СВАТЫ - Дебби МАКОМБЕР

— Понимаешь, когда я пригласил тебя на ужин, я забыл о... предыдущем обязательстве.

— Гевин, все в порядке. По правде говоря, ты можешь отвезти меня назад домой. Если дело в другой женщине, ты спасешь нас от огромного смущения.

Конечно, не себя самого, а двух женщин.

Он быстро разделался с последним гамбургером и скомкал бумагу.

— Нет другой женщины. — Он, казалось, пришел в ужас от одной мысли, что она могла даже предпо­ложить подобное. — Если хочешь, я могу взять тебя с собой. У меня есть время, чтобы достать еще один билет.

— Я согласна на что угодно.

Она мимолетно подумала, во что же она позво­лила себя втравить, но, услышав слово «билет», она немного приободрилась. Может, концерт? Или постановка?

— Это представление? — спросила она радо­стно.

— Можно сказать и так, — ответил он. — Но ино­гда подобные представления заканчиваются доста­точно поздно.

— Об этом я не беспокоюсь. Денни остался с мои­ми родителями на всю ночь.

— Отлично. — Он ослепительно ей улыбнулся. — Как бы сказал Денни, для девчонки ты ничего.

— Рада, что ты так думаешь.

Выкинув бумагу в мусорное ведро, Гевин прово­дил ее к машине и выехал с парковки. Он двинулся по автостраде в направлении Такомы. Дори до сих пор не знала точно, куда они едут, но сейчас уже поздно поворачивать назад.

Еще несколько машин было припарковано в туск­ло освещенной части центра Такомы. Гевин вышел из машины и взглянул на ручные часы. Он быстро обогнул автомобиль и помог ей. Рука Паркера сжала ее локоть, когда он повел ее к серому зданию с ква­дратным фасадом. Уличный свет был слишком ту­склым, и Дори не могла прочитать вывеску над вхо­дом, да и Гевин не дал ей времени. Похоже, времени оставалось немного.

Они вошли в большой холл, и их приветствовали криками и восклицаниями. Как только Дори осмо­трела аудиторию, улыбка исчезла с ее губ, и она яростно повернулась к Гевину.

— Я обещал другу посмотреть на его последнее чудо, — объяснил он, внимательно изучая ее реак­цию.

— Ты хочешь сказать, что привез меня на пят­ничные бои?

Глава 4

— Это проблема? — настороженно спросил он, вызывающе посмотрев на нее.

Дори не могла поверить, что это и есть ее «сви­дание» с привлекательным и популярным Гевином Паркером. Она ни разу не ходила на бокс и никогда не хотела этого. Да и спорт сам по себе не очень-то интересовал ее — за исключением футбольных мат­чей сына. Несмотря на это, ее «нет, думаю, нет» бы­ло сказано с определенной степенью правдивости. Денни трепетал бы от радости. И никакая другая вещь не смогла бы убедить мальчика в том, что Гевин от­носится к ней серьезно.

Следуя за мужчиной в зал, а затем вниз по ши­рокому проходу, Дори немного засомневалась, ког­да он усадил ее на место всего в нескольких рядах от ринга. Что бы здесь ни произошло, она увидит это в мельчайших подробностях.

Очевидно, Гевин был постоянным, известным по­сетителем этих матчей. Он представил Дори несколь­ким мужчинам, чьи имена пронеслись мимо нее слиш­ком быстро, и она даже не надеялась, что запомнила их. Оглядываясь вокруг, Дори заметила, что здесь при­сутствует еще несколько женщин. В своем маленьком черном платье и шерстяном пальто она определенно выглядела слишком нарядно. Съежившись, Дори усе­лась глубже на своем сиденье, пока Гевин вел друже­ский разговор с мужчиной, сидевшим в ряду непо­средственно перед ними.

— Хочешь орешков? — спросил он ее, наклоняя голову как можно ближе.

— Нет, спасибо.

Ее руки лежали на коленях, сжимая сумочку и не­прочитанную программку, которую ей вручили у две­ри. Люди ведь не едят, когда смотрят подобного рода вещи?

Гевин пожал плечами и встал, ища мелкие день­ги в кармане, а затем повернулся к ней:

— Ты ведь не сердишься?

Дори была убеждена, что именно этого он ожи­дал от нее. Возможно, именно этого он добивался. Ее злость была бы еще одним доказательством, что все женщины одинаковы. А именно это ему требо­валось. Дори, хорошенько осознав все произошед­шее между ними, поняла, что Гевин на самом деле не хотел, чтобы она понравилась ему. Любые на­стоящие отношения были бы опасны для него, даже те, которые основаны на дружбе и взаимном ува­жении.

— Нет. — Она подарила ему вымученную, но ве­селую улыбку. — Это должно быть интересно.

