Путь ко спасению - cвятитель Феофан Затворник

1) на отстранение благодатных средств. Это естественное следствие забвения того, что воспитываемый – христианин и у него есть не только естественные, но и благодатные силы. А без этих средств христианин – это разгороженный сад, который топчут рыщущие бесы, ломает буря греха и мира, которых некому и нечем прогонять;

2) на приготовление только к счастью во временной жизни, с заглушением памяти о вечной. Об этом говорят дома и в классах, это выставляется главным в простых беседах; 3) на преобладание видимости во всем, не исключая даже священнослужения.

У того, кто не подготовлен дома, от такого воспитания неизбежно туман в голове, на все он смотрит не теми глазами, какими нужно, все представляет в извращенном виде, как сквозь разбитые или неподходящие очки. Поэтому и слушать не хочет ни о последней истинной своей цели, ни о средствах. Все это у него побочное дело, как бы шуточное.

Чтобы исправить такой дурной порядок вещей, нужно:

1) Хорошо понять и усвоить принципы истинно христианского воспитания и действовать по ним прежде всего дома. Домашнее воспитание – это корень и основание всему последующему. Хорошо воспитанного и подготовленного дома неправильное школьное воспитание не так легко собьет с прямого пути.

2) Вслед за тем перестроить по новым, истинным принципам школьное воспитание, внести в него христианские элементы, неверное исправить, главное – все время держать воспитываемого под обильнейшим влиянием Святой Церкви, которая всем своим порядком спасительно действует на воспитание духа. Это не давало бы разгораться греховным возбудителям, вытесняло бы дух мира и отгоняло дух из бездны. Вместе с этим надо направлять все от временного к вечному, от внешнего к внутреннему, воспитывать чад Церкви для Царствия Небесного.

Нужнее всего: 3) воспитывать воспитателей под руководством тех, кто знает истинное воспитание не по теории, а по опыту. Сформировавшись под надзором самых опытных воспитателей, они потом передадут свое искусство другим, следующим и т. п. Воспитатель должен пройти все степени христианского совершенства, что бы впоследствии в деятельности уметь себя держать, замечать склонности воспитываемых и потом действовать на них с терпением, успешно, сильно, плодотворно. Это должно быть сословие лиц чистейших, богоизбранных и святых. Воспитание из всех святых дел самое святое.

Результат правильного воспитания – сохранение благодати Святого Крещения. Последнее вознаграждает с избытком все труды по первому. Ибо некоторые высокие преимущества принадлежат тому, кто сохранил благодать Крещения и с первых лет посвятил себя Богу.

1) Первое преимущество, как бы основание всех других, – целостность естественно благодатного состава. Человек предназначен для необыкновенно высоких сил, готовых излиться на него из источника всех благ, только пусть не портит себя. И кающийся может быть полностью исцелен, но ему, кажется, не дано знать и чувствовать того, что не грешившему, или он не может наслаждаться той целостью и обладать той смелостью, которая бывает ее следствием.

2) Отсюда сами собою вытекают живость, легкость, непринужденность в делании добра. Он ходит в добре, как в единственно родном себе мире. Кающемуся надо долго стараться и приучать себя к этому добру, чтобы совершать его легко, но и достигши этого, постоянно держать себя в напряжении и страхе. Тот, наоборот, живет в простоте сердца, в радостной, необманчивой уверенности спасения.

3) Затем в его жизни появляется некоторая ровность и безостановочность. В нем нет ни порывов, ни ослабления, и как дыхание у нас обычно ровное, так и у него жизнь в добре. Бывает то же и у покаявшегося, но не скоро приобретается и является не в таком совершенстве. Починенное колесо нередко дает знать о своем пороке, и починенные часы уже не так исправны, как новые.

4) Не грешивший всегда юн. В чертах его характера отражаются чувства ребенка, пока он еще не провинился перед отцом. Здесь первое чувство невинности, детство во Христе, как бы неведение зла. Сколько оно отсекает у него помыслов и мучительных волнений сердца! Затем необыкновенное радушие, искренняя доброта, тихость нрава. В нем во всей силе обнаруживаются указанные апостолом плоды Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Тал. 5, 22–23). Он как будто одет в милосердие, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение (Кол. 3, 12). Затем он сохраняет непритворный веселый характер, или духовную радость, ведь в нем Царствие Божие, которое есть мир и радость о Святом Духе. Кроме того, ему свойственна некоторая дальновидность и мудрость, видящая все в себе и около себя и умеющая распоряжаться собой и своими делами. Его сердце сразу же говорит ему, что и как надо сделать. Наконец, можно сказать, он не боится падений, чувствует безопасность в Боге. Кто отлучит нас от любви Божией? (Рим. 8, 35). Все это в совокупности делает его и уважаемым, и приятным. Он невольно влечет к себе. Существование в мире таких людей – великая благодать Божия. Они заменяют апостольские сети. Как около сильного магнита собирается множество опилок или как сильный характер увлекает слабых, так обитающая в них сила Духа влечет к себе всех, особенно же тех, у кого есть начатки духа.

