Ребенок от босса-козла - Амали Браун

Цветы отправляются в вазу, а сладости в специальный ящик, чтобы не мельтешили перед глазами. Я никогда не была сладкоежкой, но с начала беременности сметаю все, что нахожу дома. Несколько раз пыталась ничего не брать, но стоит зайти в магазин и увидеть сладости, и все… пиши пропало. Даже не помню, как они оказываются в пакете.

Беру в руку телефон и набираю Лизу, решив отвлечься от содержимого запретного ящика. Да и рассказать ей все, что произошло сегодня.

— Настя? — удивленно тянет она, явно отняв телефон от уха и сверив время. В рабочие часы нам нельзя говорить по телефону. И сейчас именно такое время.

— Лиза, тут такое… — тяну я, опустившись за стол и таки утащив одну из сладостей из ящика. Точнее, она сама появляется в моей руке, и я даже не понимаю как.

— Что случилось? — взволнованно восклицает она.

— Я с Медведевым в ресторане была, — бросаю и замолкаю, ожидая реакции, но на том конце молчание, явно говорящее о шоке моей подруги. — Узнала, в чем причина расставания.

— И… и в чем же? — спрашивает Лиза, а ее тон меня пугает. Она говорит так, словно знает причину. А сейчас передо мной играет спектакль.

— Андрей, лучший друг Кирилла, по просьбе твоей сестры, которая на тот момент была его девушкой, сказал, что я изменяю Медведеву, — выпаливаю как на духу, а червячок сомнений внутри меня тут же получает подтверждение своей догадке.

— Да ты что?!

— Лиз, — понимаю, что предчувствие меня не обманывает. И подруга все давно и прекрасно знает.

— Да? — отзывается, пискнув своим тонким голосом. А такое у нее, лишь когда она волнуется. А волноваться она может только по одной причине.

— Ты об этом знала? — решаю все же уточнить.

Дать ей шанс на то, что подруга меня не предавала или узнала только сегодня.

— Прости… — сдается она, словно дав мне пощечину. — Просто Нина моя сестра и… — а дальше ее слова теряют звук, потому что перед глазами проплывает вчерашняя сцена, когда подруга затолкала меня в свою машину и увезла, чтобы я с Медведевым не встретилась.

“— Бежим! — кричит подруга и, схватив меня за руку, тащит в сторону своей машины.

Открывает мне дверь, чуть ли не заталкивает внутрь, и сама бежит за руль.

— Ты чего?! — не понимаю, почему у нее такая реакция.

— Потому что так надо, — бросает она, заводя машину.

— Зачем?

— Бесит меня, когда люди не понимают. Говоришь им, а они не слушают, продолжают стучать в закрытую дверь, — отвечает и уезжает с парковки, оставив Медведева с носом.”

— Лиза… Мы же подруги! — восклицаю, не веря в то, что осознала за секунду. — Как ты могла?!

— Сказать и потерять тебя? — спрашивает она с возмущением и виной в голосе.

— А сейчас ты меня не теряешь? — недоуменно спрашиваю. — Сейчас я тебя прощу?

— Я пыталась помочь тебе! Пыталась! — кричит в трубку.

Но выбрала сестру… своя рубашка ближе!

— Это больно, Лиза. Слишком больно, — произношу в телефон, давая понять, что пути назад у нее не будет. — Я всегда тебя во всем поддерживала, а ты за моей спиной вместе с сестрой моего мужчину отбила! И даже совесть не заела, когда узнала, что я, вообще-то, беременна от него. Ты вообще понимала, что ребенка без отца оставляешь? Даже это тебя не тронуло признаться и прекратить?

— Чего?! — выкрикивает Лиза. — Настя, ты что-то путаешь!

— Пока, — произношу и отключаю звонок.

Бывшая подруга пытается сразу же меня набрать. Вновь поговорить, только вот я не намерена этого делать.

Добавляю ее в черный список и опускаюсь на стул, понимая, что меня предал тот, кому я доверяла больше всех…

* * *

“Настя, возьми трубку!” — приходит уведомление из мессенджера от той, что предала не только меня, но и все годы нашей дружбы.

Мы всегда были вместе. Всегда друг друга поддерживали. Помогали. Последнее ради друг друга отдавали, а сейчас…

Ее предательство даже больнее, чем когда Медведев меня выгнал.

Это был глупый мужик, а здесь та, которой я могла бы ребенка своего доверить и не переживать.

“Настя, я еду к тебе. Все не так, как ты думаешь”, — приходит в другой мессенджер, когда я раз за разом блокирую подругу то в одном приложении, то в другом.

Но заблокировать ее около своей двери не получается. Пыталась, правда, домофон не открывать, отключив его от розетки. Но Лиза все равно прошла его, вероятнее всего, зайдя с кем-то или попросив в других квартирах открыть ей.

— Насть, ну открой, — просит она, тихо стуча в дверь. — Я все объясню. Я знаю, что ты стоишь за дверью и слышишь меня. Впусти и поговорим. Я не могу кричать через дверь…

Но я не слушаю, потому что каждое слово оправдания словно нож по сердцу.

Иду в спальню и накрываюсь подушкой. В какой-то момент Лиза даже прекращает стучать. Может, до самой доходит, что не открою, а может, соседи прогнали.

В любом случае услада для уха и сердца. Последнее перестало кровить, и уже хорошо.

Но спокойствие мне только снится. Стоило прекратить стучать Лизе, мой телефон стал разрываться от звонка Медведева.

— Кирилл, я не в настроении, — грустно шепчу в трубку, продолжая лежать в кровати. — Давай завтра все?

— Я около твоей двери с шоколадками, — говорит он.

И вроде бы хочу послать, но сладкоежка внутри меня заставляет подняться и пойти к двери. Открыть ее, забрать сладости и уже тогда послать.

Распахиваю дверь, и весь мой план летит к чертям. В подъезде стоит Медведев, но не один. С Лизой.

— То есть ты помогаешь той, из-за кого мы расстались? — с вызовом спрашиваю. — Она все знала, Кирилл. Она помогала своей сестре, чтобы мы с тобой расстались. И после этого ты помогаешь ей?

— Нет, я помогаю той, которая помогает мне помириться с тобой, — поправляет меня Медведев и вручает пакет. Берет Лизу за руку и толкает ее ко мне. — Миритесь, ведьмочки. Свою часть сделки я выполнил, Лиза. Рад был видеть. Удачного примирения. Про свою часть сделки помни, Елизавета! Я вернусь за долгом!

— Не поняла… — тяну, не сводя взгляда с Кирилла.

— Я же тебе рассказывала, что косяки Нины исправляю, — отвечает за него моя бывшая подруга. — Вы с Медведевым ее косяк. Но признаться мне было стыдно. Она же моя сестра… Поэтому я, чтобы никого не подставлять, решила просто вас с Кириллом помирить. Это я ему подсказала купить наш ресторан, а потом подсказывала, что и как