Выйди навстречу своим великанам - Макс Лукадо

8

БОЛОТНОЕ РУЖЬЕ

У Голиафа есть ружье. С виду обычное, но с автоматической наводкой на сердце. Оно не стреляет пулями, но поражает унынием. Оно не забирает жизнь, но гасит улыбки. Оно не причиняет телесные раны, но сеет колебания в вере.

Голиаф стрелял в тебя из такого ружья?

Если тебе трудно привести свою жизнь в порядок, значит, ты поражен из этого ружья. Если у тебя пропало желание гореть (или вылезти из постели), значит, тебя ранили из этого ружья. В этом случае после каждого твоего шага вперед ты будешь откатываться на два шага назад.

Твои взаимоотношения с людьми портятся.

Небеса над головой темнеют и наливаются грозовыми тучами.

Твои ночи бросают вызов солнечному свету.

Ты медленно сползаешь все ниже и ниже.

Сил почти не осталось.

Давид чувствует себя так же. Саул загнал Давида окончательно, вынуждая его спать в пещерах и прятаться за деревьями. Шестьсот воинов ждут от Давида руководящих указаний и обеспечения своих нужд. У них есть жены и дети. У самого Давида две жены. А это значит, его семейная жизнь должна быть достаточно напряженной. Он бежит от сумасшедшего царя. Прячется в горах. Руководит мятежниками, которые влились в его войско. Кормит более тысячи человек.

Но ружье уныния уже нацелено на него. Послушайте Давида: “Когда-нибудь попаду я в руки Саула, и нет для меня ничего лучшего, как убежать в землю Филистимскую; и отстанет от меня Саул и не будет искать меня более по всем пределам Израильским, и я спасусь от руки его” (1 Цар. 27:1).

В его словах мы не видим никакой надежды и, что печальнее, никакого Бога. Давид снова сосредоточен на Сауле. Он вешает плакат с изображением Саула на стену и снова и снова проигрывает в уме слова Саула. Давид с головой погружается в свои страхи и делает это до тех пор, пока страхи не берут над ним полную власть: “Он меня уничтожит”.

Раньше он выбирал более эффективные методы. В лучшие времена он использовал для себя небесную терапию, которая помогала справиться с трудностями. Когда Давид впервые столкнулся в пустыне с филистимлянами, “вопросил Давид Господа” (1 Цар. 23:2). Когда в противостоянии с врагами он чувствовал себя слабым, “снова вопросил Давид Господа” (1 Цар. 23:4). Когда на него напали амаликитяне, “вопросил Давид Господа” (1 Цар. 30:8). Не зная, что делать после смерти Саула, “Давид вопросил Господа” (2 Цар. 2:1). Когда его короновали на царство и когда филистимляне пошли против него войной, “вопросил Давид Господа” (2 Цар. 5:19). Он нанес им поражение, но они снова пошли на него, так что снова “вопросил Давид Господа” (2 Цар. 5:23). Со всеми своими проблемами Давид в первую очередь обращался к Богу.

Когда он не понимал, что происходит, он разговаривал с Богом. На него надвигались враги — он разговаривал с Богом. Он боялся — снова разговаривал с Богом. И так большую часть времени. Но на этот раз все оказалось по-другому. На этот раз Давид решил поговорить с самим собой. Он даже с советниками не стал разговаривать. Когда Саул впервые набросился на него, Давид обратился за советом к Самуилу. Когда атаки царя повторились, Давид обратился за советом к Ионафану. Оказавшись без оружия и хлеба, он искал прибежища у священников в Номве. Однако на этот раз Давид совещается с Давидом.

Неразумное решение. И посмотрите, какую судьбу он предрекает самому себе: “Когда-нибудь попаду я в руки Саула” (1 Цар. 27:1).

Нет, Давид, ты не прав. Разве ты не помнишь золотистый елей, который вылил на твою голову Самуил? Бог помазал тебя. Разве ты не помнишь Божье обетование, данное тебе через Ионафана? “Ты будешь царствовать над Израилем” (1 Цар. 23:17) Разве ты забыл ту поддержку, которую Бог оказал тебе через Авигею? “И сделает Господь господину моему все, что говорил о тебе доброго, и поставит тебя вождем над Израилем” (1 Цар. 25:30). Бог даже устами Саула говорил о твоем верном будущем: “И теперь я знаю, что ты непременно будешь царствовать” (1 Цар. 24:21).

Но в момент слабости и усталости Давид отворачивается от позитивных мыслей и думает:

Когда-нибудь попаду я в руки Саула, и нет для меня ничего лучшего, как убежать в землю Филистимскую; и отстанет от меня Саул и не будет искать меня более по всем пределам Израильским, и я спасусь от руки его (1 Цар. 27:1).

Итак, Давид покидает пределы Израиля, и Саул прекращает охоту на него. Давид отступает и предает себя в руки врагов. Он ведет своих людей в землю идолов и ложных богов и ставит свои шатры на задворках территории Голиафа. Он попадает на пастбище самого сатаны.

