Жребий No 241 - Михаил Кураев

Ну, прощай, дорогая деточка Кароля! Крепко, крепко целую тебя! Жму

твою руку и шлю наилучшие пожелания. Весь твой, горячо любящий тебя

Н. Кураев. Письмо Александры Михайловны возвращаю. Непривычно чи

тать в письмах человека влюбленного, жениха, рядом с "объятиями" и "поцелуями" - "Жму твою руку" да еще и, как правило, "крепко". Письмо от 21 марта многое разъясняет. Дед благодарит бабушку за присланное исследование мокроты, а ведь бабушка сама догадалась, сама прислала, навряд ли ее дед попросил. Не подмешивается к любви, а полноправно существует в отношениях этих счастливых друг другом молодых людей еще и товарищество, с уважением к делу, праву и мнению другого. "Тут ты имеешь одинаковый со мной голос и можешь не согласиться." Это о фотокарточках. Но дед понимает, что не имеет равного с бабушкой голоса в вопросе о ее работе летом. Он может только выразить свою огорченность, выразить резко, с нескрываемой обидой, но настаивать не может. В вопросах практического свойства любовь не всегда лучший советчик именно в силу своей категоричности, и полноправно существующее в отношениях чувство товарищества позволяет неудовольствию не развиться в конфликт и разрешиться дружелюбно.

"Жму твою руку!" - это не формальность, не ритуал, это именно знак товарищества!

Дед не знает, но уже начинает чувствовать, что наступает полоса тягостного испытания пустотой. Бессмысленное прозябание в ожидании неведомо чего он готов променять на "путешествие" на войну, на р. Ялу, где полковой врач предвидит "большое сражение". Там оно и произойдет через 3 недели. А вот умудренные и увенчанные выпушками и аксельбантами вояки почему-то "большого сражения" не предвидели, и потому малочисленный, всего-то в пятнадцать тысяч человек отряд генерала Засулича, не сумевшего выбрать порядочную позицию и тактику обороны, был разбит. Значение боя на р. Ялу, где потери японцев были больше наших, очень велико и для нас прискорбно. Японская армия, до той поры сравнительно немногочисленная, захватила ключевые порты и начала энергично наращивать свои силы в Манчжурии.

Чудовище войны, призванное на головы невинных россиян легкомыслием царя и его ближних, казалось, еще дремлет, и, потягиваясь, переваливаясь в дремоте, то толкнет на мины пару броненосцев, то крейсер, то придавит до крови отряд непроворного умом генерала.

Царь, скорее всего, пребывал в уверенности, что лестные для его царского самолюбия военные победы полагаются ему как бы по должности, и точно так же, как министр двора Фредерикс в нужный день и в нужном количестве поставляет ему яйца для христосования, так же и генералы Куропаткин, Случевский, Засулич, Штакельберг, Бирльдерлинг, Гриппенберг и, набивший руку на подавлении Китайского восстания, Ренненкампф, это на суше, а Старк, Витгефт, Макаров и Алексеев - на море в нужный день и час поднесут ему победу. Планировалась "маленькая победоносная война", о необходимости которой именно этими словами говорил министр внутренних дел В. К. фон Плеве, не полководец, но крупный деятель по жандармско-полицейской части, державший на прицеле, в первую очередь, врагов внутренних. Надо было убить двух зайцев, отучить японцев раз и навсегда совать нос на материк и показать так называемому "обществу" силу и несокрушимость самовластья.

Однако, в предпасхальные дни заботы войны совершенно исчезают как со страниц царского дневника, так и из писем деда.

Дневник императора. 25-го марта. Четверг. Утром причастились Св.

Тайн с детьми и д. Алексеем. После чая читал и принял Плеве. Завтракали с Трубецким (деж.). Поехали к Ксении поздравить ее с днем рождения. Гулял.

В 7 час. поехали в Аничков к службе 12 Евангелий, кот. продолжалась час сорок минут. После обеда вернулись домой. Долго занимался.

26-го марта. Пятница. Сегодня сразу потеплело. В 12 час. были на

выносе плащаницы. Завтракали Ольга и Петя (деж.). Гулял и работал над остатками снега в теневой части сада.

Все дети снова простужены и сидят у себя в детской. В 7 час. поехали к службе в Аничков и обедали с Мама.

27-го марта. Суббота. Утром шел снег и попеременно дождь. В 11 1/2

к последней службе. Завтракали: кн. Орбелиани, кн. Оболенская и ее брат (деж.). Затем имел доклад Фредерикса, выложил яйца для христосования завтра и пошел гулять.

