Как приручить соседа - Аня Истомина

магазин, – разворачиваюсь к нему и задираю голову, поправляя шапку с помпоном. Вдруг на ум приходит гениальная мысль.

– Степан, а вы, случайно, не в магазин?

Он приподнимает бровь и молча ждет продолжения.

– Мне хотя бы яйца и разрыхлитель. – добавляю.

– Я хуею, – вздыхает он и вытаскивает телефон.

– А просто “нет” сказать нельзя? – обиженно дую губы и перевожу взгляд на кнопки.

– Номер диктуй, – слышится ухмылка.

Возвращаюсь домой, пребывая в тихом шоке от того, что он согласился. И сказал, чтобы я скинула ему список продуктов.

Пишу по минимуму, чтобы не напрягать. К яйцам и разрыхлителю прибавляю сыр и шоколад. Все остальное потом куплю сама.

Минут через тридцать слышу, как дёргается дверная ручка, но мой новый замок не пускает Степана в квартиру. Усмехаюсь мысленно, потому что он собирался вломиться, как к себе домой.

Звонок начинает настойчиво трезвонить.

Открываю дверь.

Степан молча вручает мне пакет и уходит обратно к лифту.

– Эээ, – растерянно тяну вместо благодарности, потому что осознаю, что он не в магазин собирался изначально.

– Мужикам своим намекни, – оборачивается он ко мне, – что цветочки это хорошо, но иногда нужно не подкатывать яйца, а их покупать.

Он заходит в лифт, оставляя меня стоять с раскрытым ртом.

Под впечатлением иду на кухню, ставлю пакет из элитного гастронома, между прочим, на стул и вытаскиваю из него продукты.

С удивлением кручу в руках стейк из мраморной говядины. Перепутал пакеты что ли? Заглядываю внутрь. Достаю сыр, шоколад, йогурты, индейку в вакууме. Яйца и разрыхлитель тоже на месте.

Это он что,.. мне все купил? Ну, не дурак же он, чтобы забыть, что в пакете и его продукты?

“Большое спасибо. – пишу сообщение. – Чека в пакете нет. Сколько я вам должна?”

Вижу, что сообщение практически сразу прочитано, но Степан ничего не отвечает.

– Ладно, потом с этим разберемся. – шепчу, откладывая телефон. А пока надо все же приготовить пирог.

Замешиваю песочное тесто, выкладываю в круглую форму. Сверху выкладываю яблоки с корицей и сахаром и украшаю сеткой из теста.

Ставлю в духовку и включаю таймер.

Время близится к созвону с дочерью, но я-то знаю, что бывший даже не ответит. И белье прислал не просто так.

Достаю из пакета красный комплект с чулками и поясом, переодеваюсь. Достаю из угла подвявший букет. Со вздохом залезаю в кровать и делаю несколько фотографий в игривой позе с букетом в обнимку так, чтобы не было видно лица. Отправляю козлу и отшвыриваю телефон. Встаю, стягиваю с себя чулки, запихивая обратно в пакет, и вдруг замираю.

– Боже, – вскрикиваю и бросаюсь к телефону, забыв про больную ногу.

Кажется, я отправила фотографию не бывшему мужу, а Степану.

Глава 12. Экземпляр

Падаю животом на кровать, хватаю телефон. Трясущимися руками с третьего раза ввожу пароль. Открываю мессенджер. Ну, точно, отправила соседу! У них с бывшим мужем аватарки в одном стиле, черно-белые. Сердце замирает. Фотография хоть и доставлена, но не прочитана. Выдыхаю и, тщательно контролируя каждое свое действие, удаляю фото.

Все. Позора удалось избежать.

Скрипя зубами, пересылаю фотографию бывшему мужу и три раза перепроверяю, что точно ему.

Переодеваюсь обратно в розовый домашний комбинезон.

Раздается звонок. Бывший гад.

– Да, – зло бросаю в трубку.

– Мама, – раздается звонкий лепет моей крошки. – Пивет!

– Привет, моя радость, – выдыхаю с облегчением. – Как твои дела?..

Проболтав с моим маленьким ангелом, наверное, минут тридцать и с вниманием выслушав ее ещё неразборчивые рассказы про киску, бабушку и зайку, почитав ей стишки и спев песенки, с сожалением прощаюсь, так как слышу команду бывшего отдать телефон. Именно команду. Холодную, отрывистую.

– Юбью, мамуй. – бросает мне Стеша в трубку и посылает воздушный поцелуй.

– И я тебя, мое солнышко. Скоро увидимся. – выдыхаю и чувствую, как щемит сердце.

Виталий не любит Стешу. Я слышу это по его интонации, вижу по его взглядам. Нет, он не обижает ее, но и родительского тепла не даёт. Наша дочь – лишь изощрённый садистский способ мстить мне. Сама по себе она ему не интересна.

Когда я заменила все документы и сбежала от него, у него были большие проблемы с проверкой. Помню, как он зажал меня в подъезде тогда ещё съемной квартиры и орал, что я отработаю ему каждую копейку, которую он потратил, чтобы прикрыть свою жопу.

Не знаю, как не ударил меня, лишь держал за горло брызгая слюнями в лицо.

А у меня тогда уже срок был порядочный, хоть и живота особо не было видно, потому что я поправилась немного. Я очень перепугалась, но почему-то не стала писать заявление. Хотя, не почему-то, а потому что “нет тела – нет дела”.

Передергиваюсь от воспоминаний.

Хотя, теперь ситуация не менее страшная.

Я иногда думаю, что было бы, если бы я перестала плясать под его дудку? Да, я потеряю возможность видеть и слышать Стешу на какое-то время, но и ему она уже будет без надобности. Если этот рычаг давления по итогу окажется нерабочим, возможно, он вернёт ее?..

А если нет?

Меня снова передёргивает. Я не могу так рисковать. Маленькое сердечко и так рвется от разлуки, когда мы прощаемся в конце моего законного выходного с ней.

Мы обе страдаем друг без друга. Единственное, что хотя бы немного меня успокаивает, – свекровь. Сейчас она живёт у Виталия дома и занимается со Стешей.

Закалённая работой воспитателем в детском саду, она спокойно находит с внучкой общий язык. А может и любит всё-таки, потому что Стеша всегда с удовольствием рассказывает о бабушке.

Про папу просто молчит.

Слышу громкий писк и понимаю, что сработал таймер. Хромаю к духовке. Ещё ни разу не пользовалась ей на новой квартире. Надеюсь, что не подведёт.

Достаю румяный пирог и с удовольствием вдыхаю аромат яблок с корицей. Даже слюни скапливаются во рту от желания попробовать кусочек. Но, это – презент для соседа. А делать второй у меня уже совершенно нет настроения.

Оставляю пирог остудиться и выглядываю на балкон. В комнате у Степана горит свет. Наверное, он уже вернулся домой,