Стая - Виктор Точинов

Мухомор выдержал паузу, словно раздумывал о возможных последствиях рискованного блефа. И сделал вывод:

– Нет уж, я в такие игры не игрок. Всё, считайте, что закончился мой контракт. По форс-мажорным обстоятельствам.

Мастер, ожидавший подобных сомнений, хмыкнул. Не хотелось, но все-таки придется продемонстрировать козырную карту… Впрочем, ждать подвоха не стоит, самостоятельно подчиненному все равно не найти покупателей… Он наклонился к стоявшему у ног металлическому чемоданчику (Мухомор давно бросал на сей предмет недоуменные взгляды), повозился с кодовыми замками…

Внутренний объем оказался куда меньше, чем стоило ожидать по внешним габаритам, и Мухомор понял: чемоданчик не простой. Чем-то оборудован – или системой ликвидации, или устройством, поддерживающим заданную температуру… А может быть, тем и другим одновременно.

Потому что внутри, в выемках, проложенных чем-то мягким, лежали семь хорошо знакомых Мухомору контейнеров – стальных цилиндров со стальными же винтовыми крышками на мелкой резьбе. На боку каждого цилиндра нанесен знак: «биологическая опасность». На каждой крышке черной краской выведено число 57.

Он… Штамм-57… Главное богатство Лаборатории – штамм, превращающий человека в нечто ИНОЕ, как физически, так и психически… Штамм, считавшийся после недавних событий безвозвратно утерянным.

– Откуда?! – изумился Мухомор.

– От верблюда… Заначка. Моя, личная. На черный день. Лежала здесь, в тайничке, – системой уничтожения не оборудованном. У меня тут своя система, отдельная, – Мастер постучал пальцем по чемоданчику, – все тип-топ, чужим не достанется…

Крышка вновь опустилась, Мастер потянулся к замку…

– Мать твою! – тревожным голосом сказал Мухомор. – Принес черт туристов… Только вот их не хватало.

Мастер резко распрямился, оглянулся, не выпуская чемоданчика. Не увидел никаких туристов – ни на воде, ни на дальнем брегу. Недоуменно повернулся к собеседнику… И понял, что попался на дешевую, самую примитивнейшую уловку, – дуло пистолета почти упиралось в зеленый камуфляж Мастера.

Пуля ударила в грудь, отшвырнула назад, и он непременно свалился бы с обрыва, но Мухомор успел ухватиться за чемоданчик.

Мастеру казалось, что они стоят долго, бесконечно долго, вцепившись с двух сторон в бесценное хранилище «пятьдесят седьмого»… Еще ему казалось, что ранен он не так уж и серьезно, и что сейчас выхватит пистолет и всадит в подонка Мухомора всю обойму, и что потом он крикнет, позовет на помощь, и помощь придет, и его перевяжут, остановят кровотечение… Правая рука Мастера отпустила чемоданчик, тянулась к кобуре и все никак не могла дотянуться…

На самом деле всё заняло пару секунд, не дольше. Сначала разжалась одна рука, затем вторая, затем Мастер тяжело рухнул с обрыва. Голова и верхняя часть туловища угодили в озеро, взметнув фонтан брызг и распугав стайку мальков, ноги остались на песке… В кристально прозрачной воде расползалось облачко розовой мути.

Мухомор осторожно, буквально не дыша, опустил чемоданчик на траву. Поднял крышку, готовый в случае чего выхватить, спасти хотя бы один цилиндр… Не понадобилось, систему ликвидации бывший владелец задействовать не успел…

Спускаться вниз Мухомор не стал – тщательно прицелившись, прямо с обрыва сделал контрольный выстрел. Попал в голову с первой пули, стрелком он был неплохим… И не хуже Мастера знал простое арифметическое правило: наибольший результат при делении любой суммы получится, если делить ее на одного.

Леонид Сергеевич Ивашов, известный под прозвищем Мастер, не ошибался – самостоятельно Мухомор едва ли смог бы отыскать покупателей, хорошо представляющих ценность контейнеров с ампулами штамма-57, – и согласных заплатить соответствующую цену.

И тем не менее Мастер допустил-таки фатальную для себя ошибку… Мухомору не требовалось искать покупателей. Покупатели сами нашли его. По крайней мере он надеялся, что люди, вышедшие на контакт две недели назад, заплатят достаточно щедро.

Однако Мухомор не поспешил выйти на связь со своим конфидентом – мужчиной, очень мягко произносящим согласные звуки, отчего речь его приобретала некую задушевность… В одном покойный Мастер был прав: к такой сделке надо подготовиться так, чтобы у покупателя не осталось иного выхода, кроме как честно расплатиться…

3.

Наверное, он выглядел сейчас еще смешнее, чем недавно с коляской возле универсама, – плечистый верзила с младенцем на руках, поднимающийся по эскалатору метро… Но Граеву было не до смеха.

Он напряженно прокачивал ситуацию, пытаясь понять: что же сегодня произошло. А самое главное: по какой причине?..

Нет, с технической точки зрения все ясно и понятно, весь план покушения…

Наверняка планировалось, что под аркой лягут два трупа – и Граев, и Саша. В противном случае киллеру не было никакого резона столь откровенно светиться перед потенциальной свидетельницей.

А блондин с ножом отнюдь не страховал стрелявшего (пистолет у него Граев так и не нашел, зато нащупал в кармане связку отмычек). Блондину надлежало попасть в квартиру – как только получит сигнал: хозяева уже не придут и ничем не помешают. Попасть, и?.. И что-то отыскать, что-то важное и ценное, отыскать быстро, до неизбежного появления стражей закона…

Но что, черт побери? Ради чего всё затевалось? Ради чего планировалось двойное убийство?

Версию о том, что причиной стала денежная заначка Граева, отложенная на покупку квартиры, внимания не заслуживает, – услуги команды профессионалов такого уровня стоят значительно дороже.

Граев мысленно перебрал все дела, коими приходилось заниматься в «Бейкер-стрит» в последние два месяца… Вроде бы ни одно из них не должно вызвать столь серьезную реакцию столь серьезных людей. Есть, конечно, шанс, что совершенно незначительное на первый взгляд расследование затронуло интересы кого-то сильного и влиятельного… Да ну, ерунда… У сильных и влиятельных по определению хватает и силы, и влияния, чтобы надеть намордник, ошейник и короткий поводок на частно-розыскную контору. Правовое положение частных сыскарей в нашей стране настолько шаткое, что с влиятельными людьми тягаться нет никаких возможностей. В общем, не просматривается в нынешней службе Граева причин для стрельбы…

Предыдущие месяцы, проведенные на лечении в Швейцарии, тоже можно не принимать в расчет.

Значит…

Значит, остается лишь один вариант. Самый гнусный.

Год назад Граеву довелось столкнуться с людьми, решавшими все возникающие проблемы именно так: быстро и кроваво. С людьми, именовавшими свою организацию с демонстративным миролюбием: «Лаборатория генетического анализа ВИР».