Дори уже придумала замечательную месть. Сле­дующий раз она заставит пойти его с ней в оперу.

— Я вернусь через минуту.

Он встал со своего места и протиснулся мимо дво­их мужчин, которые сидели рядом с проходом. Дори чувствовала себя абсолютно не в своей тарелке, ее плечи были напряжены. Она мысленно готовила себя к суровому испытанию.

— Так, значит, вы Дори. — К ней повернулся муж­чина, который разговаривал с Гевином.

Они были представлены друг другу, но она никак не могла вспомнить его имя.

— Да, — смущенно улыбнулась она ему в ответ, прилагая все усилия, чтобы вспомнить его имя.

— Это первый раз, когда Гевин привел с собой на бои женщину.

— Для меня это честь. — Дори посчитала, что его слова могут сойти за комплимент.

— Он встречался с одной эффектной блондинкой некоторое время. И многие беспокоились, что он соберется жениться на ней.

Блондинка! Любопытство Дори становилось все сильней.

— Неужели?

Гевин не упоминал при ней ни о какой блондинке. Если он собирается регулярно встречаться с кем-то еще, это разрушит их соглашение. Паркер взял ее на пятничные бои, в то время как он, возможно, украд­кой наслаждается дорогими винами и изысканными блюдами с этой блондинкой. Отлично.

— Да, — продолжал безымянный мужчина. — Они встречались достаточно регулярно. Некоторое время он даже не появлялся на боях.

«Очевидно, у них были серьезные отношения», — подумала Дори.

— Она, должно быть, много значила для него, если Гевин даже пропускал бои. — Дори поощрительно улы­балась, надеясь, что мужчина расскажет ей больше.

— Понимаете, он не появляется здесь каждую не­делю.

Дори кивнула, делая вид, что действительно здесь все очевидно.

— Во время футбольного сезона его можно уви­деть здесь один-два раза — и то это будет огромной удачей.

Теперь Дори начала задумываться, насколько «удачна» была она сама. Мужчина ухмыльнулся и посмотрел в сторону прохода. Дори кинула взгляд туда же и увидела Гевина, который спускался по проходу, за­полненному людьми. В руках он нес большой пакет орешков. Как только он сел, Дори машинально взяла себе горстку.

— Ты же сказала, что не хочешь, — произнес Гевин, протягивая ей пакет.

— Я и не хочу, — пробормотала она, раскусывая орех. — Я вообще не люблю орешки.

— Тогда почему ты взяла их с моей руки, как толь­ко я уселся?

—Да?

Будучи расстроенной, Дори первым делом тяну­лась за едой.

— Прости, — сказала она, возвращая ему пакет. — Я не понимала, что делаю.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил Гевин, его глаза потемнели, он будто готовился к спору.

Дори ненавидела себя за то, что люди так легко могли понять ее настроение. Она как раз думала, что в какой-то момент вечера поднимет вопрос о его связи с... этой женщиной, которая подвергала опас­ности их предварительное соглашение.

— Да ничего меня не беспокоит, — ответила она. — Во всяком случае, так уж сильно.

Его блестящие глаза откровенно смеялись над ней.

— Просто твой друг... — она жестом показала на ряд впереди них, — он сказал, что ты встречался с блондинкой...

— И ты поспешила сделать выводы?

— Да. Это не входит в наше соглашение.

Ее действительно волновало, встречается ли Ге­вин с другой женщиной, и это больше всего расстраивало Дори. У нее не была права чувствовать что-либо к нему, за исключением того, что подразу­мевалось их соглашением. Но если Денни услышит о другой женщине, она, возможно, войдет в мысли ее сына, убеждала она себя. Он может решить, что Гевин не интересуется ею, и возобновит свои пои­ски кандидата.

— Тогда тебе не нужно беспокоиться. Я больше не встречаюсь с ней.

— А в чем проблема? — язвительно проговорила она тихим голосом. — Она не настолько удачлива, что начала подбирать свадебный букет?

— Нет. — Он сжал губы и потянулся за орешком, а затем с остервенением разломал его. — Каждый раз, когда она открывала рот, я слышал, как скри­пят ее мозги.

— Я бы подумала, что такой тип девушки са­мый лучший, — сказала Дори, сумев-таки спрятать улыбку. «Для таких, как ты», — добавила она мыс­ленно.

— Я и сам начинаю склоняться к такому мне­нию, — сухо произнес он; его взгляд стал непро­ницаемым.

Дори почувствовала растущее ощущение победы, поэтому расслабилась и не сказала больше ни слова. Скоро в зал зашли боксеры вместе с менеджерами и ассистентами, и в зале раздались оглушительные крики и свист. Спортивный комментатор подождал, пока двое мужчин, подняв веревки, не встали в свои углы ринга. Взглянув на программку, Дори прочи­тала, что эти двое были в категории легкого веса.