Сначала Давиду становится легче. Саул прекращает погоню. Люди Давида могут спать спокойно. Дети могут резвиться, а жены — заняться домашним хозяйством. Жизнь на территории врага приносит временное облегчение.

Но всегда ли так бывает?

Перестань противиться алкоголю, и тебе станет весело — ненадолго.

Уйди от супруга, и тебе станет легче — на какое-то время.

Погрузись в порно, и тебя это развлечет — на какой-то период.

Но затем в тебя глубоко вонзятся когти искушений и соблазнов. Волны вины и стыда захлестнут и удавят тебя. Одиночество и разбитые надежды сомкнут свои воды над тобой. “Есть пути, которые кажутся человеку прямыми; но конец их — путь к смерти. И при смехе иногда болит сердце, и концом радости бывает печаль” (Прит. 14:12, 13).

Жизнь на территории врага приносит временное облегчение.

Подтверждающее “аминь” Давида ты только что слышал с небес. Он может рассказать тебе об этом. Послушай, что он говорит в своей песне из глубин уныния. Сначала он говорит, что устал, поэтому решил прекратить борьбу. Для этого он идет к врагу.

Он договаривается с Анхусом, царем Гефа: “Пусть дано будет мне место в одном из малых городов, и я буду жить там; для чего рабу твоему жить в царском городе вместе с тобою?” (1 Цар. 27:5; курсив автора).

Обрати внимание на то, как Давид называет себя. Он стал “рабом” вражескому царю. Некогда гордый сын Израиля и победитель Голиафа поднимает бокал в честь врага своей нации.

Анхус приветствует такую сделку. Он дарит Давиду поселение Секелаг и просит только о том, чтобы Давид обратился против собственного народа и начал убивать израильтян. По мнению Анхуса, Давид так и поступает. Но на самом деле Давид делает набеги на других врагов Израиля:

“Давид с людьми своими нападал на Гессурян и Гирзеян и Амаликитян… и опустошал Давид ту страну, и не оставлял в живых ни мужчины, ни женщины, и забирал овец, и волов, и ослов, и верблюдов, и одежду; и возвращался, и приходил к Анхусу”(1Цар. 27:8, 9).

Это не лучшее время в жизни Давида. Он лжет филистимскому царю и укрывает свою ложь кровопролитием. Он продолжает эту двойную игру почти полтора года. В этот период он не написал ни одного псалма. Его арфа в это время молчала. Поэты не поют в болоте.

Но потом все стало еще хуже.

Филистимляне решили напасть на царя Саула. Давид со своими людьми примыкает к оппозиции. Представьте себе наши войска, примкнувшие к нацистам. Люди Давида шли бок о бок в течение трех дней, направляясь к полям сражений, но потом их отстранили и им пришлось идти обратно еще три дня. “И вознегодовали на него князья Филистимские… чтоб он не шел с нами на войну и не сделался их противником на войне” (1 Цар. 29:4).

Давид ведет отвергнутое филистимлянами войско обратно в Секелаг, но обнаруживает свое поселение сожженным дотла. Амаликитяне разрушили его дом, забрали всех жен, сыновей и дочерей. Когда Давид и его люди увидели это опустошение, они плакали и плакали, “доколе не стало в них силы плакать” (1 Цар. 30:4).

Их отвергли филистимляне. Ограбили и разорили амаликитяне. Они не были нужны даже своей родине в качестве защитников. У них не стало семей. Могло ли быть хуже? Оказывается, могло. В глазах воинов загорелась злоба. Они стали подбирать с земли камни, ибо в скорби своей “народ хотел побить его камнями” (1 Цар. 30:6).

Хотелось бы нам знать, сожалел ли Давид о своем решении перебраться к филистимлянам. Не тосковал ли по дням в пустыне среди пещер? Там не было ни филистимлян, ни амаликитян. Там его люди любили его. И жены его были с ним.

Теперь, среди руин Секелага, когда его люди поднимают с земли камни, чтобы побить его, сожалеет ли он о том, что без молитвы и совета Божьего он пришел сюда и предал себя в руки врага?

Болото — место дурных решений, поворотов и шагов, о которых потом придется сожалеть. Последствия нашей реакции на проблемы надолго определяют нашу судьбу.

Как ты справляешься со своими проблемами? Когда тебя покидает надежда и ты не испытываешь радости, когда ты устал от попыток, устал прощать, устал от трудностей и трудных людей… как ты справляешься с мрачными днями?

Что ты берешь в руки — бутылку с микстурой или водкой? Сидишь ли часами в баре или идешь в кабинет лечебного массажа и на пляж? Многие прибегают к таким решениям. Многие поступают именно так, и мы думаем, что они получают новые силы, чтобы справиться с навалившимися на них бедствиями. Но так ли это? Никто не сомневается, что такие меры помогают. На какое-то время. Но что потом? Они притупляют боль, но удаляют ли ее навсегда?