Служба по расчету - Алекс Хай

Журналистка широко улыбнулась.

— Приятно, что не забыли, Матвей Сергеевич. Мне снова нужна ваша помощь… Тут у нас опять проект в университете нарисовался…

Я жестом попросил Аграфену проследить за полной энтузиазма Костенко, а сам помог соседке разлить морс по бокалам.

— Так что, по-вашему, могло понадобиться тем людям на острове? А, Наталья Петровна?

— Гляжу, любопытный ты у нас. А тебе зачем знать?

— Да интересно стало. Тем более, говорите, на большой машине приехали. — Я понизил голос. — Может, чего казенное украли? Так об этом доложить надо куда следует. Объект-то казенный. Тем более память… Сами понимаете.

Женщина лишь презрительно фыркнула.

— Да там брать нечего! Лес, комары, булыжники да металлолом. Но мне показалось, что они и правда что-то оттуда вывезли. Они же как приехали, сразу отправились на пристань. А там народу было прилично, человек десять. Двое в костюмах таких пижонских, какие в кино показывают. А остальные нормально одеты — рабочие, видать. Погрузились они на катер…

— А катер откуда?

— Пришел… Откуда-то. Ждал их в бухте, к берегу не швартовался. Как увидел их, подошел, забрал и повез сразу на остров. Под вечер все они вернулись. Вроде бы что-то грузили. Темно было. Кажется, какой-то ящик здоровенный, железный. Поди пойми, что в нем лежало.

— Значит, воруют, — вздохнул я.

— Так, может, по разрешению…

Ага. Кабы было по разрешению, то вместо рабочих использовали бы солдатиков, тем более что Коневец формально был приписан к Кексгольмскому гарнизону и считался военным объектом. Солдат — универсальная рабочая сила. И тачку катить будет, и яму выкопает, и Родину защитит, и пожрать приготовит. Так что будь запрос на вывоз официальным, наверняка выделили бы служивых. И грузовик бы дали.

А тут люди сами приехали и привезли своих рабочих. Все свое ношу с собой. А зачем так делают? Правильно — когда имеют место секретики. Только вот с местными немного просчитались. Они-то все замечают. Даже наш приезд будет поводом для обсуждений на ближайшую неделю наряду с сюжетом очередного телесериала. Соскучились здесь люди по гостям и впечатлениям.

— Ну, в любом случае, дело не наше, — я улыбнулся и взял стаканы для Фени и Оксаны. — Спасибо вам большое, Наталья Петровна.

— Вы как возвращаться с острова будете, заходите. Чаю попьем с конфетами. Вчера в магазине завоз был, я помадные взяла…

— Спасибо за приглашение. Если не поздно освободимся… А то нам надо по списку пройти… За образцами. И все равно наверняка что-то перепутаем.

Попрощавшись с соседкой, я вернулся к девушкам. Оксана как раз договаривалась о маршруте. Судя по виду Аграфены, помощницу все устраивало.

— Да, нам бы начать с западной части, как в прошлый раз. Но сегодня только на остров. Место трагедии посещать не будем.

Признаюсь, в один миг у меня возник соблазн попросить проводника подплыть именно в ту точку, где случилась трагедия. Но для моего дела это было бессмысленно: все случилось слишком давно, теперь это просто точка на карте. Ведь даже обломков на том месте больше нет — все вывезли на остров.

— Хорошо, ребятки. — Матвей Сергеевич пригладил бороду и воровато огляделся по сторонам. — Только в этом году ценник подрос. Вы уж не обессудьте. Всем надо как-то выживать.

— Вообще не проблема, — ответил я. — Сколько?

— Ну, будем считать, что за целый день. Я ведь высажу вас и смогу подстраховать, если вдруг на проблемы нарветесь. Я же прекрасно понимаю, что нет у вас никакого пропуска.

— Сколько? — повторил я.

— Десять рублей.

— Губа не дура, дед, — усмехнулся я. — Ничего, мы скинемся. Хватит.

— Половину вперед.

— Фень, отсчитай, пожалуйста.

Помощница молча вытащила из внутреннего кармана небольшой кошелек и отсчитала пять рублей ассигнациями.

— Прошу, — она протянула деду деньги, и тот, ловко их пересчитав, убрал аванс в карман.

— Вы уж извините, но тут и правда риски. В последнее время что-то неладное на острове происходит. Не в моих интересах вас отговаривать, конечно, но…

— В чем дело?

— Не здесь, — покачал головой проводник. — Идемте к катеру, по дороге все объясню. Только ключи прихвачу и сумку. Подождите минутку.

Дедок бодро взлетел по ступеням на крыльцо и скрылся в домике. Вернувшись, он показал нам направление.

— Давайте сразу на пристань. Идите, я нагоню. Наталье масло занесу, а то чуть не забыл…

Вы вышли за калитку и дождались Матвея Сергеевича на перекрестке. Лаврентий попивал кофеек и разгадывал кроссворд. Я жестом попросил его припарковаться в менее приметном месте и быть на связи. Водитель кивнул и вырулил в небольшой тупик.

— Так вот, ребятки, — проводник бодро шагал в сторону пристани, — как началась в этом году навигация, так с тех пор на остров регулярно какие-то люди наведываются.

— Часто?

— Раз в месяц точно. Наверное, даже чаще. Не всегда через нашу пристань работают — я замечаю и катера, когда рыбачу. Со стороны Кексгольма подходят. Не нравится это мне, ребятки. Сперва подумал, военные, но нет. Суда у вояк другие. Эти гражданские. Мне кажется, бандиты какие-то. Вот наш катер.

Мы вышли на небольшую пристань. Судно Матвея Сергеевича представляло собой старенький, но очень ухоженный катерок. Было видно, что дед очень о нем заботился.

— Еще можете передумать, — предупредил он. — Я на сам остров не совался, страшновато мне. И за вас переживаю.

Мы с Аграфеной переглянулись, и она укоризненно покачала головой в ответ на мою улыбку.

— Ничего, Матвей Сергеевич. Мы будем осторожны.

— Если что, вот мой номер. Сразу звоните, я постараюсь вас подобрать. Там не всюду подойдешь, но разберемся…

Мы забрались в катер, и старик отшвартовался.

— Жилеты проверьте! Техника безопасности кровью писана!

Тут меня дважды просить не пришлось. Мы-то с Феней давно на воде — все же сами на берегу залива жили столько лет. А вот жилет Оксаны я перепроверил и понадежнее застегнул.

— Волна маленькая, ветерок слабый. Нормально дойдем.

Катер потихоньку вырулил из бухты, и мы оказались в проливе, отделявшем Владимировку от острова.

Вообще, Коневец был местом во многом уникальным. Он находился где-то в шести километрах от берега и был не таким уж и маленьким для озера: длиной около пяти километров, шириной — примерно два. И судьба у острова была трагической еще задолго до гибели