Дьявольский кредит - Алексей Алимов

Так рассуждая, на развилке Хротгар, не сомневаясь, повернул на восток к горному озеру. Прошли уже двое суток пути, погони за ним, как будто, не было, и он спокойно скакал по дороге, наслаждаясь лесными видами. На закате северянин отъехал с дороги в лес, нашёл удобную поляну рядом с ручьём, привязал и расседлал Мрака, так, чтобы он мог пить из ручья, повесил перед ним кормушку и, насыпав в неё овса, принялся собирать хворост для костра. Оставался ещё день пути, и к завтрашнему закату Хротгар собирался уже сойти с горного серпантина на территории Нуринга.

Принеся на поляну и сложив шалашиком хворост, напихав в середину сухих листьев, он уже достал кресало, чтобы запалить костёр, когда с дороги раздался какой-то шум, вскоре продолжившийся испуганным конским ржанием и женскими криками. Достав щит и кинжал подлиннее, он проворно, но стараясь не шуметь, двинулся в сторону тракта. Спрятавшись за густым кустарником, он взглянул на место действия: двое крепких мужчин в серых плащах пытались схватить женщину, которая пятилась от них в сторону кустов, где прятался Хротгар. На каждую попытку протянуть к ней руку, девушка делала выпад кинжалом, рука отдёргивалась, затем действие повторялось. Хоть женщина и была вооружена, но мужчин было двое, и они теснили её. Северянин заметил у мужчин ножны с кинжалами на поясах - стало ясно, что она им нужна живой. Он оглянулся по сторонам и увидел в нескольких метрах левее молодого мужчину, лежащего на земле и пытающегося ползти в сторону дерущихся, оставляя за собой капли крови. Лошади женщины и её спутника испуганно ржали, отбежав метров на тридцать дальше по дороге, лошадей же нападавших видно не было. "Засада! Эти двое явно ждали, даже лошадей заранее спрятали", - смекнул Хротгар, а в следующую секунду, когда женщина отступив ещё на шаг ближе к его укрытию, сделала очередной выпад кинжалом, один из нападавших блокировал выпад дублёным кожаным наручем и перехватил руку женщины, которая не преминула тут же свободной рукой засветить ему в глаз; тот настолько опешил, что ослабил хватку, и женщина вырвалась. Пока всё это происходило, Хротгар в лучах закатного солнца успел разглядеть на руке нападавшего блеск перстня ночной гильдии.

Его рывок сквозь кусты совпал с ударом женщины в глаз нападавшему. Воспользовавшись моментом, он с разбегу саданул со всей силы ребром щита во второго гильдейца, тот попытался прикрыться одной рукой, второй нащупывая ручку кинжала, но защититься у него не получилось: раздался хруст ломаемой руки, а мгновением позже и рёбер. Скрючившись и издавая тихие стоны, противник валялся на земле в паре метров от места столкновения.

Не теряя времени, Хротгар пригвоздил руку второго супостата, которой тот держался за подбитый глаз, кинжалом к голове. Противник, пару раз конвульсивно дёрнувшись, опал на колени, а когда северянин извлёк окровавленный кинжал из уже пустой глазницы, рука, раньше прижатая к глазу, повисла безжизненной культёй, а секунду спустя труп упал лицом в дорожную пыль.

- Вы в порядке? - спросил Хротгар у девушки, с ужасом взиравшей на труп, который мгновение назад "смотрел на неё" пустой окровавленной глазницей. Девушка молча кивнула, но секунду спустя закрыла рот рукой и отвернулась, а в следующий миг неожиданно согнулась в рвотном спазме. Хротгар не стал отвлекать даму от столь важного занятия и подошёл к всё ещё живому, скрюченному в дорожной пыли, поломанному и стонущему первому противнику. Последовал смачный пинок под зад, о-о-очень жалобный сдавленный стон, а затем кашель. Хротгар быстро обхлопал тело врага и, не найдя ничего, кроме кинжала, разрезал ремень и снял ножны вместе с содержимым. Потормошив тело ногой, убирая трофей в рюкзак, он нагнулся и поднял эту жалкую тушу за шкирку, как нашкодившего котёнка, затем заглянул в его глаза, в которых плескался ужас.

- Где остальные? Зачем напали на женщину? Сколько вас здесь ещё? - холодным и тихим вкрадчивым голосом задавал он вопросы, свободной рукой поигрывая кинжалом в опасной близости от лица ночника. Хротгар уже знал, что где-то рядом должен быть ещё минимум один член шайки, поскольку на этих двоих перстни были серебряный и бронзовый, значит, должен быть ещё "главнюк" с золотым. Подождав десять секунд и не услышав в ответ ни звука, он лбом врезал противнику по лицу, забыв, что он в шлеме. Результат был весьма ярок и красочен: кроме сломанного носа у бедняги были разбиты обе губы, а по подбородку в ручейке крови стекали белые осколки зубов. Из глаз ночника сплошным потоком лились слёзы, рот издавал жалобный скулёж. Хротгар начинал входить во вкус, ему всё больше нравилось оправданное насилие, никаких рвотных позывов и близко не было, напротив, он чувствовал странную эйфорию от победы. Скорее всего, дело было в дьявольском количестве гормонов, выброшенных в мозг юным четырнадцатилетним телом. - Я задал тебе вопросы, отвечай, гнида, или я тебе прямо здесь на живую яйца отрежу! - Пригрозил он, опуская кинжал ниже.

