Смарагдовый трон (роман) - Сергей Гавань

Ничего не произошло. Кристалл на конце жезла не испустил ни лучика света, с рук не сошло ни искорки пламени. Гирем разочарованно опустил голову. Рядом Элли тихонько пела колыбельную своему ребёнку.

"Спи, усни, мой дорогой.

И пусть тебе приснится,

Как рядышком с тобой,

Уютненько ложится,

Младенца труп,

Обёрнутый корой..."

- Что ты сказала? - вскинулся Гирем.

Женщина уставилась на него в замешательстве.

- В смысле?

- Что ты только что пропела?

Элли рассмеялась.

- Колыбельную. Да ты ведь её знаешь, Гири. Спи, усни, мой дорогой... подарков холм, обёрнутый парчой...

Гирем сомневался. Было ли явью то, что он слышал? Или это игра его воображения? Он вопросительно посмотрел на Джаффара.

- Слышал что-нибудь странное?

Хронист пожал плечами и покачал головой. Гирем мягко коснулся плеча женщины.

- Элли, - начал он. - Знаешь, где мы нашли Сиверта?

Женщина покачала головой. Лицо её изменилось, словно она почувствовала надвигающуюся бурю.

"Было ли услышанное мною правдой? Боги, могу ли я верить своим ушам?!" Гирем кусал губы, глядя то на безумно пляшущий огонь в камине, то на сморщившееся лицо Элли. Он не мог спокойно говорить это ей, такой доброй и ласковой. Он не мог спрашивать её о самом ужасном.

Позади себя он услышал тихое покашливание Джаффара. Странно, но звук голоса хрониста придал ему решимости.

- Мы были в вашем старом доме. Там мы нашли Сиверта и...

Его голос дрогнул. Элли прижала к груди левую ладонь, а правой рукой ещё сильнее обняла спавшего младенца. Гирем придвинулся к ней, незаметно сжав покрепче свой жезл.

- И трупы.

Из глаз женщины выкатилась слеза, а через несколько мгновений она тихо захныкала, свернувшись калачиком на полу и прижав к себе младенца.

- Нет, нет, нет, - твердила она между частыми всхлипами. - Этого не может быть. Он никого не... Что вы с ними сделали?

Гирем ожидал, что женщина набросится на них. Ждал, что она прикинется дурочкой и начнёт спокойно отрицать все обвинения. Он надеялся на это! Но он никак не ждал, что она начнёт плакать.

В замешательстве глядя на хрониста, Гирем принялся осторожно гладить Элли по голове.

- С Сивертом всё в порядке. Он сейчас сидит в моей комнате, и пока никто не знает о том, где мы его застали. Он что-то делал в погребе, наверное, хотел убрать трупы, может быть, предвидел, что кто-нибудь случайно на них наткнётся, особенно сейчас, когда вся деревня поставлена на уши. Но его судьба сейчас зависит от того, что скажешь ты. Поэтому, пожалуйста, Элли, я умоляю тебя, перестань лить слёзы и ответь на простой вопрос.

Женщина перевела на него взгляд опухших и покрасневших глаз. Гирем прикрыл веками свои.

- Ты ведьма?

Некоторое время женщина стонала, содрогаясь в спазмах. Гирем поднял взгляд на Джаффара - лицо мужчины не выражало ничего. Его собственное сердце билось, сотрясая грудную клетку. Он знал, что не почувствует облегчения при любом исходе. Он чувствовал, что не верит больше в невиновность Сиверта. Вне зависимости от того, что сейчас скажет Элли, кто-то из этих двоих будет убит. Неважно, какой ответ даст женщина.

"Нет!" - ударила в голову мысль. - "Не всё равно! Погибнуть могут оба, если Элли признает их с мужем вину".

- Ну? - тихо спросил он, коснувшись её плеча.

- Я ведьма, - тихо ответила Элли.

Гирем думал, чтобы был готов к этому ответу. Ошибка. Слова Элли словно выбили из-под него землю.

"Десять лет. Десять лет этот демон водил нас троих за нос. Три высокомерных идиота". Он разозлился на себя, на отца, на дядю. На Сиверта.

А Элли, положив свёрток с младенцем на пол, встала на колени и прижалась опухшим лицом к его ногам. Гирем в ужасе отшатнулся от неё.

- Я ведьма, Гири. Но я не имею никакого отношения к порче! Поверь мне! Ты же знаешь меня, знаешь Сиверта. Он хороший человек, он никогда не выбрал бы себе в жёны пакостливую дрянь!

- Боги, Элли, - только и мог вымолвить Гирем, ожесточённо растирая ладонями свой лоб. - Что ты наделала?

- Ничего, что стоит порицания! - выкрикнула женщина. По её взгляду Гирем понял, что женщину озарила какая-то мысль.

- Я... я умею вызывать огонь. Я могу спасти Алана!

Гирем почувствовал, что внутри него закипает гнев. И одновременно он всё ещё пытался понять Одержимую.

- Если бы ты не боялась за свою шкуру, то спасла бы Алана.

- И меня бы убили!