Погода прояснилась. Дети все лежат рядом в постелях. Обедали вдвоем

в библиотеке. Занимался целый вечер. В 11.55 начался выход к заутрени. За три дня ни

единого упоминания о войне, будто японцы объявили пасхальные каникулы. Нет, ночами они планомерно ведут минные постановки на внешнем рейде Порт-Артура. И уже в среду на Святой неделе одновременно на минах подорвутся два наших броненосца, "Победа", получив тяжелые повреждения, все-таки останется на плаву, а "Петропавловск" утонет в считанные минуты.

А в письмах деда все ясней и ясней проступает тоска. Тягостная пус

тота существования вдали от людей близких и духом и делом. Тоска подъедает столпы душевного равновесия деда. Ст. Борзя. Мар

та 26 дня. 1904. Дорогая деточка Кароля! Вчера совершенно неожидан

но получил твое второе письмо с моей карточкой. Превеликое тебе спасибо! Карточку эту нахожу сравнительно удачной. Действительно, ты, моя милая, сделала мне прекрасный подарок к Празднику, но не столько карточкой сколько письмом. Накануне вчерашнего дня я получил заказное письмо от Анюты из Павловского. Ты не можешь себе представить, как приятно иметь здесь известие с дальней родины и от дорогих людей. Все мелочи и пустяки, о которых ты пишешь, здесь так же приятно читать, как самые важные известия. Бесконечно радуюсь твоему здоровью и спокойствию. Напрасно только ты утомляешь себя еще и курсами в Университете. Не думаю, чтобы в этом была серьезная и настоятельная для тебя необходимость. Я конечно был бы только рад тому, что ты слушаешь эти курсы, если бы ты была свободна от других занятий; но я всегда буду против всякого лишнего утомления. К сожалению, мы всегда научаемся слишком поздно ценить лучшее из благ жизни - здоровье. Можешь поэтому сама понять, что и твое известие об перемене планов г.г. Катуар поселиться близ Воскресенска меня только порадовало. Я думаю, что в силу этого ты хотя невольно и против своего желания будешь отдыхать летом, а не утомляться. Дай Бог, чтоб так и было!

Ну что ж сообщить о себе? Как и прежде, сидим, ждем и ничего не знаем. Все та же скука и то же невеселое настроение. Даже и наступающий Праздник не особенно радует. Дела очень мало; больных бывает немного - человек 8-10 в день, и это конечно слава Богу, а то и так оч. многих лекарств нет, и больных приходится лечить не тем, чем бы нужно было. Вообще дело здесь способно навести одно только уныние. Все делается кое-как, лишь бы что-нибудь сделать. Просто тошно от такой работы. Физически я совершенно здоров, но морально чувствую себя по-прежнему оч. гадко.

Ну, моя дорогая голубка, "до свидания", если не любишь слова "прощай"! На твой привет: "Христос Воскресе" нужно бы ответить тебе "Воистину Воскресе", но я уже послал тебе, деточка, и свое "Христос Воскресе!"

Крепко целую тебя, желаю счастья и здоровья! Весь твой Н. Кураев.

Мне так много приходится писать об одном и том же, что я скоро пе

рестану писать кому бы то ни было, кроме моей дорогой, ненаглядной Каро

ли! Вот и наступил Праздник, соединяющий сердца всех верующих хрис

тиан, напоминающий непременным поздравительным целованием о единении в любви к Богу и ближнему и о равенстве во Христе.

Дневник императора. 28-го марта. Светлое Воскресение. В церкви

пришлось похристосоваться с 280 (чел.). Обедню отслужили скоро. В Малахитовой мы были в 2 1/2 ч. Разговлялись с удовольствием. Лег спать около 4 час. Встали в 9 1/2. День был ветреный, серый. В 11 1/2 было большое христосование - около 730 чел. Под конец как всегда певчие пропели несколько светских вещей. Завтракал князь Орлов (деж.). Отвечал на телегр. и гулял. Долго сидели у детей, кот. все еще в кроватях.

В 7 1/2 у нас была отслужена короткая вечерня. Обедали вдвоем.

Японцы оставили в покое наш флот в Порт-Артуре в эту ночь. На сле

дующий день императору предстоит опять "большое христосование" с нижними чинами в количестве семисот двадцати человек. Итого, за два дня 1730 человек поцеловали царя и были в свою очередь ответно обцелованы. Принимая во внимание троекратность и взаимность целования, речь идет о 10380 поцелуях, только помянутых царем, не входят сюда поцелуи, полученные от близких и на близких запечатленные. Сюда же еще следует присовокупить какое-то "малое целование" на третий день Пасхи. Вот прямое свидетельство духовного и телесного единства русского царя со своим народом, православным, по крайней мере. Императрица же, Александра Федоровна, к Светлому Воскресению получила сильный насморк, скорее всего заразившись от простуженных детей, как в этом случае обстояло дело с христосованием, дневник умолчал.