Чокнутый - Сергей Костин

Староста хотел в очередной раз сплюнуть, но подумал, что сей жест могут расценить неправильно, и сдержался. Они проходили уже мимо крайних нор, в честь такого праздника заботливо украшенных цветами. Ребятишки разных мастей, возрастов и племен, побросав на время игры, с любопытством таращились на них. Кто-то из них впервые встречал пантер, а кто-то был просто заворожен взглядами проголодавшихся жителей племени. За всю дорогу они ни разу не остановились, чтобы перекусить, и теперь стреляли по сторонам, истекая слюной при виде аппетитных, но находящихся под охраной Перемирия детенышей.

Смотрите, смотрите, думал старый Квар, смотрите на своих врагов, и боже упаси вас повстречаться нам на обратной дороге, когда закончатся две недели Большого Перемирия.

Дорогу им преградила живая линия охраны Совета. Одни из лучших воинов джунглей, люди племени Маленьких Но Злобных Кошек. Когда-то они были родственниками пантер, но давным-давно, во времена Больших Перемен, рыси, как и многие другие, отделились от Семьи и зажили своей отдельной стаей. За непомерную злобу им не разрешили заседать в Совете, но предоставили право охраны. Их это не слишком-то и обидело. Не очень и нужно. Зато к своим обязанностям охранников рыси относились весьма старательно, полностью оправдывая дурную молву джунглей. Даже слишком.

– Опаздываешь, Квар.

Староста узнал в говорившем своего коллегу, главу становища рысей, непомерно толстого, отъевшегося на казенных харчах Мурзу. Неприятного типа с дурным воздухом из прогнившей насквозь пасти. Но Квар, сколь ему было неприятно общение с рысями, принял озабоченный вид.

– Задержались в джунглях. Обстоятельства.

– Ну-ну. Слышали о ваших обстоятельствах. – Мурза ехидно усмехнулся, глядя на Чокнутого, держащего на руках Шейлу. – Совет только и говорит, что о странном животном, способном прогонять смерть. Он, что ли?

– Он, – кивнул Квар, стараясь скрыть вспыхнувшую злобу. Говорливый какой попался. Отодрать бы тебя за уши, да только до хрена вас тут, да и Перемирие не позволяет. Не место и не время. – А что, Совет давно заседает?

Квар старался вопросом переключить внимание Мурзы на дела ярмарки, но тот, растопырив облезлый хвост, крутился вьюном вокруг уродца, принюхиваясь и присматриваясь. Староста ничего не мог сделать, даже высказать протест. Такая у Мурзы работа – все осматривать да обнюхивать, не допуская на ярмарку подозрительных и больных. Закончив обследование. Мурза присел на задние лапы и поманил коротким пальцем Чокнутого:

– Ну-ка, милок, нагнись ко мне!

Квар только успел задержать Иризу, бросившуюся к своему любимчику.

– Нельзя, Ириза. – И показал глазами в сторону рысей. Те, распущенные от своей силы и прав, заметив движение Иризы, вскочили на лапы, растопырив во все стороны усы и вибрируя кисточками ушей. Не хватало еще драки.

– Ну что же ты, милок! Или не слышишь, что я тебе говорю? – продолжал настаивать Мурза.

Чокнутый немного подумал, потом, придерживая тело Шейлы левой рукой, нагнулся и отвесил звонкий щелчок по влажному черному носу Мурзы. Тот только ойкнул и сел на то самое место, на которое все нормальные рыси никогда не садятся.

У Квара неприятно закололо в левом боку. Он знал, что подобного оскорбления в джунглях не перенесет даже водяная крыса, а тут… Он быстро подал знак своим и стал медленно приближаться к Чокнутому, стараясь заслонить его от все еще сидящего на дороге Мурзы. Его пантеры занимали позиции с флангов, недобро задирая губы и показывая ряды острых зубов. Плохой расклад, подумал Квар. Шесть пантер, не считая старухи, раненой дочери и животного. Рыси, более многочисленные, чем пантеры, соответственно рассредоточивались вокруг, готовясь к атаке.

Смех, давно забытый джунглями смех остановил и тех, и других. Чокнутый, запрокинув назад голову, смеялся. Безостановочно, смешно подрагивая мордой. На него смотрели с удивлением и непониманием, но именно эти мгновения недоумения остановили надвигающееся кровопролитие. Сначала Шейла, до этого не проронившая ни слова, чуть морщась от боли в ноге, стала переливаться тоненьким смехом. Затем к ним присоединилась Ириза, которой было не то что смешно, просто старая ведьма понимала спасительность и пользу этого звука. Затем Квар, впервые услышавший смех дочери и еще более радостный от этого. Затем заразные переливистые звуки подхватили все пантеры. А когда к ним через несколько секунд присоединились появившиеся со всех сторон детишки, рыси не выдержали и стали весело похрюкивать в мягкие кулачки лап. Даже Мурза, так и не соизволивший подняться с дороги, нервно дергался, стараясь издать нечто похожее на смех, что, впрочем, не слишком у него и получалось.

– Ну ладно, Квар. – Рысь, высоко задрав обрубок хвоста, поднялась с полотна. – Бери своего Чокнутого и следуйте в селение. Будем считать, что мы познакомились. – И тут же добавил так тихо, что слышал только староста: – Но впредь не оставляй своего гаденыша без присмотра. Мало ли что?

Квар, мило улыбаясь, зафиксировал в памяти недобрый взгляд Мурзы, для себя решив убраться с ярмарки задолго до ее закрытия. Рыси так просто предупреждениями не швыряются. Если Мурза посоветовал не оставлять Чокнутого без присмотра, значит так и нужно сделать от беды подальше. Ай да Чокнутый!

И тут Квар с удивлением понял, что его отношение к Чокнутому странным образом переменилось. Еще вчера он не то чтобы ненавидел это животное, скорее был равнодушен. Но сейчас, после того что случилось в джунглях и этой истории с грозной рысью, Квар почувствовал в груди непонятную теплоту к уродцу. Такого он не испытывал даже к Шейле, хотя она была его дочерью. Это… Квар не мог объяснить, что с ним произошло. Точно так же, как не могла объяснить своей необычной любви к Чокнутому Ириза. И кажется, нечто странное произошло с остальными пантерами. Особенно с той, которая, ласково мурлыча, терлась ушами о грудь животного, спасшего ей жизнь. Странные вещи творятся в джунглях. Странные.

Пантеры расположились на открытом воздухе почти в центре селения, заняв только одну нору. Для раненой самки и Чокнутого, которого Квар приказал охранять пуще глаза. Проверив надежность норы и оставшись довольным, староста, сопровождаемый двумя пантерами, отправился в сторону Голого оврага, где проходил Совет.

Его появление не осталось незамеченным. Квар чувствовал, как сотни глаз представителей всех стай, населяющих джунгли, цепляются за него, провожают и начинают многозначительно переглядываться. Поистине поступки Чокнутого сделали его, Квара, лицом, достойным обсуждения. Не обращая внимания на перешептывание самых несдержанных, староста занял отведенное ему или другому представителю его племени место. На веки вечные.