых разных занятий, но все их посвящал Всевышнему.

Рецукционист вечно склоняет голову долу: в поисках ключей к человеческому поведению Эдвард Уилсон ползает с лупой возле муравейника. Получается, что мы — существа насквозь эгоистичные: дабы сохранить гены, следуем инстинкту похоти; эксплуатируем природу исключительно в интересах своего вида, а весь наш альтруизм — лишь видимость, за которой стоит тонкий расчет.

Искатель священного взирает вверх и видит, что источник солнечных лучей — солнце. Подростковая сексуальность пробудила у Данте страх, и он, пытаясь понять, что делать, стал смотреть не на свое тело, а на Бога. Джон Муир увидел в природе искусство Художника, Которого, склонившись, возблагодарил. Мать Тереза разглядела в умирающих калькуттских нищих горний свет, и служила она им словно Самому Христу. Кельтский святой Колумба ощущал Божие присутствие всюду: «Иногда — собирая крабов на скалах, иногда — ловя рыбу, иногда — давая пищу бедным, иногда — в келье»[23].

Тот, кто смотрит вниз, приходит к выводу: наша судьба — биология. Перспектива довольно убогая, ибо, по мнению психологов, человеку не чужды ни желание убить собственных родителей, ни склонность к лени и безделью, ни жестокость и грубость.

Тот, кто смотрит вверх, заключает: наша судьба — вечность. Да, в генах, возможно, и заложены животные инстинкты. Но мы призваны возвыситься над ними. Долго же нам придется смотреть на муравейник, прежде чем мы обретем любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость и воздержание! По словам апостола Павла (Гал 5:22–23), именно эти качества — «плоды Духа» — и указывают на Божье присутствие в человеческой жизни. Там, где обитает Бог, плоды Духа являют себя сполна.

Человек проносит в себе борьбу между импульсом и подавлением импульса, падшей природой и образом Божиим сквозь всю жизнь. Взгляд на жизнь как на таинство предполагает доверие: в конце концов, Создатель человеческой природы все обратит нам на пользу.

***

«Все мы более мистики, чем думаем или, по крайней мере, хотим думать. Все мы видели больше, чем готовы сами себе признаться. В минуты красоты и страдания, во время неуловимых поворотных моментов жизни мы улавливали отблески света, который ослепляет святых. Но только, в отличие от святых, мы жили дальше так, словно ничего не случилось. Жить так, словно что–то случилось, пусть даже мы не уверены, что именно случилось и зачем, — значит войти в область жизни, которая именуется религией».

Фредерик Бюхнер, американский писатель и богослов

Глава 4. Богу важно не «что», а «как»

Я ежедневно благодарю Бога за три вещи: за то, что Он дал знание Промысла Своего; еще больше за то, что во тьме Он зажег для меня светильник веры, и еще больше за то, что я могу надеяться на жизнь иную — радостную, со светом, цветами и небесной песней.

Хелен Келлер, слепоглухая американская писательница, преподаватель и общественный деятель

В прошлое воскресенье я выступал в церкви с рассказом о недавней поездке. Потом ко мне подошли два незнакомца. Один из них, мужчина средних лет во фланелевой рубашке, слегка растрепанный и с непослушным седым вихром, высказывался оживленно и увлеченно. Я обрадовался его заинтересованности. Но затем вмешался его спутник, который поддерживал его за локоть:

— Джейсон говорит правду, ему очень понравился ваш рассказ. Но должен вас предупредить: я работаю с людьми, которые перенесли тяжелые травмы мозга. Двенадцать лет назад в автокатастрофе погибла жена Джейсона, и он тоже пострадал, у него пропала долгосрочная память. К тому моменту, как я отвезу его домой, он забудет все, что вы говорили, и даже этот наш разговор.

— Верно, — Джейсон смущенно–глуповато улыбнулся, — я даже и вас забуду.

…Жить одним моментом не всегда хорошо. Если частицы моей жизни не сложатся в стройный ряд, толку от них будет не больше, чем от переживаний бедняги Джейсона. Учась у Челибидаке созерцательности и осознанию важности сиюминутного, я думаю: части должны соединяться в целое, иначе будет казаться, что музыканты просто нестройно разыгрываются перед концертом (когда валторнист, скажем, играет Брукнера, скрипач — Баха, а барабанщик — рок).

В жизни каждого человека, осознает он их или нет, существуют определенные закономерности. Скажем, некоторые из моих знакомых целиком поглощены накопительством. Они ежедневно изучают котировки акций, имеют дома в нескольких странах и каждый год покупают дорогие автомобили. Другие, наоборот, работают за минимальную плату — так они выражают протест против родителей, которые заставляли их делать карьеру. Одни вкалывают по десять часов в день, другие спят до полудня. Есть женщины, которые прихорашиваются часами, а есть такие, которые за собой особо не следят и не пользуются косметикой. Виноторговец держит в хорошо проветриваемом подвальном помещении десятки тысяч бутылок марочного вина, а алкоголик не способен сохранить дома ни одной непочатой чекушки. Один мой сосед поставил себе целью выступить в популярной телевизионной игре–викторине «Рискуй!». Он тренируется по два часа в день, используя экран, на который выводятся вопросы…

Эти закономерные особенности, свойственные каждому человеку, вырастают из естественных желаний и устремлений. Наши тела нуждаются в пище, питье, тонусе, удовольствиях и сексе. Есть и более высокий уровень потребностей — жажда красоты, любви, ценностей, смысла и востребованности. Такие нужды имеются у каждого, и наше отношение к ним во многом определяется нашим представлением о том, почему мы оказались в этом мире.

Если Homo Sapiens — всего лишь один из животных видов, если нет загробной жизни, если человек не несет ответственности перед Высшей Силой, то почему бы ему и не отдаться удовольствиям целиком? С другой стороны, если я считаю нашу планету творением рук Божьих, а в своих желаниях вижу отголоски иной реальности, то я буду стремиться познать Божий замысел по тем сигналам, которые получаю из невидимого мира. Я хочу соединить оба мира, а для этого мне необходимо признать: мне следует искать водительство не в себе самом, а вне меня, выше меня.

***

Бог изливает благие дары в мир, и от того, что мы с ними сделаем, зависит, останутся ли они благими, полезными. Жить гармоничной жизнью — все равно что ехать на лошади: чуть сильнее накренишься налево или направо — упадешь. Радость же от верховой езды можно получить, лишь удержавшись в седле.

Я вырос в репрессивной церковной среде, а потому не понаслышке знаю, как легко соскользнуть с «лошади». Шестидесятые годы были горячими: молодежь ставила под сомнение все подряд. Мы искренне считали, что строим новое общество, общество свободы, мира и любви.

Сексуальная революция освободила секс от уз брака. Революционеры уверяли, что «народные правительства» Кубы и других стран построят справедливый мир. Такие богословы, как Харви Кокс, проповедовали религию без Церкви и духовность без религии. Журналы кричали: «Похоть возвращается!» и «Жадность — это хорошо!» Прием наркотиков нередко поощряли даже преподаватели высших учебных заведений.