Между семьей - Вэнди Джинджелл

выбрал не меня, верно? — Круто! Думаю, буду держаться за тебя — если ты ударишь меня в спину, не стану жаловаться.

— Никаких ударов ножом, — сказал старик. — На моей рубашке и так слишком много дырок.

— Ой, — сказала я ему. — Как нам прикажешь тебя называть?

Я никогда не знала его имени, и, хотя предполагала, что Детектив Туату должен был знать, у меня не было реальной возможности связаться с ним — конечно, ничто не мешало бы мне попытаться позже.

— Не давай ему имени! — резко сказал Зеро. — Нет смысла привязываться к Предвестнику, если ты не хочешь стать королём.

Старый псих уставился на него широко раскрытыми глазами. Он прошептал:

— Кто это сказал? Я этого не говорил!

Он тоже был настроен весьма серьёзно; его руки тряслись добрых несколько секунд, прежде чем он сцепил их на коленях, и выглядел он так, словно в любую минуту мог расплакаться.

— Я тоже этого не говорила! — поспешно сказала я. — Тебе не обязательно быть Предвестником, если ты этого не хочешь!

— Не заводи с ним дружбу! — раздражённо сказал Зеро. — Меч уже синий, и если ты собираешься привязать к нему ещё и Предвестника…

— Я просто спросила, как мы можем его называть! — запротестовала я. — Я не могу продолжать называть его старым безумцем!

Старый псих снова погрозил мне пальцем, дрожащим, но чуть более нормальным, чем раньше.

— Имена опасны, леди.

— Да, знаю. Я не спрашивала твоё имя — я спросила, как мы можем тебя называть.

— Умная леди! — восхищённо воскликнул он. — Я Мститель без Меча.

— Оно немного длинновато, не? Как насчёт того, чтобы называть тебя Авва, тогда… Нет, это не сработает. Все захотят сказать тебе «отец, выпей чашечку чая».

— Никто на испытаниях эрлингов не сделает ничего подобного, — сказал Зеро. Казалось, он сдался, потому что, несмотря на комментарий, его взгляд снова был прикован к мечу, а не к нам. Всё было в порядке. Походу он пришёл в себя.

— Без меча, без меча… Ой, как насчёт того, чтобы называть тебя Лес?

— Это дар! — воскликнул старый безумец. — Мне было даровано имя!

— Лады, Лес, мститель без меча, как думаешь, ты сможешь перестать проливать кофе на ковёр? Ты можешь либо танцевать, либо пить кофе; и то, и другое в моём доме запрещено.

— Да, леди! — радостно воскликнул он. — А теперь я помою посуду. Лес, мойщик посуды, мститель без…

Он что-то радостно бормотал себе под нос, исчезая на кухне, и позже я тоже слышала, как он что-то бормотал, глядя на маленькую треснувшую плитку над раковиной. Вероятно, в итоге мы бы разбили несколько тарелок, но ему, похоже, нравилось мыть посуду, поэтому я позволила ему. Я не видела в этом особого смысла: если ты можешь умереть днём, зачем беспокоиться о мытье посуды? Тем не менее, если вы собираетесь умереть днём и хотите помыть посуду, то можете себе это позволить.

***

Я даже не удосужилась позвонить Моргане — в конце концов, разве могло подучится, если я не могла дозвониться до Джин Ёна? Но всё равно попробовала после обеда, потому что почему бы и нет? Не то чтобы я могла сделать что-то большее, а Зеро был слишком занят укреплением дома, чтобы отвечать на вопросы чем-то иным, кроме односложных ответов. Не то чтобы это сильно отличалось от того, каким он был всегда, но теперь, когда он только начал отвечать на вопросы, я обнаружила, что у меня не хватает терпения, когда на них не отвечают должным образом. Не уверена, что он ответил бы на вопросы, даже если бы не был занят, заметьте; ситуация снова привела к появлению нескольких вредных привычек. Но, походу, он почувствовал облегчение, когда смог занять чем-то свои руки, так что я оставила его в покое и бросилась на диван, чтобы позвонить Моргане, хотя и знала, что это нелепый поступок.

Только когда я постучала по её профилю и поднесла телефон к уху, он действительно зазвонил.

— Блин, — сказала я и чуть не выронил трубку.

— Пэт! — взвизгнула Моргана мне в ухо мгновение спустя, почти оглушив меня. — Ты в безопасности! Я так волновалась!

— Ты волновалась! Я в порядке, а ты как? Как дом… ребята?

— В доме что-то стряслось, и дети очень расстроены, и теперь люди разбили лагерь снаружи, но на самом деле, по-видимому, это что-то внутри. Дэниел говорит, что начались испытания.

У меня упало сердце.

— Они и до тебя добрались?

— Думаю, да, — сказала она. — Люди пытались проникнуть внутрь через окна в передней части дома, но, когда я выглядывала из окон, там никого не было.

— Да, они не снаружи мира людей, — сказала я, холодея до глубины души. — А как насчёт твоих задних окон?

— Те всё ещё немного мутноватые, — сказала она. — Но мы можем видеть… то, что происходит на заднем дворе. Дети думают, что скоро мы сможем видеть лучше, но я не уверена, что кто-то из нас хочет знать, что там на самом деле.

— Дэниел всё ещё там, да? А как насчёт остальных?

— Половина из них здесь, другая половина была занята чем-то секретным. Они пытались попасть внутрь сегодня утром и не смогли. Дэниел говорит, что, по его мнению, это закрытая система, но я уже знала, что что-то не так. Этот дом… не совсем правильно расположен в этом мире.

— Ага, — сказала я. — В этом-то вся соль. Мы не можем выбраться, ни я, ни Зеро. Джин Ён остался снаружи, в мире людей.

Она попыталась что-то сказать, но всё, что я услышала, — грохот, крики и почти ощутимые удары. Когда все стихло, Моргана сказала:

— Это люди снаружи. Я имею в виду, за пределами дома — они всё ещё внутри, чем бы они ни были, и они действительно хотят попасть в дом.

— Сколько?

— Мы пока не знаем: это слишком сложно увидеть. Достаточно, чтобы поднять такой шум, и большой. Они не знают о детях, но, похоже, знают, что нас в доме не так уж много.

— У тебя есть припасы? — спросила я. Я не сказала «мозгов», потому что в этом не было необходимости; Моргана, может, и зомби, но она ещё никогда не ела мозги и всё ещё была довольно чувствительна к этой теме.

— Да, — сказала она. — Я не хочу… я правда не хочу их использовать, Пэт! Но я сделаю это, если придётся.

— Не парься, — сказал я ей. — Мы с Зеро скоро придём. Просто убедись, что у тебя всё под рукой на случай, если они ворвутся первыми, хорошо? И держи Дэниела поблизости.

— Ты