Опрометчивое решение - Джулия Уилмингтон

Дик тем временем прокричал взволнованно:

— Лиз! Ты слышишь меня?

— Да, не беспокойся! Я приеду, Дик. Давай адрес и объясни, как мне лучше добраться.

Проведя почти весь день за рулем, Лиз чувствовала себя разбитой. Около девяти вечера она наконец добралась до Пембрука и нашла гостиницу, которую назвал Дик, — «Халсайт». Лиз поставила машину на стоянку у гостиницы и с трудом вылезла наружу. Потянулась, размяла поясницу и поискала глазами вход.

Гостиница — это, пожалуй, громко сказано, с усмешкой подумала она. Здание старенькое, маленькое, хотя вполне симпатичное. Похоже по стилю на большую рыбацкую хижину, только, конечно, модернизированную. Окна первого этажа ярко освещены. Оттуда раздаются голоса и звон посуды. Слава богу, никто там не ругается, как оно частенько случается в таких маленьких городках; здесь люди просто отдыхают за кружкой пива.

Справа Лиз обнаружила дверь с табличкой «Жильцы». Она вошла в холл и огляделась. Обычный вестибюль, открытая вешалка для пальто, дверь — «Гостиная», за ней стойка для зонтов, только что-то слишком тихо. Толкнув дверь, Лиз оказалась в уютной комнате. По стенам стояли красные банкетки, в центре дубовый стол, а за ним дремал Дик Стивенсон. Голова его упала на грудь, перед ним стоял недопитый стакан виски. Правая рука у него была забинтована и висела на перевязи.

— Привет, Дик! — Лиз осторожно потрепала его по здоровому плечу.

Он вскинул голову и проснулся.

— Лиз, добрая девочка! Ты все же добралась! Я уже начал думать, что ты где-то застряла. Рад тебя видеть! Иди сюда, я тебя обниму своей здоровой рукой!

Дик обхватил ее за талию, а потом усадил на соседний стул.

— Хочешь поесть или выпить?

Лиз так устала, что ни есть, ни пить не хотела, а мечтала лишь скорей вытянуться на постели. Но нельзя же отдыхать, пока не выяснишь, в чем состоит дело.

— Расскажи, в чем дело-то? Где остальные?

— Они пошли подышать морским воздухом. Пляж как раз недалеко, от гостиницы вниз. Скоро вернутся.

— Понятно. А что со съемкой?

Дик взволнованно поскреб затылок здоровой левой рукой.

— Тут за день так все осложнилось! Пару часов назад Додди пошел к нему, к этому писателю, ну, к герою нашего фильма, чтобы сказать, что у нас будет замена, и подтвердить насчет завтрашнего утра, да вылетел от него как пробка. Этот Сэйлор сегодня мрачнее тучи. У него там какие-то проблемы. Стал шуметь, что не собирается терять драгоценное время и торчать перед камерой, пока не починит пишущую машинку. Додди ему говорил, мол, здесь, в этой глуши, быстро не получится, а нам с материалом опаздывать нельзя. Что же, мол, нам сидеть и ждать, что ли? Короче, переругались страшно, и все дело под угрозой — знаешь, как с ними работать, с модными писателями!..

Лиз просто ушам своим поверить не могла.

— Ты сказал, его фамилия Сэйлор?

— Да, псевдоним у него — Уильям Сэйлор. А настоящее имя Артур Крейг.

Сердце Лиз уже и так готово было выпрыгнуть из груди. Конечно, она сразу догадалась, о ком идет речь. Леди Уинслоу сказала, что псевдоним Артура связан с морем, а «сэйлор» и означает «моряк». И сам Артур в то утро говорил — ему предстоит проехать триста миль. А она-то была в полной уверенности, что они больше не увидятся никогда в жизни. Судьба, поняла Лиз, предлагает ей непростое испытание. Но для чего?

— Кажется, я знаю его, — сказала Лиз Дику. — Слушай, а что, если я поеду к нему и попробую уговорить?

Дик удивился:

— Ты уверена, что в состоянии войти в клетку к тигру?

Лиз решительно поднялась от стола.

— Мне нравятся тигры. Такие симпатяги!

Дик рассмеялся.

— А мне нравятся такие отважные женщины, как ты! Может, только подождешь ребят? Додди покажет тебе дорогу, там проехать трудновато.

— Сама справлюсь. Ты ведь объяснишь мне, как его найти? Лучше поеду прямо сейчас, пока еще не совсем стемнело.

Перед дорогой Лиз умылась и привела волосы в порядок. Вскоре она уже ехала по описанной ей приятелем улице. А вот и поворот, о котором предупредил Дик. Узкий проезд, чуть ли не вертикальный, вел на вершину холма. Да, Артур Крейг забрался в такое место, где его трудно достать. Старенький «форд» пыхтел изо всех сил, взбираясь наверх.

По обеим сторонам дороги кустарник и никаких строений. Лиз засомневалась: а туда ли она вообще едет? Но тут увидела сквозь заросли коттедж. Перед ним оказалась довольно широкая площадка, на которой стоял знакомый автомобиль.

Выйдя из машины, она похлопала ладонью по запыленному капоту, словно подбадривая свой «форд»:

— Молодец, старичок.

Теперь ей предстояло «войти в клетку к тигру», как выразился Дик. Она обогнула дом и направилась к крыльцу, увитому плющом. Коттедж был развернут фасадом в сторону от дороги, словно хозяин не желает видеть посетителей. Это вполне в духе мистера Сэйлора — Артура Крейга. С виду дом мрачноватый, похож на притон контрабандистов, она помнит такую картинку из детской книжки.

Лиз постояла немного, стараясь сообразить, как себя вести дальше и с чего начать. На самом деле она ужасно волновалась и уже сожалела о том, что так охотно согласилась принять участие во всей этой затее. А зачем, спрашивается, она решила отправиться к Артуру прямо сейчас? Можно было приехать сюда завтра утром со всей группой. Но делать нечего — она перед дверью и отступать нельзя. Лиз постучала — никто не ответил. Лиз постучала еще раз, более настойчиво.

В коттедже послышались шаги, дверь приоткрылась, и в плохо освещенном холле возникла знакомая фигура.

— Кто? — Голос Артура звучал совсем не любезно.

Лиз как раз соображала, как бы ему представиться, но тут ее осенило. Точно скопировав его интонации, она произнесла фразу, которую услышала от него той ночью, когда он неожиданно приехал к ней с кассетой:

— Откройте же, я не грабитель.

— Что? — удивился хозяин и широко распахнул дверь. — Ого, да это наш маленький фотограф! Что это вы здесь делаете?

— Вы не очень любезны, мистер Крейг, — парировала Лиз, стараясь держаться смело и твердо. — Разрешите войти?

Он совсем лишился дара речи. Не скрывая своего крайнего удивления, Крейг пропустил ее в дом.

— Я бы хотела поговорить с вами, мистер Крейг, если вы не слишком заняты.

— Конечно, — кивнул Артур и жестом пригласил ее пройти в гостиную.

Он зажег свет, и ее глазам предстал весьма необычный интерьер: большая светлая гостиная с удобной мягкой мебелью, вся заваленная книгами и бумагами. По стенам стеллажи до самого потолка, высокий камин, на полке которого тоже лежали книги, посреди комнаты располагался великолепный рояль, превращенный в огромную подставку для бумаг. Настоящий дом писателя. Лиз уселась в единственное свободное кресло.