- Может быть, и не убили! - воскликнул Гирем, ходя взад-вперёд вдоль камина. Он не верил в то, что говорил. Отец слишком жесток, чтобы помиловать Одержимую. Молодой мужчина остановился, посмотрел на Джаффара.

- Сумеешь посторожить её, пока я схожу за стражей?

- Боюсь, что не сумею, - признался тот. - Кто знает, что она может выкинуть.

Гирем поморщился. Стоявшая на коленях женщина была так не похожа на коварного демона.

- И что будем делать?

- Помилуй нас с Сивертом, и я спасу Алана, - сказала Элли, качая в руках младенца.

- Не знаю, может, отведём её вниз вместе?

- Я не хочу оставлять Алана одного.

- Пожалуйста, Гири, помилуй хотя бы Сиверта!

- А, была не была! - Джаффар махнул рукой и аккуратно ткнул торцом жезла прямо в затылок женщине.

Удар всё равно вышел сильным - Элли безмолвно повалилась под ноги Гирему. Он взял её на руки, а Джаффар с неохотой поднял разревевшегося младенца.

- Боги, как мне не нравятся дети.

Через распахнутые ставни в комнату Гирема тянулась утренняя прохлада. Единственное окно выходило на восток, где небо приобрело нежный персиковый оттенок.

Гирем лежал на кровати, заложив руки за голову и скрестив ноги там, где ещё вчера находилась одна из деревянных спинок. Он не отрывал взгляда от оранжевого прямоугольника на стене. В голове шумело, и сквозь этот фон прорывались воспоминания минувшей ночи, вставая перед мысленным взором яркими картинками.

Элли заперли в темнице, предварительно заковав в тяжёлые и прочные цепи. Узнав об этом, Сиверт закономерно пришёл в ярость. Досталось и солдатам, с которыми к нему пришёл Гирем, и кровати с сундуком. Крышка последнего съехала на бок, держась на одной петле. На полу была разбросана одежда, обувь, книги, листы бумаги, карандаши и полдюжины кристаллов сциллитума. Оторванная спинка кровати валялась у её изножья.

Сознание призывно манило утонуть в мягких пучинах сна. Гирем изо всех сил боролся с этим призывом, который заставил его прилечь на кровать, и всё же не удержался - закрыл глаза.

Самой яркой картинкой, стоявшей перед его мысленным взором, была сцена, разыгравшаяся позавчера.

Гирем помнил тот ужас, который он испытал, когда чёрный дротик впился между лопаток Алана. Сбоку от него самого выросла чёрная тень и длинной конечностью толкнула его в грудь.

Гирема словно перешибли поленом, внутри как будто что-то сместилось. Перед глазами стремительно поменялись местами зелёное и голубое, сознание выхватило крутящуюся стену из чёрных силуэтов, а затем пришла тупая боль от удара о землю. Изо рта потекла слюна, а мысли были где-то в стороне, словно не успевали за его полётом. Гарапас сотрясал воздух безумным ржанием, вставая на дыбы.

- Спокойно, человечек, я тебя не съем, - сказал шегурт, и это испугало Гирема ещё больше. Ходили слухи, что шегурты стали следствием надругательства демона над человеческой женщиной. И глядя на существ со свисавшими животами, с перекошенными лицами и разнообразно изогнутыми серыми рогами, он был готов с этим слухами согласиться.

- Хотя мне очень хотелось бы оторвать от тебя маленький кусочек, - на лице шегурта появилась плотоядная гримаса, однако внезапно он осёкся, словно в голову ему пришла другая мысль. Гримаса исчезла. - Нет, я тебя не съем.

- За что? - прохрипел Гирем. - Мы не причиняем вам вреда. Мы не рушим ваши норы и не устраиваем облавы. Мы даём вам жить. Почему вы на нас напали?

- Потому что нам приказали, - пробормотал шегурт. - Мы должны были найти вас и предупредить.

- О чём предупредить?

- О том, что в вашей семье есть предатель, который станет причиной большой войны. Последней войны между... между...

Он хватал ртом воздух, словно очутившись на поверхности после долгого пребывания под водой. Гирем замер, пытаясь осознать слова, произнесённые шегуртом.

- Я не понимаю. Между нами и Алсалоном?

Шегурт замер, словно прислушиваясь к чьему-то голосу внутри себя.

- Ты всё поймёшь позже.

- Но что мне делать? - спросил Гирем, осознавая саму нелепость обращения за советом к уродливому существу.

- Наслаждаться страхом и недоверием, - у шегурта забулькало в горле. Внезапно он завопил, и этот звук, напоминавший смесь свиного визга и коровьего мычания, заставил дрожать плоть Гирема.

- А теперь беги, Гирем Рект! Беги, пока я не передумал и не скормил этим тварям! Но берегись - дома тебя ждёт сюрприз!

Гирем вскочил на ноги, а шегурт внезапно набросился на своего собрата и полоснул острыми когтями по шее. Следом за ним сцепились и остальные существа. Замелькали длинные руки, обтянутые тёмной кожей, в страшных оскалах мелькнули коричневые зубы, похожие на человеческие. Во все стороны полетели ошмётки кожи, плоти и кишок.