CFT. Терапия, сфокусированная на сострадании. Практическое руководство для клинических психологов - Кольц Рассел Л.

Составляющие сострадания — от осуждения к пониманию

Как мы уже говорили, очень самокритичные и склонные к стыду клиенты нападают на себя с разных сторон. Под прицелом оказываются их чувства и мысли, реакции и трудности в отношениях. Хотя сострадание к себе и другим является основной целью CFT, на первоначальном этапе мы тратим меньше времени на разговоры с клиентами о сострадании, но больше времени уделяем подготовке условий для его возникновения. Эту почву мы подготавливаем, помогая им понять факторы, которые приводят к неадекватным эмоциям, мотивам и поведению. Смысл не в том, чтобы убедить клиентов, что им следует проявлять сострадание к себе и другим, а в том, что, как только они осознают сложности человеческой жизни, сострадание станет для них логичным и возникнет само собой, а не в результате воздействия со стороны. Конечно, мы также говорим и о том, чем является и не является сострадание, и в чем его польза, но мы хотим подготовить для него почву, создав контекст понимания.

В CFT важно осознавать, что многие наши проблемы могут корениться в тех обстоятельствах, которые мы не можем выбрать или спланировать. Это часть более серьезного сдвига, который мы хотим помочь нашим клиентам совершить. Это переход от мировоззрения, основанного на угрозах, обвинениях и стыде, к сострадательной позиции понимания и полезных стратегий. Более внимательно изучив историю человечества, мы увидим, что наш опыт и личность определяют множество не зависящих от нас факторов.

ПРОБЛЕМЫ НАШЕГО ЭВОЛЮЦИОНИРОВАВШЕГО МОЗГА

В CFT человеческие эмоции и другие когнитивные функции рассматривают в контексте эволюции. Мы группируем эмоции по трем типам в соответствии с эволюционной функцией: эмоции и мотивы, которые сосредоточены на выявлении угроз и реагировании на них; те, которые сосредоточены на преследовании и вознаграждении за достижение целей; и эмоциональные переживания безопасности, удовлетворенности и мира (спокойствия), которые обычно связаны с чувством контакта с другими. Изначально неоднозначные и трудные для понимания эмоции, мотивы и поведение приобретут гораздо больший смысл, если мы рассмотрим их с точки зрения эволюционной функции и ценности для выживания, которую они имели для наших предков. Один из примеров навскидку — это тяга и склонность находить утешение в сладкой, соленой и жирной пище. Многие люди борются с "заеданием стресса", и многим из нас хотелось бы так же мечтать о брокколи, как мы мечтаем о пицце или сладостях. Но в условиях, в которых жили наши предки — где калорий и питательных веществ было относительно мало — сахар, соль и жиры имели ценность для выживания. Так увеличивалась вероятность того, что те, кто потребляет их, выживут, передав свои гены потомкам. С эволюционной точки зрения эти пристрастия (и многие эмоции, с которыми мы, возможно, боремся) абсолютно оправданы, даже если теперь они представляют собой убийственное сочетание с нашей нынешней средой, в которой дешевую, соленую, сладкую, жирную пищу можно найти повсюду.

Способы эволюции нашего мозга и разума могут создавать трудности. Будь то сложное взаимодействие эмоций старого мозга и способностей нового мозга к символическому мышлению или легкость, с которой мы автоматически устанавливаем связи между разными явлениями, — мы не выбирали и не создавали принципы и механизмы работы нашего мозга, но нам так сложно ими управлять. Это осознание может помочь создать контекст для самосострадания, депатологизируя эмоции и опыт, которые по отдельности могут казаться нам чем-то "неправильным", тогда как на самом деле они — неизбежная и неотъемлемая часть человеческого существования в наши дни.

