Дьявольский кредит - Алексей Алимов

Отдав на конюшне ещё сорок серебра за подходящее седло, Хротгар в очередной раз отправился к кожевенных дел мастеру. Поскольку чем занять свой досуг до вечера, северянин толком не знал, то решил по дороге к мастеру заглянуть в постоялый двор, побаловать своё северное чревоугодие, да и пиво в тот раз понравилось. Отдав очередную горсть медяков за грибной суп, жаркое из баранины и кружку пива, на этот раз тёмного ячменного, возрождённый примостил своё седалище за столом и принялся не без удовольствия уплетать обед. Дабы не таскаться по городу с конём по кличке "Мрак", северянин предусмотрительно оставил животное в стойле у постоялого двора поглощать овёс, заботливо насыпанный в кормушку конюшим всего за медяк.

Уже доедая обед, Хротгар увидел, как к стойке подошли трое мрачных личностей, заказали обед и сели за стол за его спиной. Когда они проходили мимо его стола, Хротгар краем глаза заметил на их пальцах перстни ночной гильдии: два серебряных и один золотой, прямо как у команды Тита. "Интересно, они всегда тройками работают, или это просто совпадение?" - усмехнулся он про себя. - "Надо послушать, о чём говорить будут, может чего интересное узнаю?" - с этими мыслями северянин доел жаркое, отставил тарелку на край стола и, пригубив пива, навострил уши.

- Я узнал у хозяина постоялого двора: тот мутный тип, что поручил Титу халтурку на кладбище, сегодня утром съехал, а ребята-то так и не вернулись, хотя работы там всего на пару часов, раз плюнуть - подумаешь, могилу раскопать и обшмонать.

- Да не нервничай ты так, Дрок, может, ребята сорвали настолько серьёзный куш, что решили плюнуть на заказчика и свалить в другой город, сейчас кувыркаются себе в борделе с девочками и зенки заливают, а мужик этот, заказчик, который хотел, чтобы ему чёрный топор доставили, поняв, что раз уже утро, а Тита и команды нет, из города и уехал, может, даже в погоню за ними направился, задаток-то он им заплатил, а те его кинули.

- Дрок, Кирт прав: если того чела из могилы похоронили с легендарным чёрным топором, то это значит, что он из северной знати, иначе зассал бы такой игрушкой светить на людях. Заметь: даже люди, хоронившие его, не осмелились это оружие забрать! А значит, и доспехи на мертвяке, скорее всего, под стать оружию и прочий обвес там имеется, а, может, и магические цацки какие завалялись. Ты представляешь, сколько это тысяч золотом? А этот мутный тип, что им работу дал, всего пять сотен золотом предлагал, а задаток вообще серебром выдал. Да там один топор на тысячу или полторы золотых потянет, правда, его хер продашь, а пока будешь покупателя искать, тебя уже клан Чёрных Топоров найдёт и грохнет. Одно могу точно сказать: если жмурик действительно знатных кровей, то там ещё много чего было, кроме этого топора, так что верно Кирт говорит: навострили ребятки лыжи из города и сиськи девкам мнут.

- Ребят, я вас понимаю, и такой расклад весьма вероятен, но даже если они смылись, кинув заказчика, их всё равно придётся искать: они клиента обманули, не зачистив концы и не грохнув его, как ненужного свидетеля, тем самым повредив репутации гильдии, к тому же они ещё и долю добычи в общак не внесли, так что если к вечеру не явятся, придётся отправляться на поиски и так, и эдак. - Когда главный замолчал, за их столиком повисла тишина - гильдейцы просто молча ели и пили.

Поняв, что разговор окончен, Хротгар допил пиво одним глотком и вышел на улицу. Надо валить из этого города, срочно! Скоро ночники начнут поиски и, скорее всего, приметят кровь и следы вокруг могилы, после чего вполне могут разрыть её и обнаружить отсутствие покойника, точнее наличие сразу трёх свежих, в которых узнают своих. Даже если не догадаются, что он воскрес, начинку гроба всё равно будут искать. Хротгар был безумно рад, что от плеч до коленей скрыт плащом, иначе его бы раскрыли ещё на постоялом дворе, увидев семейныйтопор. Он взглянул на свои сапоги, клёпаные по всей площади чёрным металлом. Хорошо, что заклёпки не полированные и не блестят, внешне похоже на воронение. Чёрт, и драться теперь придётся, если прижмёт, одним из трофейных ножей, благо они без знаков отличия, а вот топор светить ни в коем случае нельзя. И плащ, пока Хротгар не уедет из Нардии, лучше не снимать. С этими невесёлыми мыслями северянин добрался до кожевенника, а поскольку дело было к вечеру, и делать было нечего, да и после услышанного появляться лишний раз на улице не хотелось, он предложил мастеру свою помощь в модернизации седла с целью ускорения.

