Суд истины - Кей Си Кин

на задаче. Теперь, когда я стою в слишком большой футболке, которая мне не принадлежит, и под ней только пара боксеров, я понимаю свою ошибку. Я не могу быть такой непринужденной, когда мы переезжаем, я должна присутствовать и помнить о своей роли и о том, как это выглядит. Одежда и все такое.

— Мы можем переехать сегодня днем, как только ты обратишься к королевству.

8

КАССИАН

Я

никогда так остро не осознавал дистанцию, которая стоит между мной и Адди. Вероятно, потому, что раньше это была моя заслуга — держать между нами как можно больше расстояния, чтобы я не попал под ее чары, но она все равно покорила меня.

Теперь жизнь тянет меня в другом направлении против моей воли, и я не знаю, что с этим делать. Она понимает, несмотря на то, что это заставляет любого из нас чувствовать. Она знает, какой груз лежит на моих плечах, так же как я знаю, что она пытается восстановить целое королевство.

Мы разберемся. Мы должны. По-другому быть не может. Я отказываюсь жить без нее.

— Здесь ничего даже отдалённо не организовано, Касс, — ворчит Джейни, отрывая меня от моих мыслей, и я вздыхаю, проводя рукой по лицу, когда усталость наваливается на меня.

Я мог бы отойти от всего этого, оставить беспорядок в бывшем кабинете моего отца кому-нибудь другому, чтобы я мог пойти и быть со своей девушкой, но от одной мысли об этом мой волк вибрирует под моей кожей в ярости. Стая Кеннеров нуждается во мне сейчас больше, чем когда-либо, особенно если учесть, что эта катастрофа имеет какое-то значение.

— Ну, здесь нечему удивляться, — ворчу я, перекладывая несколько листков бумаги по столу — теперь моему столу — но это никак не влияет на общий хаос, с котором мы сталкиваемся.

Я не знаю, с какой финансовой ситуацией мы работаем, я не могу понять, кто за что отвечал в комплексе, и большая часть документов, с которыми мы столкнулись, — это вырезки из статей, касающихся Совета, декана Боззелли, академии и… Адди. От последнего у меня мурашки бегут по коже, и когда я провожу пальцами по ее вырезанному изображению, я быстро комкаю его и выбрасываю в мусорное ведро. Я тут же жалею об этом. В тот вечер она была прекрасна. Я помню все о первом бале. Но как бы сильно оно ни резонировало со мной, осознание того, что оно принадлежало моему отцу, выводит меня из себя.

Откидываясь на спинку сиденья, я вздыхаю, прижимая пальцы к вискам в поисках хоть какого-то облегчения, но все как будто затянуто дымкой, и я, кажется, ничего не вижу сквозь туман.

— Мы разберемся с этим, — выдыхает Джейни, прерывая чушь, заполнившую мой мозг, и я киваю.

— Я знаю. Кажется, я просто пока не могу найти четкий путь, — признаюсь я, слова раздвигают мои губы мягко, но с болью.

— Не то чтобы тебе нужно дополнительное давление, Касс. Я не могу представить, что с тобой происходит. Тем более, что у Адди тоже столько всего происходит. Но то, что ты здесь,… это значит все. Ты так сильно нужен нам, и я знаю, что ты тоже нужен ей. Я ценю это, — заявляет она, подтверждая мысли, которые занимали мой разум с того момента, как я ушел от Адди сегодня утром.

Глядя на Джейни, неизменную опору в моей жизни, я пытаюсь улыбнуться, но у меня не получается. — Тогда почему это так больно? — Спрашиваю я, пожимая плечами, и она обходит стол, садится среди документов и пристально смотрит мне в глаза.

— Потому что ты любишь ее больше всего на свете, что немного забавно, потому что я помню много разговоров о том, что ты никогда никого не полюбишь, — дразнит она, заставляя меня закатить глаза, но она кладет руку мне на плечо и возвращает мое внимание к себе. — Но любовь стоит того, чтобы за нее держаться, Касс. Поначалу нам с Джейком тоже было нелегко. Было так много препятствий, и я была уверена, что мы не переживем их все, но вот мы здесь. Ты сможешь сделать то же самое, я знаю это. Тебе просто нужно набраться терпения и понимания, потому что вы оба будете на пределе, вас растянет больше, чем когда-либо раньше, но мы оба знаем, что эта неразбериха стоит того, когда ты рядом с ней. Кроме того, это не значит, что вы находитесь на противоположных концах проклятого королевства. Вы можете видеться постоянно, просто у вас разные приоритеты, и это нормально.

Моя грудь вздымается, впитывая каждое сказанное ею слово, пока они оседают в моей душе и ярко горят. Она права. Конечно, она чертовски права.

Я улыбаюсь, и на этот раз улыбка дается естественней. Сделав глубокий вдох, я снова сосредотачиваюсь на разбросанных по столу документах, когда стук привлекает мое внимание к двери.

— Скажи о дьяволе, и он появится, — размышляю я, наслаждаясь тем, как Джейк хмурит брови, переводя взгляд с меня на Джейни.

— Я бы хотел знать, что сделало меня горячей темой для разговора, но, похоже, у нас возникла небольшая проблема, — признается он, проводя рукой по волосам и вздыхая.

— В чем дело? — Спрашиваю я, заглядывая ему в глаза, но ничего не вижу, прежде чем перевожу взгляд на Джейни, надеясь увидеть понимание на ее лице, но она выглядит такой же растерянной, как и я.

— Волки встревожены, — признает он, заставляя меня нахмурить брови, когда я медленно поднимаюсь со стула.

— Почему?

Его взгляд перебегает с Джейни на меня, похоже, ему нужно какое-то подтверждение от жены, прежде чем он объяснит. — Их волнует, кому принадлежит твоя лояльность, — наконец произносит он, и я инстинктивно усмехаюсь над тем дерьмом, которое он мне сейчас несет.

— Кому еще она может принадлежать? — спрашиваю я, в замешательстве качая головой.

На этот раз он ничего не говорит, просто указывает через плечо, и я понимаю намек. Джейни идет прямо за мной, когда я выхожу из главного офиса комплекса, плетусь по коридору, пока не вваливаюсь в общую комнату.

Я не вижу потертых кожаных кресел, которые заполняют пространство, потому что здесь так много волков. Однако никто из них не замечает моего прихода. Все они сосредоточены на телевизоре на стене. Я слежу за их взглядом, и мое сердце замирает, когда я вижу, как Адди подходит к камере.

Она одета в черное с головы до ног, в броню, которую нам выдали прошлой ночью. Ее волосы заплетены в корону на