Операция Гемма - Николай Раков

— Неужели гипнозом решили заняться, — пошутил Колдун, перенастраивая оружие на более широкий луч.

— Лучше приготовьтесь. Мне кажется, они получили команду и чего-то ждут.

— Сейчас придет их король и определится, подходим мы ему на обед или можно поохотиться на другую дичь, — внес свое предположение Самум.

Психолог не ошибся. Минуты через три в поле зрения людей появилась крыса, двигавшаяся среди своих сородичей, как слон среди собак. Это была особь в два раза крупнее всех своих сородичей и двигавшаяся так, будто никого из них вокруг не было.

Хвостатый гигант встал передними лапами на поверженные тушки и оттого казался еще более огромным. Поведя носом и осмотрев незнакомых пришельцев в своих владениях, крысиный король или королева пискнул, и толпы подданных, развернувшись, мгновенно скрылись в тоннелях. Животное еще постояло некоторое время, а потом двинулось в ту же сторону, откуда пришло.

Диверсанты не сводили глаз с удаляющегося монстра, когда он повернулся и, сев на задние лапы, уставился на них.

— Вам не кажется, что его величество приглашает нас следовать за ним? — спросил Самум.

— Похоже на то, — проговорил Шаман, набрасывая за плечи лямки рюкзака.

Как только люди спрыгнули с выступа, на котором находились, и двинулись в сторону ожидавшего животного, крыса, гордо неся голову, двинулась вперед. За своим странным проводником они прошли по тоннелям более восьми километров. В одном месте тоннель обрывался шестиметровым провалом, который животное перепрыгнуло, казалось, не заметив. Диверсанты остановились и стали искать способ переправы, но ни вдоль стены не обнаружилось никакой тропинки, ни на полу не лежало никакого подручного материала, трубы или лестницы, которые можно было перебросить на другую сторону. Колдун уже полез за специальными перчатками для передвижения по вертикальным поверхностям, когда с потолка к ногам Шамана упал канат, верхний конец которого уходил куда-то в темноту потолка. Подергав за этот импровизированный мост и убедившись, что он крепко привязан, диверсанты маятниками перелетели провал и вновь последовали за своим проводником.

Местами тоннель скупо освещался редкими лампами, и лежащий под лестницами из скоб мусор свидетельствовал о том, что в этой части коммуникаций бывают люди. Ветер в моменты, когда наверху открывался люк, заносил вниз сухие листья, обрывки бумаги и пыль.

Вскоре прогулка по широким проспектам подземелья кончилась и приходилось, согнувшись на четвереньках, а то и ползком протискиваться в образовавшиеся щели и провалы, спускаться на глубину до десяти метров, цепляясь за выступы и трещины в вертикальной стене. Проводник невозмутимо и уверенно шел вперед, временами поджидая слегка запыхавшихся провожатых.

Наконец крыса привела троицу в узкий темный коридор, где стоял металлический шкаф с облупившейся краской, покрытый плесенью и затянутый густым слоем паутины. Многозначительно поскребя по его дверце лапой, она скрылась в темной щели, вильнув на прощание хвостом.

— Я так понимаю, что нам предлагают ознакомиться с содержимым этого хлама, — произнес Колдун, берясь за ручку дверцы.

— Ты бы хоть взглянул, возможно, заминировано, — предостерег Самум.

— Ну конечно, крыса-минер, как я сразу не догадался, — согласился инженер, решительно распахивая шкаф.

Шаман с Самумом направили свои фонари в глубь открывшейся ниши, где их взорам предстала нерадостная картина запустения. Хаотичное переплетение проводов, оборванные концы электрических цепей, оплавленное оборудование и все основательно затянутое пылью и паутиной.

Инженер некоторое время рассматривал эту электрическую свалку, а потом начал раздвигать свисающие пучки проводки и смахивать пыль и паутину.

— Что и требовалось доказать, — проговорил он, вынимая из шкафа допотопную телефонную трубку, за которой тянулся провод.

Отодвинувшись от шкафа, он указал в глубь искореженных приборов, где мигал едва видимый красный огонек.

— С нами хотят поговорить, командир, — сообщил он, протягивая трубку Шаману.

Тот приложил трубку к уху, в которой раздавалось только едва слышимое потрескивание и другие помехи.

— Никого, — проговорил он, возвращая трубку инженеру.

— Может, там надо что-нибудь переключить, — подсказал Самум.

— Да, я забыл набрать номер справочной, — съязвил Колдун.

— Когда наберешь, спроси номер местного «Шератона» и закажи три лучших номера, а то данное помещение свидетельствует о неуважении к гостям и об отсутствии должного комфорта.

— Если тебя устраивает обслуживающий персонал из штурмовиков, то я сейчас же выполню твою просьбу.

— Кончайте трепаться. Почему не работает? — спросил Шаман.

— Работает, — ответил Колдун. — Соединение прошло сразу, как только я вынул трубку из гнезда. Скорее всего, хозяина этой цепи нет дома. Придется подождать.

