Москва и мертвичи - Андрей Поляков

и обстоятельства, содѣйствующіе или препятствующіе оному, и по строгомъ испытаніи и сравненіи ихъ между собой, твердо увѣрились, что благоденствіе народа незыблемо и ненарушимо утверждено быть можетъ тогда единственно, когда Правительство будетъ имѣть спасительные средства не только исправлять всякое явное пагубными слѣдствіями обнаруживаемое зло, но въ особенности искоренять самое начало онаго, отвращать всѣ причины, могущіе создать поводъ къ нарушенію общаго и частнаго спокойствія, открывать нужды народа, предупреждать ихъ, и благоразумно, ревностно и дѣятельно способствовать соблюденію и утвержденію необходимаго во всемъ порядка, и умноженію богатства природныхъ и искусственныхъ произведеній, основаніемъ силѣ и могуществу Имперіи служащихъ.

Слѣдуя внушенію сердца Нашего, слѣдуя великому духу Преобразователя Россіи Петра Перваго, оставившаго Намъ слѣды Своихъ мудрыхъ намѣреній, по коимъ старались слѣдовать достойныя его преемники, въ сѣй день Мы заблагорассудили раздѣлить Государственные дѣла на разные части, о чемъ Мы ранѣе оповѣстили Правительствующій Сенатъ и народы Имперіи Россійской.

Части сіи слѣдующіе:

1. Военныхъ Сухопутныхъ,

2. Морскихъ Силъ;

3. Иностранныхъ Дѣлъ, по которымъ дѣла производятся въ первыхъ Государственныхъ коллегіяхъ;

4. отдѣленіе Юстиціи;

5. Внутреннихъ дѣлъ;

6. Финансовъ;

7. Коммерціи, и

8. Народнаго Просвѣщенія.

Однако, не все обнаруживаемое зло постижимо и не все зло матеріально, и можетъ быть искоренено самыми вѣрными Нашими слугами. Членамъ Непремѣннаго совѣта уже широко извѣстно о бѣсовскихъ проявленіяхъ въ столицѣ Имперіи Нашей, равно какъ и въ древнемъ сердцѣ Россіи, Москвѣ. Злочинства, творимые непостижимыми человѣческому уму плотными и безплотными діавольскими созданіями вызываютъ у Насъ высочайшую тревогу о благосостояніи Нашихъ подданныхъ.

Посему Мы повелѣваемъ тайно приступить къ формированію девятаго, тайнаго Министерства Бѣсовскихъ Дѣлъ съ отдѣленіями въ Санктъ-Петербургѣ и Москвѣ. Возлагаемъ важнѣйшую и сему верховному мѣсту наипаче свойственную должность Графу Николаю Ивановичу Салтыкову, Предсѣдателю Непремѣннаго совѣта и представлять Намъ докладомъ результаты дѣятельности еженедѣльно. Въ виду чрезвычайной деликатности и секретности мѣропріятія, въ существованіе Министерства должно посвятить только и исключительно высшіе чины Министерства Внутреннихъ дѣлъ, отдѣленія Юстиціи и Святѣйшаго Синода.

Министръ Бѣсовскихъ Дѣлъ долженъ имѣть непрерывное сношеніе со всѣми мѣстами подъ управленіемъ его состоящими, и быть свѣдущъ о всѣхъ дѣлахъ, которые въ нихъ производятся. Онъ также долженъ имѣть сношеніе съ Министерствами Внутреннихъ дѣлъ, отдѣленіемъ Юстиціи и Святѣйшимъ Синодомъ для совмѣстной защиты Нашихъ подданныхъ отъ злодѣяній бѣсовъ. По сему каждое мѣсто обязано посылать къ своему Министру еженедѣльные меморіи о всѣхъ текущихъ дѣлахъ, о дѣлахъ же затруднительныхъ, или скораго рѣшенія требующихъ особенные представленія. Министръ сообразивъ всякое дѣло съ пользою и выгодами всѣхъ частей ему ввѣренныхъ, если найдетъ за нужное, дѣлаетъ свои замѣчанія, а на представленія даетъ рѣшительные отвѣты, и какъ сіи послѣдніе, такъ и первые сообщаетъ предложеніями.

