Изобретательная сваха - Кэтти Уильямс

— Я провожу вас.

Николас прошел вперед, миновал множество дверей и наконец свернул в сводчатый проход, который вел к узкой арке. Пройдя под ней, он стал подниматься по ступенькам в дальнем конце коридора. Ребекке пришлось почти бежать за ним. Наверху Найт остановился и подождал ее.

Комнаты были не слишком большие. Обширная мансарда служила спальней, в уютной гостиной стояли телевизор и видеомагнитофон. Ребекка увидела свои чемоданы, которые ждали ее на полу у кровати.

— Я нечаянно услышала, как вы упомянули о своей подруге, которая приедет вечером…

— Будь благословен тот, кто умеет подслушивать и подсматривать, — ехидно произнес Николас, наблюдая, как она краснеет. — Да, Фиона приедет сегодня вечером. Миссис Данн, несмотря на свои сто лет, что-нибудь приготовит. — Он наблюдал за Ребеккой с усмешкой, от которой она покраснела еще больше.

— Избавьте меня… — умоляюще сложила руки Ребекка.

— Я слышать ничего не хочу. Ровно в восемь. Миссис Данн — сама пунктуальность. Ее хватит удар, если блюдо задержится на десять секунд.

— Но…

— И Эмили безумно расстроится, если вас не будет, — обрушил он на нее самый веский аргумент.

— У меня нет вечернего туалета, — сказала она неуверенно.

— В таком случае… — уже направляясь к лестнице сказал Найт, — чувствуйте себя свободно в любом наряде.

— И я устала! — крикнула Ребекка ему вслед.

Похоже он сумел подчинить ее жизнь удовлетворению своих желаний и даже не сомневался, что она будет содействовать ему.

— А вы вздремните, — посоветовал Николас. По мере того, как он удалялся, голос его становился все тише. — Но я жду вас в восемь. Небольшая поездка на поезде — не причина для опоздания.

Глава 4

Разумеется, вздремнуть Ребекке не удалось. Сонливости как не бывало.

Заперев дверь, чтобы ей не помешали Эмили или ее отец, она принялась распаковывать чемоданы. Одежды было не много: три однотонные темные юбки, несколько платьев, брюки для прогулок, брюки на каждый день, несколько блузок.

Покупки всегда были для Ребекки проблемой.

Она была слишком крупная. Одежда, которая нравилась ей, оказывалась всегда не подходящей по размеру. Поэтому Ребекка выбирала вещи удобные, но не претендующие на высокую моду.

Когда весь мир носил мини-юбки, она не изменяла средней длине, потому что такие юбки выглядели лучше с обувью на низком каблуке. Облегающие черные платья рождали у нее что-то вроде клаустрофобии, а ее единственные туфли на высоком каблуке за полчаса натирали ноги до водяных мозолей.

В школе все эти проблемы не слишком волновали Ребекку. Она была одета прилично и чувствовала себя свободно. А что думали о ней окружающие имело для нее мало значения. Для встреч с друзьями в городе она дополняла свои костюмы недорогими украшениями. Но в этом роскошном доме ее туалеты казались совершенно неуместными.

Черная юбка, закрывающая колени. Приличная, но неэффектная. Темно-красная юбка тоже ниже колен, немного расклешенная. Приличная, но неэффектная. Шерстяное платье-рубашка с длинным рукавом. Приличное, но неэффектное.

Черные брюки, приличные, но неэффектные. Есть джемпера поярче, но все уже не новые. И что самое досадное — для этого нелепого бессмысленного обеда с Николасом Найтом и его подругой, вещи, которые она, не раздумывая, надела бы даже на свидание с мужчиной, вдруг показались ей чудовищно некрасивыми.

Она всегда пользовалась успехом. К тому же ей с ранней юности внушали, что внешность это не главное. Мама не уставала повторять ей, что самое важное — индивидуальность. Поэтому в юности Ребекка обошлась без комплекса неполноценности. Она была высокая, хорошо сложенная и привлекательная для любого мужчины.

Сейчас Ребекка вспомнила об этом и испытала неприятное чувство, представив лица Эмили, ее отца и Фионы, когда они увидят ее, одетую до смешного прилично. Но неэффектно.

Она совсем уже была готова поддаться отчаянию, когда вдруг раздался стук в дверь. Эмили, спрашивала, можно ли войти. Ребекка открыла дверь и увидела свою подопечную, одетую столь стильно, что ощутила невольный укол зависти.

— Папа сообщил вам о званом ужине? — с ехидством спросила Эмили.

— Да, что-то говорил об этом. — Ребекка посторонилась, давая Эмили войти.

— О, я догадываюсь: он приказал вам быть внизу под угрозой расстрела. — Девочка лениво накрутила на палец прядь блестящих черных волос. — Возможно, вы еще не заметили, он обожает отдавать приказы.

— Разумеется, я заметила. — Ребекка принялась распаковывать вещи.

— Я думаю, вы ему нравитесь, — сказала Эмили, помолчав. — Называет вас Ребекка…

— Но ведь меня так зовут! — Что-то в тоне девочки насторожило ее. Продолжая разбирать вещи, Ребекка ждала, что будет дальше.

— Да, но это волнение, с которым он произнес ваше имя…

— Воображение заводит тебя слишком далеко, Эмили, — сказала Ребекка. Она смутно догадывалась, откуда подобные фантазии, и это ей не нравилось. Подросток попал в очень сложную эмоциональную ситуацию и к тому же, испытывает острую неприязнь к подруге отца. Что можно придумать лучше, чем попытаться сосватать учительницу, которой симпатизируешь, отцу, чтобы избавиться от риска получить ненавистную ей мачеху?

Ребекка хотела было сразу развеять подобные надежды, но предпочла сменить тему:

— Обед с твоим отцом и его невестой…

— Подругой, — поспешно поправила девочка. — Разговора о женитьбе не было. — Подобная мысль явно взволновала Эмили.

— …поставил передо мной маленькую проблему: не знаю, что надеть. Я собиралась купить что-нибудь, пока я здесь, но сейчас в моем гардеробе нет ничего подходящего.

Эмили знала толк в красивой одежде. Она перебрала гардероб Ребекки и обернулась к ней с выражением одновременно дерзким и озадаченным.

— Н-да… — протянула Эмили.

— Ну, темный цвет очень практичный, — сказала Ребекка беспечно, желая избежать насмешек. — Послушай, я как раз собиралась принять ванну, так что… иди пока к себе.

— Вы всегда можете одолжить что-нибудь у меня, — искренне предложила Эмили, прикусив палец и наклонив голову.

Ребекка рассмеялась.

— Ну, вряд ли!

— Почему? — Эмили огорченно посмотрела на нее.

— Потому что есть такое понятие, как разные поколения.

— Если вы уже не подросток, это не значит, что нужно носить старомодные платья.

— Все равно, у нас разные фигуры, — напомнила ей Ребекка. — По крайней мере, пока.

— Я не хочу говорить об этом.

Голубые глаза Эмили наполнились слезами, и Ребекка вздохнула про себя. У девочки, примерно, семь недель беременности. Пока еще немного, но скоро наступит время, когда скрывать положение станет невозможно.