— А это не сигнал для вызова почетного эскорта с автоматами, — спросил подозрительный Самум.

— Сейчас посмотрим. Мне так не кажется, но проверить не мешает, — ответил инженер.

Он вытянул из наручной персоналки тонкий щуп и, запустив руки в щит, начал в нем ковыряться, периодически поглядывая на экран прибора.

— Нет, — окончив свои манипуляции, сообщил он. — Я тут кое-что усовершенствовал. Сейчас сигнал вызова идет из нескольких аналогичных точек. Его прием не осуществляется. Если вдруг появятся непрошеные любопытные, то им придется здорово побегать. Определить, откуда идет сигнал вызова, они не смогут.

— Давайте подождем, — принял решение Шаман, устраиваясь поудобнее на рюкзаке.

Они успели перекурить, а Колдун даже сжевать часть пищевой плитки из пайка, когда шумовой фон в трубке изменился.

— Говорит техник О-Сул, — прозвучало в ней по-гаюнски, когда Шаман поднес трубку к уху.

— Нас связал с вами странный проводник, передвигающийся на четырех лапах, — ответил на том же языке диверсант.

— Наконец-то вы появились, — на универсальном солнечном ответил собеседник на том конце. — Где вы находитесь, я не могу определиться в цепи, активированы все каналы связи.

— Сначала ответьте на пару вопросов.

— Давайте ваши вопросы, — как-то устало проговорил голос.

— Кто преподавал вам тактику в академии?

— Я там не учился.

— Как звали друга вашего сына, когда он жил на Гошейне?

— Олуэл.

Шаман дал сигнал Колдуну, и тот отключил соединение персоналки с телефонной сетью.

— Я понял, где вы, — ответил разведчик. — В шкафу над дверью за металлическим уголком найдете свисток. Подуйте в него два раза. Появится проводник и отведет вас ко мне. Я опоздаю часов на шесть. Располагайтесь и будьте как дома.

Связь прервалась.

Шаман запустил руку в шкаф. Недолго пошарив за металлическим бордюром, пальцы вскоре наткнулись на небольшой продолговатый предмет. Вынув и отряхнув его от пыли, он увидел на ладони металлическую трубочку, сплющенную с одной стороны. Сунув плоский конец в рот, подул в нее два раза, как сказал разведчик. Через минуту в темноте тоннеля раздалось уже знакомое постукивание когтей по бетонному полу и из темноты вышла знакомая крыса.

— Никогда не работал с такими помощниками, — проговорил Самум, вставая и поднимая на плечи рюкзак.

— Зато не допросишь и не предаст, — высказал свое мнение Колдун, протягивая животному кусок пищевой плитки.

Крыса, не приближаясь, понюхала, вытянув к протянутой руке шею, и отвернулась, присев на задние лапы.

— Вот чем мы питаемся, командир. Даже такое животное не хочет есть эту дрянь.

— Если ты не пролезешь в какую-нибудь щель, я посажу тебя на диету, — ответил Шаман, забрасывая за спину рюкзак. — Шевелись. Кто знает, сколько придется еще идти.

Хвостатый проводник по-прежнему шел впереди, а диверсанты, подсвечивая себе дорогу фонарями, двигались следом. Теперь их путь был извилист. Они протискивались узкими коридорами, временами идя согнувшись, задевая рюкзаками низкий потолок. Ботинки то хлюпали по зловонным лужам, то по самую щиколотку утопали в пыли. Кирпичная кладка стен сменялась бетонными кольцами или гулкими металлическими трубами. Кое-где было видно, что над проходами поработали люди, грубо взломав кладку или прорезав отверстие в металле.

Дважды они пересекали широкие тоннели, но вскоре вновь сворачивали в каменные переулки. Когда в очередной раз в конце узкого коридора забрезжил слабый свет, хвостатый проводник остановился. Остановились и диверсанты, до которых донесся шум из освещенного центрального тоннеля. Крыса пискнула, будто приказывая ждать, и мгновенно растворилась во тьме.

Шаман снял рюкзак и медленно двинулся к входу в тоннель, сделав знак остальным не двигаться с места. Осторожно выглянув за угол, он увидел в слабом электрическом освещении метрах в тридцати от себя гаюна, стоящего на нижних ступенях металлической лестницы, уходящей куда-то наверх. Человек был одет в грубый рабочий комбинезон, капюшон которого был плотно натянут на голову. На лице маска, прикрывающая рот и нос. Удерживаясь одной рукой за верхнюю перекладину лестницы, второй он сжимал рукоять ствола огнемета, шланги от которого тянулись к заплечному металлическому ранцу. Немного осмотревшись, гаюн спустился на пол и сделал рукой отмашку наверх. По лестнице быстро спустились еще двое, аналогично экипированные. Один с огнеметом, а второй с тяжелым металлическим ремонтным ящиком в руках. Гаюны двигались осторожно, явно чего-то опасаясь, и, похоже, Шаман знал, чего.