Холодное сердце - Вера Добрая

– Сделку? Очень интересно… – усмехнулась, и гостиная постепенно стала заполняться другими сестрами Ковена.

Выглядели честно они не очень… Внешне молодо и свежо, но внутри истощены и измождены. У женщин разный вид магического дара и степень силы, но явно все они используют свои возможности на пределе и не по назначению. Такое ощущение, что из них просто высасывают энергию, и я отлично догадывалась, кто это делает и зачем.

– Я хочу, чтобы… – начала мама, но я не позволила ей произнести фразу до конца.

– Мое имя Амалия. Я родная внучка Авениры и наследница Гримуара, – сказала как можно громче и постаралась не трястись от множества пристальных любопытных взглядов.

– Ами, что ты…

– Нет, мама! Я не хочу лишаться силы и, думаю, ты прекрасно понимаешь, что здесь нет той, кто смогла бы провести обряд, – оттолкнула руку матери, когда та попыталась помешать мне продолжить речь. – Место во главе Ковена по праву принадлежит мне, и я хочу незамедлительно его занять. Обещаю вернуть Ковену былую силу и процветание, а так же открыть множество путей и возможностей для легальной деятельности ведьм в мире людей!

Я не обдумывала свою речь, но слова полились из меня складным потоком, потому что всё происходящее сейчас казалось мне правильным. Я дома. Я на самом деле чувствовала это. И мне жаль, что сейчас мама смотрела на меня глазами полными разочарования и слез, но отступать я была не намерена. Я нужна Ковену! А Ковен очень нужен мне.

– Какая пылкая речь, соплячка! Только спешу напомнить, что подобные вещи так не делаются. Нельзя просто прийти и заявить о своем праве на трон! – усмехнулась Самина и одарила меня полным презрения взглядом.

– Хорошо. Давайте проголосуем. Кто за то… – не собиралась сдаваться.

– Заткнись! Здесь я решаю что, когда и как происходит! – рявкнула и нависла надо мной, но я не боялась ее вот нисколечко.

– Отойди от моей дочери, Самина! – втиснулась между нами Дарья, и черная ведьма брезгливо скривила нос, показывая свое огромное презрение к светлой магии моей матери, чем разозлила меня очень сильно. – Ее признал Гримуар! Ты не вправе препятствовать…

– Гримуар?! – раскатистый хохот ведьмы разнесся по помещению и отдался эхом в ушах. – Старая никому не нужная книга, благодаря которой Авенира попала в вечное заточение? Это бесполезная вещица не нужна нам. Без магического шара лишь обладающая магией оракула может править Ковеном. Поэтому убирайтесь с моей территории, пока я не разозлилась окончательно.

Остальные ведьмы предпочли молча наблюдать за происходящим, и я чувствовала их смятение и явное несогласие со своим лидером. К тому же не совсем ясно почему здесь лишь женщины, которые не так давно обрели силу. Где остальные сестры, которые жили бок о бок с Авенирой и ценили истинные традиции ведьмовского сообщества?

– Магия оракула? И чем она так ценна? – спросила, окидывая всех присутвующих взглядом, на что ведьмы лишь неоднозначно пожали плечами.

– Я вижу будущее, девчонка! И лишь я могу понять, как его избежать! – прошипела, плюясь слюной, но меня Самина честно уже больше не тревожила.

– Какой толк от видения будущего, если ты даже охрану территории не можешь обеспечить. Сюда может войти любой! – воскликнула мама, которая неожиданно встала на мою сторону и не спорила больше с моим желанием возглавить ведьм.

– Кроме департамента у нас нет врагов! – тихо произнесла Самина, и ее глаза постепенно стали затягиваться чернотой, предвещая о том, что глава ковена собирается использовать против нас магию.

– Прекрати, Самина. Это ни к чему хорошему не приведёт, – попыталась достучаться до ведьмы Дарья. – Нападение на служителя департамента лишит тебя разрешения!

– Что ж… – неожиданно сменила настрой Самина и подозрительно мило улыбнулась. – Добро пожаловать в семью, Амалия. Голосование проведём тогда, когда ты немного освоишься здесь. Извини, но я не могу просто так взять и передать Ковен в руки молодой ведьмочки, которая не знает наш устав наизусть.

– Будто ты его знаешь… – недовольно прошептала Дарья так же, как и я, не веря ни единому слову этой женщины.

– Мама… – хотела поблагодарить родительницу за понимание, но не успела, потому что пространство неподалеку вспыхнуло пламенем, открывая воронку портала, из которого выпрыгнул озлобленный Дарткан в демоническом обличие.

– Открывать портал на нашей территории запрещено! – испуганно взвизгнула Самина, и папа, даже не глядя в ее сторону, бросил туда огненный шар, от которого ведьма лишь чудом увернулась.

– Милый… – сипло прошептала Даша, пытаясь задвинуть меня себе за спину, но я не позволила ей этого сделать .

Я уже взрослая и готова сама отвечать за свои поступки! А еще я не сомневалась в том, что должна была защитить это место, спасти от гнева демона, который никак не хотел понять, что у меня свой путь и что время его контроля ушло!

– Последнее предупреждение, Амалия. Возвращайся домой и готовься к свадьбе, – оскалившись, рыкнул демон, пока остальные ведьмы, шипя словно кошки, кучковались сзади, не решаясь на активные действия.

– Нет! – уверенно заявила и расставила руки в стороны, демонстрируя на своих ладонях языки пламени. – Я остаюсь здесь, папа. Теперь тут мой дом.

– Я обещал спалить нахер всю эту территорию, помнишь?

– Помню. И приму смерть вместе со всеми. Только не думай, что это будет легко, потому что я намерена сражаться с тобой, даже несмотря на то, что ты… мой отец.

Огонь демона тут же погас, и его тело приобрело человеческий облик. Выглядел Дарткан растерянным и на самом деле не ожидал, что я стану спорить. Ему было больно и невероятно обидно за то, что у него такая неблагодарная дочь. И я бы рада быть другой, но, увы. У меня такой путь.

– Ты уверена, Амалия? Уверена в том, что готова последовать за своей бабкой в темницу? – спросил и теперь уже не смотрел на меня.

Его взгляд нашел подледеневшую, словно мел жену, и я почувствовала, как внутри у демона вся нежность и любовь обугливается, затягивается чернотой разочарования от предательства.

– Я уверена, папа. И я сама приняла такое решение. Мама тут не при чем, – поспешила погасить пламя и сделала парочку шагов в сторону отца, но он отшатнулся от меня, будто брезговал ко мне прикасаться.

– Дар, прости… Я не могла иначе… – заливалась слезами Даша, но в сердце демона не осталось ни жалости, ни тем более понимания.

– Что ж. Отныне у меня нет ни дочери, ни жены, – произнёс без всяких эмоций, и я с трудом сдержала слезы, которые рвались из