Боец 4: лихие 90-е - Валерий Александрович Гуров

наших спецподразделений. Хотя, если вспомнить «путь каратиста» на этом бразильском турнире, то закончился он уже в первом же бою, когда его нокаутировал боксер первой же выброшенной двойкой. Тупо воспользовался тем, что у каратиста по незнанке руки находились где-то в районе пупка. Поэтому как бы да — «это» сильнее чем карате. При всем уважении к восточному единоборству, у каратистов совершенно отсутствовала стойка и для таких них работать с ударником, как кикбоксер или боксер — целая проблема. Это уже потом каратисты приспосабливались, достаточно вспомнить Сэнт-пьера или Мачидо…

Народ слушал меня самозабвенно, рты разинув. Следующий сеанс задержался почти на четверть часа, и вот уже заволновались, зашумели на улице желающие смотреть «Кошмар на улице Вязов»… мне пришлось закругляться.

— Так а когда новые кассеты будут? Когда сеанс?.. — на это мне приходилось отвечать, что пока не знаю, но все это будет обязательно. Что за день-два до сеанса я обязательно повешу плакат-анонс, поэтому заглядывайте, следите, все будет!

— А если не будет, повтор может покажете? — спросил мальчишка, который чуть раньше интересовался про карате.

— Обязательно, — пообещал я, припоминая как сам засматривал видеокассеты до дыр. И никого ведь раньше не напрягало, что это повтор — неа.

Удовлетворенные посетители стали расходиться, я занялся продажей билетов на бесконечную «Улицу Вязов» с ужасным Фредди Крюгером. У меня был очередной приквел, вбоквел или как там называется это добро. Крюгером народу заинтересовалось гораздо меньше, хотя сидячие места были заняты почти все — тоже, кстати, по десятому кругу приходили смотреть (судя по тому, что я слышал обсуждение любимых моментов ужастика). Сам я когда-то смотрел вроде бы все серии, но эту вспомнить не смог… да, собственно, и хрен с ней. Видно было, что сценаристы и режиссер тяжко мучились в попытках создать нечто смотрибельное, и это у них получилось процентов на двадцать. Отдельные эпизоды были даже неплохие в рамках жанра и приковывали внимание. Да и в целом, если оценивать по самым серьезным меркам искусства кинематографа и глазами человека 21 века — актеры, камера, звук, все работало в сумме очень грамотно, профессионально, то есть видно было, что квалификация у съемочной группы серьезная. Но в общем… слабый, из пальца высосанный сценарий, повторы прежних трюков и даже фраз. Видно было, что создателям до смерти надоело тянуть эту волынку, а ничего не поделаешь, «пипл хавает». И у нас в России тоже: народу хоть было и не столько, как на бойцовском сеансе, но выхлоп получился нормальный.

Закончился Фредди, а на входе уже нетерпеливо топтались озабоченные, этих, к моему удивлению, опять набился полный зал, и даже пришлось продать несколько стоячих мест — без возражений, юнцы с неуверенно-стыдливыми взорами согласились смотреть стоя.

Не без иронии я подумал, что по моим посетителям можно делать определенные социологические исследования: какая публика какие жанры предпочитает. На «Прикоснись ко мне» в зал набился, понятное дело, блудливый молодняк, две парочки парень+девушка. А вот остальные — пленники нереализованных мутных желаний, лет примерно от четырнадцати до восемнадцати, наверное, еще не разу не видевшие живую девичью сиську.

Глядя на этих парней, мне вспомнилось бессмертное из Маяковского:

Мы,

   онанисты,

               ребята

                         плечисты!

Нас

      не заманишь

                титькой мясистой!

Некоторые из эти ребят, конечно, не имели права посещать данный сеанс, и я малость беспокоился, как бы чего не вышло. Руслан, правда, горячо уверял меня, что у него «все схвачено», никакие менты не побеспокоят, и на сеанс «18+» можно со спокойной душой запускать прыщавый молодняк. Запустить-то я запустил, но покоя в душе не было, некий Дамоклов меч висел над ней… Да, кстати! Вот любопытный факт: среди мучеников полового созревания затесались двое старичков. Вернее, один, второй был просто подзапущенный мужчинка пьюще-интеллигентного вида, лет немного за сорок. Эти двое, стесняясь своего присутствия здесь, сидели тише воды-ниже травы, но глаза их горячечно блестели, это было видно даже за мутными стеклами очков «интеллигента».

А сам фильм оказался адской мутью. Из эротических сцен там оказались только сиськи крупным планом и еще жопа какой-то девушки. Эта мадам неизвестно отчего разомлела в кровати, нежилась, потягивалась и изгибалась, как гимнастка на козле… Все это тянулось долго и скучно, потом все же встала, оделась… Ну а дальше были очень унылые выяснения отношений с молодым человеком, который сам по себе оказался крайне унылой личностью… но все же добился близости. Эту сцену целомудренные немцы сняли сквозь полупрозрачную шторку-кисею. Черт его знает, может, у них какие-то законодательные ограничения есть такого рода… Ну, словом, чушь чушью, однако эротоманы прилежно таращились на экран. А одна парочка давала волю рукам, я видел, как девушка вроде бы и отталкивала руку парня, и стискивала ее, но ход давала. Видимо, барышню обуревали противоречивые желания из серии «и хочется, и колется, и мама не велит…»

Честно, сюжет фильма я совсем не помню, и потому, что ерунда, и потому, что за день я все же здорово устал, к концу сеанса уже клевал носом… Поэтому чем кончилась тоскливая немецкая любовь, тоже, естественно, не помню.

Фильм еще не закончился, когда я услышал снаружи знакомое завывание «каблука». У моторов советских авто у каждого был свой неповторимый звук, ни за что не спутаешь «Запорожец», «Жигули», «Москвич» и «Волгу»… Прикатил Руслан за выручкой, что совершенно разумно, оставлять деньги на ночь в вагончике, хотя бы под моей охраной — дело больно уж рисковое.

Наконец, побежали финальные титры, зрители, переживая каждый свое, начали, гремя креслами, вставать. И мне даже на миг любопытно стало — а что сейчас творится у каждого из них в душе?.. Впрочем, это на самом деле был миг, он отлетел, и больше я о том не думал.

Руслан тоже имел усталый, осунувшийся вид, и ему его хлеб давался непросто.

— Ну как? — спросил он, когда последний посетитель покинул зал.

— Да вроде бы ничего. Смотри, считай.

Он быстро, профессионально пересчитал корешки билетов, потом выручку — все сошлось. Но он был приятно удивлен сегодняшней поживой, присвистнув:

— Ты смотри-ка! Ничего себе улов. Хорошо народ шел, что ты столько бабок наколотил?

— Вообще да, а на бои так и вовсе аншлаг. Они процентов сорок выручки дали, — подтвердил я.

Руслан вновь присвистнул, но с другой интонацией — задумчиво-многообещающей:

— Ага… Клюнуло, значит?

— Еще как! Вопросами забросали: еще будет такое?.. Я, конечно, говорил, что да, хотя знать не знаю, есть еще кассеты, нет ли…

— Правильно говорил, — твердым тоном заявил Руслан. — Есть