Мы имѣемъ лестную надежду, что оно споспѣшествовать Намъ будетъ къ утвержденію народнаго спокойствія, сего истиннаго и ненарушимого оплота Царей и Царствъ, къ сохраненію и возвышенію общаго всѣхъ благосостоянія, и къ воздаянію каждому должнаго отъ лица правосудія.

* * *

Я тяжело плюхнулся в черное протертое офисное кресло на колесиках и уставился в ноутбук. Работать не хотелось – бессонница, уставшие от слез и текста глаза, апатия. Капучино с добавлением эспрессо с утра не помог, я оставался абсолютно разбитым.

– Что, Дима, тяжело тебе? – поинтересовался насмешливый женский голос.

Женька. Офисный разнорабочий, совмещавшая функции личного помощника руководителя отдела аналитики, секретаря, координатора межотдельных процессов и завхоза. Полненькая низкая блондинка с едким чувством юмора и полным непониманием концепции личных границ и персонального пространства. Рассказывает все о себе, особенно когда не просишь, не стесняется никаких вопросов о тебе. Шумная, экспрессивная, громко ржет и мешает работать. Если, не дай бог, в наш кабинет заходила другая женщина, любящая поболтать, работа вставала на час. Если б я интересовался, что она там про себя рассказывает, собрал бы уже полное досье на нее: куда ходит, с кем спит, за кого голосует. Но Женьки было так много, что мне было пофиг, большую часть времени я улыбался и делал вид, что слушаю, а иногда отпускал какую-нибудь издевку в ответ для поддержания видимости общения. Единственное, о чем она не распространялась, – как попала к нам. Коллеги из других отделов тоже не знали.

– Уже легче, ведь ты обратила на меня взгляд – и все вокруг засияло, – ответил с ухмылкой, делая вид, что все нормально.

– Не, мое сердечко занято. Но ты как, нашел себе кого-то наконец-то? Такой мужик пропадает…

Справа от меня раздалось сдавленное хмыканье. Наш офисный зумер Леша. Тоже аналитик, как я. Сын полка, можно сказать, в министерстве с шестнадцати лет. Парню едва исполнилось двадцать, и он реально был, как с другой планеты, как по интересам, так и по общению. Ему с нами, видимо, тоже было тяжело, так что большую часть времени он молчал. Ну или он просто был социофоб. А еще наверняка сказывалась психологическая травма, ведь, когда ему было двенадцать, его родителей на даче сожрала тварь, прикидывавшаяся деревенской бабкой. А Леша не испугался, смог выбраться из дома, закрыл все ставни и двери, облил бензином и поджег, уничтожив монстра. А таким не каждый оперативник мог похвастаться. К счастью, буквально в полукилометре от места событий, на речке, отдыхал тогда один из наших сотрудников. Так что парень попал в нашу спецшколу, а не провел остаток жизни в детских домах и психушках, как заканчиваются большинство таких историй. А аналитические данные у Леши хорошие. Хороший преемник.

– Вас все жду, Евгения Александровна. А ты, Леша, хоть бы раз меня поддержал. Она на меня нападает и нападает. Где твоя мужская солидарность?

Александровна, конечно, выдуманное отчество. Как и у многих из нас. В министерстве мы пропадали с радаров, обзаводились новыми документами, кому-то даже делали пластическую операцию. Как программа по защите свидетелей, только мы и судьи, и правоохранители, и скрывающиеся свидетели в одном лице.

Леша молчал, Женя ржала на всю комнату.

– Ты видел мем из рабочего чатика? – перевела она тему.

Я зашел в чат и открыл картинку, на которую поставила лайк уже половина министерства.

Там редкое фото, сделанное недавно на особую камеру наблюдения в подъезде на окраине Москвы. Опасная тварь с остроумно данной кем-то кличкой Американец. Все из-за вечно-широкой улыбки. Американец готовился атаковать жертву: пасть распахнута, внутри сотни мелких острых клыков. Глаза при этом прищурены, щеки напряжены, как у зевающего. Подпись к картинке: «Твое лицо, когда поздно лег спать».

Я сдался и засмеялся. Женя залилась еще сильнее. Леша спрятал ухмылку в кулак. Я сунул в уши наушники, показывая, что разговор окончен и пора работать. Ладно. Немного почитаю архивное дело и вернусь