СОЦИАЛЬНОЕ ФОРМИРОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ

Как мы уже говорили, быть человеком означает испытывать сильные эмоции и побуждения, с которыми иногда бывает трудно справиться, особенно когда мы сталкиваемся с травмой или другими жизненными проблемами. Ранний социальный опыт формирует сильную способность самостоятельно обеспечить себе чувство безопасности и управлять своими эмоциями, а также многими другими аспектами нашей личности. Например, ранний и продолжительный опыт привязанности сильно влияет на нашу способность чувствовать себя в безопасности в отношениях с другими (вместо ощущения угрозы), ожидать поддержки и заботы от других (а не вреда или пренебрежения) и относиться к себе как к любимому и достойному заботы (а не как к недостойному любви или одинокому) [Wallin, 2007].

Это окружение, которое мы в большинстве случаев не можем выбрать или изменить, сильно влияет на то, как развивается наш мозг, иногда оказывая разрушительный эффект. Благодаря таким процессам, как выработка условного рефлекса/классическое обусловливание, оперантное обусловливание и социальное обучение, а также процессам, сформулированным в более современных разработках теории обучения, — например, в теории реляционных фреймов [Hayes, Barnes-Holmes, & Roche, 2001; Törneke, 2010], — наша среда может научить нас бояться как раз тех межличностных связей, которые должны помочь нам чувствовать себя в безопасности, и систематически формировать поведение, которое нанесет нам вред в дальнейшей жизни.

Цель CFT — помочь людям начать понимать, что многие их чувства и реакции — это не их выбором или умысел. Это не их вина. Но это "не ваша вина" не означает, что мы оправдываем кого-то или снимаем с человека ответственность за его поведение. Речь идет о честности с самими собой в отношении того, какие факторы мы можем контролировать, а какие - нет. Так, именно из-за всех этих факторов, которые мы не можем контролировать, нам необходимо понимать свое сознание и учиться работать с тем, на что мы можем повлиять. Возможно, наши клиенты не выбирали мозг, который привык в определенных ситуациях реагировать страхом или тревогой, но мы можем помочь им развить способность эффективно работать с этими ситуациями и аффектами, а также поддерживать и принимать себя при этом.

В фильме Умница Уилл Хантинг есть яркая сцена, в которой психолог (его играет Робин Уильямс) находит дело своего клиента Уилла (которого играет Мэтт Деймон). Толстая папка заполнена документами, свидетельствующими о жестоком обращении, которое Уилл пережил в детстве. Диалог был примерно таким: "Я мало что знаю, Уилл, но вот это мне известно". Он показывает папку. "Вы знаете всю эту срань?" "Это не твоя вина. Это не твоя вина."

В этой сцене он с теплотой повторяет эту фразу снова и снова. Уилл изначально сопротивляется этой идее и дает легкий отпор, как иногда это делаем мы и наши клиенты. Не всегда легко признаться себе в том, что многое в нашей жизни (и в работе сознания) находится вне нашего контроля. И, как и в случае Уилла, если жизнь наших клиентов была наполнена травмами, борьбой и страданием, это осознание может принести и боль, и озарение. Но если мы сможем помочь нашим клиентам честно распознать в своей жизни вещи, в которых они не виноваты, — переживания, которые они не хотели получать, непрошеные мощные эмоции, спонтанные мысли, идущие вразрез с их ценностями, привычки, которые они безуспешно пытались изменить — и помочь им перестать атаковать и винить себя за этот опыт, это может создать контекст, который сделает изменения возможными.

Цель CFT — помочь клиентам реализовать то, о чем сказали выше. Однако длинные объяснения обычно бесполезны. Мы обычно не загоняем наших клиентов в угол, то и дело повторяя: "Это не ваша вина", как в сцене из "Умница Уилл Хантинг". Цель CFT — быть процессом направляемого открытия, в котором широко используют сократовский диалог и психокоррекционные упражнения, например, мысленные эксперименты, видение ситуации с точки зрения других людей и работа с пустым стулом, чтобы помочь клиентам развить понимание своего опыта и научиться с ним работать. Мы поговорим об этом далее.

Как важно научиться чувствовать себя в безопасности