5) Главнейшее же нравственное совершенство у того, кто сохранился целым в годы юности, – некоторая непоколебимость добродетели во всю жизнь. Самуил остается твердым при всех искушениях в доме Илия и среди народных волнений. Иосиф среди недобрых братьев, в доме Пентефрия, в темнице и в славе одинаково сохранил свою душу непорочной[5]. Поистине, благо человеку, когда он несет иго в юности своей (см. Плач. 3,27). Сын мой! от юности твоей предайся учению и до седин твоих найдешь мудрость. Малое время потрудишься в возделывании ее и скоро будешь есть плоды ее (см. Сир. 6, 18, 20). Правильный настрой становится как бы природой человека, и если иногда немного нарушается, то скоро приходит в изначальное положение. Поэтому святые в святцах – это большей частью те, кто сохранил нравственную чистоту и благодать Крещения в юности.

Кроме того, кто, сохранив чистоту, посвящает себя Богу с ранних лет, тот 1) делает дело самое угодное Богу, приносит Ему жертву самую приятную: а) потому что Богу вообще угоднее всего первое: начатки плодов, первенцы людей, животных и, следовательно, первые годы юности; б) потому что приносится жертва чистая – непорочная юность, что главным образом и требовалось от всякой жертвы; в) потому что делают это с преодолением немалых препятствий и в себе, и снаружи, с отречением от удовольствий, к каким особенно в это время чувствуют позыв;

2) совершает дело самое благоразумное. Нужно же посвятить себя Богу, ведь в этом одном спасение. Разве только кто предался отчаянию. Но нет лучше и надежнее для этого времени, как первое, когда мы осознали себя, – ведь кто знает, что будет завтра? Но если бы кто-то и надеялся прожить дольше, не посвящая всего времени Богу, он будет только затруднять себя, привыкая к противоположной жизни, и Бог знает, одолеет ли себя потом. Пусть даже и одолеет: что то за жертва Богу – больная, истощенная, поврежденная, не целая? Впрочем, хотя все это бывает, но как редко! Как редко потерявший невинность успевает возвратить ее! Как трудно обратиться не узнавшему доброй жизни с детства, живо изображает по собственному опыту блаженный Августин в своей исповеди. «Годы отрочества, – говорит он, – я провел в резвости и шалостях, даже непозволительных, в непослушании и невнимании к родителям. Со вступлением в юность началось распутство, и за три года я до того развратился, что потом 12 лет все намеревался исправиться и не находил сил этого выполнить. Даже после того, как сделал я поворот к решительному перелому воли, еще медлил два года, откладывая обращение со дня на день. Так ослабла воля от первых страстей! Но после решительного обращения и принятия благодати в Святом Крещении что я должен был претерпеть, борясь с своими страстями, сильно тянувшими меня на прежний путь!»

Удивительно ли, что так мало спасающихся из греховно проведших юность?! Этот пример яснее всего показывает, в какой великой опасности находится тот, кто не получил добрых правил в юности и Богу себя заранее не посвятил. Какое поэтому счастье получить доброе, истинно христианское воспитание, вступить с ним в юность и потом в том же духе – в зрелость.

Отдел II

О начале христианской жизни через покаяние или о покаянии и обращении грешника к Богу

Как начинается жизнь христианская в Таинстве Покаяния?

Благодатная христианская жизнь начинается в Крещении. Но немногие сохраняют эту благодать, большая часть христиан ее теряет. Видим, что одни больше или меньше развращены, с дурными началами, которым позволено развиться в них и укорениться. В иных, может быть, и положены добрые начала, но в ранние годы юноши или по собственному влечению, или по соблазну от других забывают их, начинают привыкать к плохому и привыкают. Все такие не имеют уже в себе истинно христианской жизни; им снова надо начинать ее. Наша святая вера предлагает для этого Таинство Покаяния. А если бы кто согрешил, то мы имеем ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, праведника (1 Ин. 2, 1). Согрешил ли, познай грех и покайся. Бог простит грех и опять даст тебе сердце новое и дух новый (Иез. 36, 26). Другого пути уже нет: или не греши, или кайся. Даже, судя по многочисленности грешащих после крещения, надо сказать, покаяние стало для нас единственным источником истинно христианской жизни.