- Хорошо, кх-гхкхм, я всё, кхе, расскажу, только, гкххххрм, не мучайте меня больше. Кхгх. Убейте быстро. - Произнёс, прерываемый кашлем, ещё сильнее поникший гильдеец, в глазах которого уже не было страха, лишь обречённость и смирение с судьбой. Обильно прокашлявшись и сплюнув несколько густых кровавых комков, он, уже не прерываясь, продолжил: - Карт и Себер расположились южнее по дороге, в паре лиг отсюда, на случай, если кто из Нуринга поедет, чтобы не помешали. А на севере, в ближайшей деревне по тракту, у нас штаб, если кто будет проезжать - почтовую птицу пришлют. - В этот момент Хротгар обрадовался, что решил срезать дорогу в объезд деревни, благо лес был не густой, а грунт - ровный, и коню ничего не мешало. - Так что, нас всего четверо. А напали затем, что Лорд Лионелл из совета лордов Нардии решил, что в его владениях не место ночной гильдии, собрал кроме своей дружины крестьянское ополчение и провёл несколько карательных рейдов. Кучу наших перебил... Главарям гильдии это не понравилось, и они поручили Карту со своей группой спереть дочь Лионелла, чтобы получить рычаг воздействия. Вот, собственно, и всё. - Хротгар заметил, что по мере разговора ночнику становилось всё сложнее дышать, видимо сломанным ребром пробило лёгкое. Он всё равно уже не жилец. Подумав так, он вонзил кинжал прямо в висок, на всю длину, чтобы смерть была мгновенной. Убитый даже не дёрнулся, просто жизнь покинула его. Бросив труп валяться в пыли, северянин повернулся в сторону спутника леди Лионелл и заметил, что та уже сходила за лошадьми, а сейчас пытается перевязать раненую ногу мужчины, хотя какого там мужчины, подростка. Судя по небогатой одежде, это был слуга, и он, в отличие от Хротгара, действительно выглядел лет на четырнадцать-пятнадцать. Подойдя поближе, он понял, почему парень полз, не пытаясь встать: у него на правой ноге были перерезаны сухожилия чуть выше пятки. С такой травмой не встанешь.

- Леди Лионелл, я - Хротгар из рода Чёрных Топоров, позвольте проводить Вас до моего скромного лагеря? - обратился он к женщине, которая при внимательном взгляде оказалась молодой девушкой лет двадцати, и только строгая дорожная одежда и волосы, собранные в пучок, делали её старше.

- Можно просто Зирая, учитывая обстоятельства нашего знакомства. Думаю, что можно оставить в покое этикет и обойтись просто вежливым обращением, - ответила девушка, слегка краснея, вспомнив, как её вырвало на глазах нового знакомого. - хорошо, пойдёмте, только помогите донести Курта, сам он не может идти, а на лошадь я его поднять не смогу.

Дотащив Курта на плече до лагеря, Хротгар сгрёб кучу опавших листьев и уложил его в эту импровизированную кровать, затем запалил костёр; сняв перевязку с ноги болезного, он дал ему прикусить толстую палку, а сам раскалил в пламени кинжал и прижёг рану. Затем заново перевязал ногу, приложив к ней несколько листьев подорожника. Закончив приготовления, он произнёс:

- У того мужчины я узнал, что это работа ночной гильдии. Он сказал, что в паре лиг к югу находятся ещё два члена группы, причём среди них главарь. Не будет ли с моей стороны невежливым оставить вас двоих здесь ради вылазки в стан врага? - северянин слегка улыбнулся.

- Что Вы, Хротгар! Вы и так спасли нас с Куртом от плена, и я ни в коем случае не обижусь, если Вы закончите начатое.

Хротгар собрался и вышел на дорогу. Оглянулся, чтобы проверить, не видно ли дым от костра - он как-то не подумал о конспирации, прижигая Курту рану, но всё было в порядке, даже с дороги не видно было света, а ветер дул с востока, унося дым на запад, где на пятнадцать лиг простирается сплошной лес. Успокоившись, воин обыскал тела. Кроме ещё одного кинжала, денег и перстней, ничего ценного у них не было, причём, бронзовый перстень он даже не стал снимать. Тела убрал в кучу листьев поглубже в лес на обочине, противоположной лагерю, после чего двинулся лесом вдоль дороги. Метров через триста к югу он обнаружил двух лошадей, привязанных к веткам дерева, на которых заодно висела кормушка. Он решил забрать лошадей в лагерь на обратном пути, а завтра продать их в последнем селении перед хребтом. А чего добру пропадать? Причём действительно пропадать - сейчас ещё смогут траву пожевать, а зимой лошади без хозяина - смерть.