И работа закипела: мастер показал, как стачивать края кожаных заготовок и делать отверстия по краям для пропускания сухожилий при производстве шва, и пока кожевенник придавал нужную форму клееной деревянной основе, весьма бодро работая резцами по дереву разных форм и специальными напильниками, добровольный помощник методично стачивал края заготовок, а затем делал вдоль края шилом отверстия для сухожилий. Учитывая, что деревянную заготовку не нужно было изготавливать "с нуля"(только немного поправить форму), а кожаные заготовки перерождённый вырезал сам, используя споротые с основы, как шаблоны, работа продвигалась стахановскими темпами.

Здесь стоит заметить, что северное седло отличалось от большинства прочих мягкими кожаными стременами и более удобной и узкой посадкой наездника, что предоставляет больший простор для манёвра в конном бою и уменьшает вероятность задеть собственные ноги при рубящих взмахах меча или топора. Также, передняя лука была специальной формы, позволяющей обвязать вокруг уздечку, чтобы в бою, правя лошадью одними ногами, освободить вторую руку для более удобного использования щита - ведь, удерживая в одной руке и щит, и уздечку, и до травмы недалеко! Также, северяне делали перемётные сумки не пристяжными, а частью седла, причём внешняя сторона этих сумок изготавливалась из твёрдой, вываренной в воске кожи, дополнительно укреплённой металлическими пластинами. Делалось это для того, чтобы лучше защитить круп и бока лошади в бою.

Дело спорилось. Пока мастер варил в воске кожу для сумок и придавал ей нужную форму, северянин сбегал к кузнецу за подходящего размера стальными пластинами. За два часа до заката всё было готово, и Хротгар привёл Мрака с постоялого двора, после чего седло торжественно водрузили на скакуна и застегнули. Затем, уже верхом, он вернулся на постоялый двор и запасся овсом, вяленым мясом, хлебом, крупами, а также флягами с питьевой водой и пивом. Неожиданно, он вспомнил, что у него нет котелка и ещё раз прокатился к кузнецу, который уже называл его при встрече по имени, как, кстати, и местный кожемяка. Наконец, всё было готово к отправлению, и новоиспечённый всадник выехал в городские ворота навстречу закату.

Глава 3

Путь в тысячу миль начинается с одного первого шага.

Хротгар помнил, что ещё до того, как пал в бою под Тирхеном, он и его четыре компаньона, решившие покинуть север и отправиться в освободительный рейд за Торальфом вместе с ним, обсуждали, куда стоит двинуться после Нардии. С юга граница Нардии проходила по горному хребту, существовало лишь два пути на юг через эти горы, если не считать самоубийственного варианта, подразумевающего скалолазание: дойти до пещерного комплекса, взяв проводника у гномов в форпосте - без проводника в этом ветвящемся многоярусном лабиринте из пещер, рукотворных туннелей, штолен и штреков, тянущемся на многие километры в толще скальной породы, можно было заблудиться почти наверняка. Кроме того, гномы крайне не любили пускать посторонних на свою сторону без сопровождающих. Второй вариант был несколько дольше: перейти перевал на пятнадцать лиг восточнее, где горы чуть более пологие и низкие - горные ключи размыли породу, и в этом месте образовалось живописное озеро, из которого берут начало две реки, одна из которых течёт на север, в Нардию, а вторая на юг, в Нуринг. Через озеро ходил паром. Недостаток этого пути состоял в петляющем и узком горном серпантине как по дороге к озеру, так и на спуске с противоположной стороны. И всё же, несмотря на большие временные затраты, верхом преодолевать серпантин было бы сродни самоубийству, коня придётся вести под уздцы - для Хротгара это был единственный путь. Единственный - не потому, что он не любил гномов, а потому, что гномы рыли туннели "для себя и под себя", и если человек ещё мог местами, пригибаясь, пройти по ним, то коня там протащить было нереально. Кроме того, поскольку друзья Хротгара тоже были верхом, они однозначно должны были выбрать тот же путь. И, наконец, Торстейн был ранен, посему они планировали остановиться в первом же городе Нуринга, где найдётся толковый знахарь или маг целительского профиля. В Нуринге не было своей магической академии, но имелось несколько весьма уважаемых школ магии, так что, хоть маги Нуринга были и не особо сильны или многочисленны, по части магической Нуринг в разы превосходил Нардию. . В принципе, в Нуринге можно было найти наставника, который проведёт обряд инициации и сможет обучить основам. Хротгар хотел снова объединиться со своим отрядом и постараться убедить их учиться магии вместе с ним; он даже знал, что найдёт поддержку в лице добродушного толстяка Хельмара, поскольку тот был единственным магом в отряде, вечно пенявшим на его пренебрежительное отношение к магическим знаниям. Магом он был посредственным, без особого таланта, но был упорен в учёбе и всё-таки сумел освоить несколько несложных огненных и электрических плетений достаточно хорошо. Так что, путь Хротгара в любом случае лежал через Нуринг, и был шанс, что из-за раны Торстейна они всё ещё находились в одном из городов этой страны, южнее по восточному тракту.