Чужая - Инна Байр

Проснулась до рассвета. Помолилась. Вышла на балкон насладиться восходом. Смотрела и улыбалась. Мне приснился чудный сон – как я бродила по лугу с диковинными цветами. Было легко и радостно. Проснулась в отличном настроении. Да будет так! Соглашусь! Да! И пусть это будет самым правильным выбором в жизни! Амин!

Позвонить и сообщить о согласии почему-то было стыдно, поэтому я набрала сообщение: «Ассаламу алейкум. Я согласна!». Нажала кнопку отправить и откинула телефон. Вышла. Внутри все дрожало. Вдруг передумал? Или вообще пошутил неудачно. Или… Так все! Стоп! Хватит. Лучше делом заняться, например, работу поискать, квартиру. Вышла на улицу, купила газету с объявлениями. Вернулась. Телефон молчит. Села в кухне, стала просматривать объявления. Рука горела от желания написать еще раз. Или позвонить. Вдруг не увидел. Терпела. Объявления сливались в одно, злили. Отбросила газету. Всевышний! Почему он не отвечает?

Схватила телефон. Откинула. Нет! Гордость! Ау! Где ты? Стало обидно. Поорала в подушку. Выпустила пар. Вдох, выдох. Он просто не видел сообщение. Все! Прекратила! Отодвинула мобильник. Сделала пару шагов в сторону кухни и раздался звонок. В один прыжок оказалась на диване с телефоном в руках. Да! Амир! Звонит! А-а-а! Наконец-то!

Выждала пару мгновений, выровняла дыхание и ответила.

– Да?

– Ассаламу алейкум!

– Уалейкум ассалам.

Повисла пауза. Боже, до чего же неловко! Амир справился первым:

– Ты хорошо подумала? Это же серьезно! Намерение должно быть такое, что ты выходишь замуж навсегда. На всю жизнь. Понимаешь?

– Да. Да! Понимаю. Только хотела попросить… – дыхание кончилось. Зажмурилась. Но пересилила себя и спросила, – давай не будем сразу жить… как взрослые?

Амир хмыкнул понимающе. Прочистил горло. Видимо, не ожидал такой просьбы:

– Давай, конечно.

Какое облегчение! Я воодушевилась и пролепетала:

– Ну, раз так, то тогда я точно согласна!

Амир коротко рассмеялся.

– Ну, раз так, то встретимся завтра, я заеду за тобой с утра. Поедем в мечеть, прочтем никах.

Удивилась:

– О. Так быстро? А что нужно? Как одеться? Гости?

– Ничего не нужно. Свидетелями будут мои друзья. Одежда – просто будь покрыта. А праздник… Ну, хочешь, в кафе потом сходим? А, кстати! Подумай, какой махр хочешь. Правда, я… – Амир замялся, – Сейчас не в состоянии выплатить большой выкуп, но золото потяну. Или ты деньгами предпочитаешь?

– Да! Нет! Ой! – смутилась, – Мне вообще ничего не надо!

– Нет! Махр – обязательное условие никаха. – возразил парень.

– Хорошо. Тогда золото посмотрим, кольцо, например. – выпалила я и постаралась успокоиться.

– Договорились! До завтра?

– До завтра. – прошелестела я и еще постояла, послушала гудки. Завтра я стану женой. Офигеть.

Глава 13

Ночь прошла неспокойно. Долго не могла уснуть, переживала. Встала до рассвета. Искупалась. Помолилась. Перекусила и отправилась в единственный Исламский магазинчик в городе. Хотелось выйти замуж красивой! У меня оставалось еще немного денег от бабушки, их хватило на красивую султанку со стразами, нежно-голубой платок и свободное платье ему в тон. Наряд получился летящий, невинно нежный, самое то для новобрачной. Продавщица одобрительно поцокала языком, пожелала всех благ.

