Новая кровь - Роберт Асприн

— Из любезности? — поинтересовался Кейд. — А может, ты что-нибудь вынюхиваешь? А, парень?

— Ничего я не вынюхиваю. Просто так спросил, — отрезал юноша. — Извините, если побеспокоил, господин. — И он попятился, стараясь не поворачиваться спиной к Кейду.

— Погоди! — окликнул его Кейд. — Погоди! — Он шагнул к парню, но тот отскочил, предпочитая сохранять дистанцию. — Ты кто такой?

— А вам какое дело? — напрягшись, огрызнулся парнишка. Он пока что не выглядел особенно обеспокоенным, но явно предпочитал быть настороже. Кейд швырнул юноше мелкую серебряную монетку, которую тот ловко поймал.

— Я не торгую собой, — отрезал парнишка.

— Мне не нужно твое тело, — отозвался Кейд. — Мне нужна информация.

Он постучал себя пальцем по лбу.

На лице парня отразилась заинтересованность. Он попробовал монетку на зуб, после чего она исчезла неведомо куда.

— Некоторые сведения стоят больше, некоторые — меньше. Что именно вы хотите купить?

— Мне нужно знать все о Бестиях.

— Плащ Шальпы! — выругался юноша. — Приятель, тебе что — жить надоело?

— Ты не принадлежишь ни к какой группе. Ты сам по себе, — сказал Кейд. — А раз ухитряешься выжить в одиночку, значит, ты достаточно умен. И много знаешь. Я хочу узнать то, что известно тебе.

— Почему?

— Потому, что они убили моего брата

Кейд прекрасно понимал, что разумнее было бы солгать, но… Впрочем, он всегда может убить парня — позже. Его, так или иначе, ждет смерть: одиночки здесь подолгу не живут.

— Меня зовут Рейф, — сказал юноша и смерил Кейда взглядом — Ты хоть умеешь обращаться с мечом? — недоверчиво поинтересовался он.

Кейд наклонился, пошарил под ногами, потом поднял небольшую деревяшку — четыре дюйма в длину, полдюйма в ширину — и вручил ее парнишке.

— Держи.

Рейф взял деревяшку в правую руку. Кейд неуловимым движением вытащил меч и рассек деревяшку на две части, а левой одновременно метнул спрятанный до того нож. Нож вонзился в деревяшку и пригвоздил ее к полу. Рейф оторопело уставился на обрубок, оставшийся у него в руках. Кейд улыбнулся.

— Как видишь, умею.

— Во блин! — Рейф очумело потряс головой. — Я расскажу тебе все, что знаю, если ты заплатишь мне еще монету и никому не проболтаешься, что я тебе помог.

— Помоги мне, парень, и я возьму тебя под свою защиту.

Конечно, это обещание было ложью, но мальчишка смотрел на Кейда так восторженно и в его взгляде было столько надежды, а в этой надежде — столько страха… Кейд почти почувствовал себя виноватым.

— Пошли, — сказал Рейф. — Я отведу тебя туда, где мы сможем поговорить спокойно.

Кейд двинулся следом за Рейфом, лишь покачав головой при виде подобной глупости. Их могут заметить вместе, и тогда мальчишка заплатит за месть, которую свершит Кейд. Видимо, парень действительно доведен до отчаяния. Не исключено, что его удастся использовать Кейд снова покачал головой. Нет, парень определенно покойник. Конечно, это все могло оказаться ловушкой… хотя маловероятно. Кейд бесшумно шагал следом за юношей, сохраняя абсолютно бесстрастное выражение лица: мертвоглазая акула адского моря.

Рейф двигался быстро, ловко избегая встреч со случайными прохожими. Он вел Кейда извилистыми улочками и нехожеными тропками. В конце концов он нырнул в тупик, подошел к грязной стене и быстро перемахнул через нее. Кейд последовал за парнем, не забыв, впрочем, про меры предосторожности.

Перебравшись через стену, Кейд обнаружил, что попал в закуток примерно десяти футов в длину и трех в ширину. Рейф опустился на колени и принялся разбрасывать мусор, расчищая проход. Потом они забрались в какой-то отвратительно воняющий туннель. Кейд сообразил, что это — остатки канализационных сооружений, построенных в лучшие времена. Наконец Рейф скомандовал остановиться. Впереди появился свет.

Свет был солнечным. Они оказались в небольшой комнатке с кирпичными стенами. Рейф вынул один из кирпичей, и в комнату проник сноп солнечного света. Пахло в комнате так, словно где-то по соседству лежал разлагающийся труп.

— Это мое лучшее укрытие, — с гордостью произнес Рейф. Кейд улыбнулся, поняв, что парнишка оказал ему чрезвычайное доверие. Он еще раз присмотрелся к Рейфу. Лицо юноши находилось в тени, но каким-то образом создавалось впечатление, будто его темные глаза лучатся мягким серебристым сиянием.

— За что ты ненавидишь Бестий? — спросил Кейд.

— С чего ты взял, что я ненавижу этих подонков? — вопросом на вопрос ответил Рейф. Впрочем, удивления ему скрыть не удалось.

— Ты хочешь помочь мне, но не только потому, что на этом можно что-нибудь заработать. Ты хочешь поквитаться с Бестиями. — Кейд сел, прислонившись спиной к стене; парнишка медленно повторил его движение. — Кроме того, ты неглуп. Нас вполне могли заметить, когда мы шли вместе. Если я допеку Бестий, они наверняка узнают, что ты разговаривал со мной. И тогда они до тебя доберутся.

Кейд снова удивился собственному поведению. С чего это вдруг его потянуло вести себя честно? Рейф некоторое время сидел молча, переваривая слова Кейда

— Так, выходит, ты знаешь Низовье? — спросил он наконец, поигрывая ножом.

— Я здесь вырос. Рейф кивнул.

— Оно и видно. — Парнишка поерзал, устраиваясь поудобнее. — Можно сколько угодно дурачить тех, кто не бывал здесь, но те, кто здесь жил — меченые. И этой метки не скрыть.

Кейд промолчал, ожидая, что еще скажет парнишка.

— Я родился здесь, — пробормотал Рейф, глядя куда-то вбок. — Отец и мать пьют без просыху. В прошлом году они продали мою сестру работорговцам. Отец бил мать, насиловал сестру. Мать за выпивку готова сделать все, что угодно. Иногда она подрабатывает у Мамаши Беко. Но мой брат… — Рейф умолк.

Кейд все понял. Еще одна семья, уничтоженная Низовьем. Рейф действительно был одиночкой, во всех смыслах этого слова. Пока он не сдался. Но ..

— Так что с твоим братом?

— Мы — из старого илсигского рода, — бесцветным голосом произнес Рейф. Здесь, в его «лучшем укрытии», было холодно, но Кейд чувствовал исходивший от парнишки запах пота. — Вот почему я заговорил с тобой. — Он махнул рукой, сделав какой-то неопределенный жест. — Из-за косы. Я помню, что она означает. Сейчас это мало кто помнит.

— Так что с братом?

— НФОС. Ну, он никак не мог забыть, что мы из старинного рода, — паренек пожал плечами. — Он здорово избил отца, когда родители продали сестру. Мы с ним ушли из дома. Брат не лез ни в какие заварушки, но у нас было пропитание. Я бегал по поручениям, был посыльным. Мы работали в Низовье, и брат был в долгу перед НФОС — за покровительство. — Рейф продолжал вертеть в руках нож — видимо, тот придавал ему уверенности, — и свет играл на клинке.