Незваный гость - Карен Брукс

Только ее выразительные, сверкающие янтарем глаза выдавали, что она была безмятежна не более генерала, ведущего свои войска в бой.

4

— Так приятно снова видеть вас вместе, дорогая, — говорила Грейс Картер, поливая соусом жаркое и пробуя вилкой печеный картофель. — Я всегда считала, что все образуется, если проявить достаточное терпение.

Опять это слово, подумала Трейси, хмуро глядя на мать. Терпение не имело ничего общего с тем, что происходило между ней и Дугом. Доверие, любовь, обязательность — никакое терпение в мире не могло их вернуть.

Дуг остался в гостиной и ввязался в мужской разговор с отцом Трейси. У них все было нормально: даже в кухне она слышала, как они смеются.

Вот и понадейся на родительскую верность. Голосование состоялось и было единодушным: они приняли Дуга так же радушно, как и в день их бракосочетания. Его длившееся два года и семь месяцев прегрешение было прощено быстрее, чем рисунки, которые трехлетняя Трейси когда-то намалевала губной помадой на стенах гостиной. За ту проделку ее лишили ужина. А Дуга сейчас угощали современным эквивалентом упитанного тельца.

— Мы вовсе не вместе! — страстно возразила она.

Мать пригляделась к ней.

— Дуг, похоже, считает, что вернулся насовсем.

— Бывало, он и раньше ошибался.

— Трейси, почему бы тебе не подождать немного? Если человек желает загладить свою вину, разве не должна ты дать ему этот шанс?

— Он не желает загладить свою вину. Ему нужно только место, где остановиться.

— Трейси, он любит тебя. И всегда любил. Я не одобряла твоего столь поспешного замужества — вы были такие юные и все такое, — но я ни на секунду не сомневалась в том, что Дуг любит тебя.

— А как быть со всеми теми гадостями, что ты наговорила о нем за последние два года? Я припоминаю некоторые эпизоды, которые были не более лестными, чем твое описание гамбургеров, подаваемых в «Морти».

— Ты моя дочь, и он причинил тебе боль. И, разумеется, я должна была вступиться за тебя.

Трейси с трудом воспринимала логику матери.

— А сейчас?

— Похоже, он хочет искупить свою вину. Тебе не мешает подумать над этим.

— Здорово ты переменилась, если хочешь знать мое мнение.

— Ну, хотя бы потому, что Дональду не помешал бы отец.

— Папа заменял ему его.

— Твоему отцу не справиться с неуправляемым двухлеткой, и ты знаешь это. Ты же видела, как Дональд утомляет его. Через несколько лет мальчишке захочется играть в бейсбол и ловить рыбу. Если твой отец попытается заняться подобными вещами с его больной спиной и плохой коленкой, одно лечение обойдется нам в кучу денег, не говоря уже о том, что твой отец ненавидит бейсбол. Всегда ненавидел. — Она пристально посмотрела на Трейси и выразительно добавила:

— А я ни в жизнь не соглашусь очистить еще хоть одну рыбину. — Она драматически содрогнулась. — От одной только мысли об этом у меня мурашки по коже.

— Найду кого-нибудь еще для игры в мяч и для рыбалки. Может, Чарльз подойдет. Он будет рад поиграть с Дональдом. Я же почищу рыбу, если придется.

Грейс Картер скептически изогнула брови дугой.

— Насколько я понимаю, Чарльз не так уж заинтересован в обзаведении уже готовой семьей. Так что не лучше ли Дугу оказаться этим кем-нибудь? Он же отец мальчика. Трейси, я не хочу вмешиваться…

— И все-таки вмешиваешься.

— Вмешиваться входит в обязанности матери, — весело отпарировала мать.

— Что-то я нигде не видела этих обязанностей.

— Их никто не записывает.

— Я уже догадалась.

— Просто каждая мать знает, что нужно делать. Сама убедишься. — Она нежно посмотрела на дочь. — Ты все еще любишь его. Сама знаешь. Ты была несчастна с того дня, когда он ушел.

— Да не была я несчастной, — с жаром возразила Трейси. — Во всяком случае, не в последнее время. Я давно уже научилась обходиться без Дуга. И жизнь у меня налажена.

— Она могла бы стать лучше. Дай ему шанс, — настаивала мать.

— А что если он опять смоется? Ты же понимаешь, нужно ведь думать и о Дональде. Как это отразится на нем?

— Не думаю, что это случится.

— Опять гадаешь на кофейной гуще?

— Нет. Но я в состоянии прочесть выражение глаз Дуга, когда он смотрит на тебя. Так же, как он смотрел на тебя, когда ты шла по проходу церкви Святого Луки в день свадьбы.

— Ты забыла, на сколько его хватило?

— Ничто не длится вечно. Нельзя упускать свой шанс.

— Меня не устраивают последствия. Тот, кто смылся однажды, вполне может повторить это. Знаешь, как говорят: дело мастера боится.

— О’кей. Тебе опять будет больно, но ты переживешь, как и в первый раз. Да и Дональд тоже, если уж на то пошло. Лучше рискнуть с человеком, которого любишь, чем быть несчастной и умирать со скуки с тем, кто тебе безразличен, — подчеркнула мать.

Трейси прекрасно понимала, чего она добивалась. Ее только удивило, что мать влезла в нюансы ее отношений с Чарльзом, вернее, отсутствия таковых.

— Мне казалось, что тебе нравится Чарльз, — робко возразила она.

— Мне нравится. Но не тебе, к сожалению. По крайней мере, ты не влюблена в него, как должна быть влюблена женщина в мужчину, за которого она собирается замуж.

— Кто говорит о замужестве? Мы с Чарльзом друзья. Мы получаем удовольствие от нашего общения. Только вчера мы провели прекрасный вечер.

Глаза матери расширились от шока.

— Ты была с Чарльзом после возвращения Дуга?

— У меня было назначено свидание, и я пошла на него.

— И как Дуг отреагировал на это?

Трейси села и мрачно уставилась на мать.

— Да его даже не очень задело, когда он увидел Чарльза.

Грейс кивнула.

— Ничего удивительного.

— Ма, ты же мне все уши прожужжала за последние недели о том, какой прекрасный молодой человек Чарльз.

— Верно. Прекрасный и надежный. С тем же успехом ты могла бы удалиться в монастырь.

— Сомневаюсь, чтобы там приняли Дональда, — сухо отпарировала Трейси. — К тому же, после Дуга меня привлекает надежность.

— Этого, вероятно, хватит на несколько месяцев, но не на всю жизнь. Рискни, Трейси Мари. Только так ты будешь по-настоящему счастлива, и в глубине души — если не обманываешь себя — ты прекрасно знаешь это.

— Однажды я уже рискнула, и что получила? Сердечную боль, не говоря уже об оплате закладной на дом и о воспитании ребенка в одиночестве.

— Ну и что? Нельзя перестать бросать кости после первого проигрыша.

— Ма, ты же терпеть не можешь азартные игры.

— Я только хотела доказать свою точку зрения.

Трейси устала от спора. Да и вряд ли ей удалось бы выиграть в нем. Свое упрямство она унаследовала от женщины, которая, стоя перед ней, раскладывала зеленый горошек и раздавала советы.