Домой вернулась как раз к приезду будущего супруга, нарядилась, подвела глаза, подошла к зеркалу, сглотнула. На меня большими испуганными глазами смотрела незнакомка. Хиджаб подчеркнул черты, делая меня какой-то… чистой. Зажмурилась и еще раз взмолилась, чтобы это решение было верным. Вздрогнула, когда раздалась трель дверного звонка.

Смущенно открыла. За дверью стоял не менее смущенный Амир с букетом роз. Белых. Неловко всучил цветы. Стремительно осмотрел, улыбнулся:

– Красиво! Ма ша Аллах. Тебе идет!

Внутри потеплело, пружина напряжения начала плавно распрямляться. Поблагодарила улыбкой, уткнулась носом в букет, находя успокоение в тонком аромате.

Амир предложил сразу отправиться в мечеть. Согласилась. Тем более нас ждали будущие свидетели нашего бракосочетания.

По дороге заехали в ювелирный, где Амир купил мне колечко. Я выбрала одно из самых простых, дешевых. Не хотелось показаться жадной. Да и в принципе не любила золото, к ювелирке всегда была равнодушна. Амир согласился с моим выбором, но потом докупил к кольцу тонкий браслет и серьги. Возражать не стала, мужчина решил – пусть делает, а золото лишним не будет.

Поехали дальше. Предстояла длинная дорога, ближайшая работающая мечеть находилась в паре сотен километров. Пока ехали, молчала, смотрела в окно, не вмешиваясь в разговор парней, волновалась. Амир заметил мое настроение и придвинулся поближе, нашел мою ладонь и легко сжал. И столько в этом простом жесте было одобрения, поддержки, тепла, что я невольно расслабилась, повернулась, посмотрела ему в лицо. Он подмигнул и сжал ладонь чуть сильнее и больше не отпускал до самой мечети.

Амир

Волнуется. Аккуратно придвинулся, чтобы пацаны не заметили. Сжал ладошку. Удивился тому, что ручка у нее такая маленькая. Повернулась. Глаза испуганные, губы искусанные. Подмигнул. Улыбнулась. Красивая… Эту девочку я заметил в первый день, как только перевелся. Зацепила сразу, такая необычная – прямая, открытая. Да и внешность, фигура, глаза…

Я видел ее интерес, но пользоваться этим не стал. Потому что она мне действительно по-настоящему нравилась. Ия просто не заслужила таких отношений, которые я мог ей тогда предложить. Повстречаться несколько месяцев, а потом домой? Родня русскую не примет. Это мне твердили чуть ли не с рождения. Да и список невест уже готов. Жениться придется на той, кого выберут родители, а точнее – мама с тетками и многочисленными сестрами. Таков адат (обычай). Да и харам все эти встречания до брака… Поэтому и держал дистанцию, демонстрировал напускное равнодушие. Хотя это было трудно.

Ия умела удивлять. Только то, что она приняла Ислам чего стоило! СубханАллах! Как я тогда обалдел! И ведь действительно уверовала! На намаз встала, хиджаб. Хотя большинство из моего окружения – этнические мусульмане, рождены в Исламе, но ничего не соблюдают и вообще не вникают, считают, что достаточно «веры в сердце» и живут спокойно, абсолютно не понимая религии. А у нее такое рвение! Зауважал еще больше. И тянуло к ней сильнее. А как она училась! Как на меня смотрела! Как трогательна была в своем намазе. Такая чистая вера, искренность. И как же ей идет платок…

Сжал ручку сильнее. Улыбнулась. Кровь побежала быстрее. Хороша! А ведь думал, что больше никогда не увижу, велик Аллах, как непредсказуема жизнь. До сих пор помню горечь нашего прощания, обещание звонить и ее прощающий, отпускающий взгляд. Как же мне тогда хотелось схватить ее и как предки – через седло и в горы! Но. Не смог. Уехал домой. А там тоска. Ни учебы, ни работы. Одно развлечение собраться вечером с парнями, покататься по окрестностям. Через неделю просто взвыл и отпросился у родителей в город. Сказал, что буду работать, собирать на свадьбу. Отпустили.

А потом эта