Звездный свет - Сандра Мэй

– Не говоря уж о том, что мне страшно понравилось целоваться с тобой, Билли Рей.

Она не вспыхнула, не смутилась, она просто посмотрела ему в глаза и ответила:

– Мне тоже, Рой. Мне тоже.

Он улыбнулся, потом намотал на вилку нечто, напоминающее разноцветную лапшу и пахнущее ананасом. С улыбкой поднес к ее губам. Билли Рей склонила голову на плечо, ее короткие черные волосы отливали серебряными сполохами.

– Что-то новенькое, чего я еще не пробовала? Мм, вкусно…

– Да нет. Просто мне очень нравится смотреть, как ты ешь.

После того как все натанцевались и наелись, начался аукцион. Рой и Билли наблюдали за ним, предусмотрительно оставаясь в отдалении, в небольшом импровизированном баре. Они ели домашнее мороженое с фисташками и с интересом следили за разгоравшимися страстями.

Рою список лотов был известен, но он, разумеется, даже не пытался их запомнить. Какая разница? Кто-то уже выиграл двухдневную поездку в Калифорнию, кто-то стал счастливым обладателем горнолыжного снаряжения. Рой не следил за счастливчиками, он любовался Билли Рей.

Каждый выигрыш девушка встречала аплодисментами и восторженным улюлюканьем, потом она поворачивалась к Рою, и он тоже смеялся – от счастья, глядя на ее румяное, веселое лицо.

– Как здорово, Рой! И сколько денег для Марго и ее фонда! Это изумительно.

Рой думал о том, что изумительнее всего – она сама, а еще о том, что этот вечер не может, не имеет права закончиться просто так, ничем…

– Билли…

– Марго мне нравится. Правда! Она здорово ведет аукцион. О, смотри, сейчас тот дядька в зеленой рубахе заведется и перехватит эту штуку у той старушки в бриллиантах…

– Билли!

– Ну что?

Азарт, нетерпение, ожидание – все отражалось на ее разгоряченном лице. Рой с улыбкой вытер ее испачканную мороженым щеку.

– Между прочим, следующий лот – мой.

– В каком смысле?

– В прямом. Я пожертвовал кое-что, и сейчас это выставят на аукцион.

– И что же ты пожертвовал?

– Себя.

Она не успела среагировать, потому что до них донесся бодрый, хотя и чуть охрипший голос Марго:

– Дамы и господа, а теперь наш последний лот. Курс двухчасовых частных уроков баскетбола от звезды НБА Роя Биллерса. Стартовая цена – две сотни долларов. Итак… О, я вижу первого желающего… двести пятьдесят от джентльмена в белом… Триста!

Билли Рей едва из платья не выпрыгнула, а Рой чуть не свалился со стула. Девушка вскинула табличку – их выдавали всем при входе – и завопила на весь зал:

– Триста десять!

Марго рассмеялась и потерла руки.

– Отлично! Услышим ли мы хорошую круглую сумму…

– Триста пятьдесят!

Давешний толстяк, просивший автограф для сына, вытер пот со лба и победно оглянулся на Билли. Та нахмурилась и, прежде чем Рой успел среагировать, выпалила:

– Четыреста!..

Всякий, бывавший на аукционах, знает: наступает такой момент, когда все вдруг сходят с ума и начинают совершать форменные глупости. Причем момент, когда безумие накрывает аукционный зал, предугадать невозможно, и от ценности лота это зачастую не зависит. Скажем, в узких кругах широко известен факт, когда заколку для волос одной европейской принцессы, вполне себе живой и здоровой и даже не особенно популярной у себя на родине, продали за восемнадцать тысяч фунтов стерлингов, причем счастливый покупатель так и не смог объяснить впоследствии, зачем именно он так прилежно взвинчивал цену…

Спустя пятнадцать минут в зале было нечем дышать, толстяк расстегнул рубашку едва ли не до пояса, лицо его приобрело малиновый оттенок, а в битву за Роя Биллерса включались все новые и новые игроки. Марго металась по сцене, словно золотая фурия, и волосы летали за ней золотистым плащом.

– Семьсот пятьдесят – два!

– Восемьсот!

– Восемьсот – раз! Восемьсот – два…

– Восемьсот двадцать!

– Это мелко, Джон! Восемьсот двадцать раз…

– Восемьсот пятьдесят!

– Уважаю! Дамы и господа, полагаю, это последняя цена на сегодня. Восемьсот пятьдесят – раз! Восемьсот пятьдесят – два! Восемьсот пятьдесят…

Билли вырвалась из рук Роя и залезла на стул с ногами. Рой придушенно взвыл:

– Билли, перестань, я тебя бесплатно научу…

Билли Рей вскинула руку. Сейчас ей на полном серьезе казалось, что от исхода аукциона зависит вся ее жизнь.

– Девятьсот!!!

Молоток оглушительно грянул об стойку. Марго провозгласила счастливым и осипшим голосом:

– Дамы и господа, наш последний лот продан очаровательной девушке в черном – да-да, той, которая так ослепительно улыбается сейчас. На этом наш аукцион завершает свою работу, и я всех приглашаю к столу. Шампанского!

Билли Рей слезла с табуретки и с шумом выдохнула:

– Я едва инфаркт не получила. Кошмар! Даже не думала, что это так затягивает.

Рой с улыбкой наблюдал за ней.

– Ты сумасшедшая, детка.

– Есть немного.

– И тебе не стоило этого делать.

– О, не волнуйся, ковбой. Я никогда не делаю того, чего не хочу.

– И делаешь то, что хочешь?

– Точно.

– Тогда… Чего ты хочешь сейчас?

Все чувства Билли немедленно встали на дыбы. Вроде бы ничего особенного он и не сказал, а вот поди ж ты – зеленые глаза мерцают, как у кота, в голосе появились бархатные нотки…

Будь прокляты принципы, которые мы выбираем и которые потом всю жизнь выбирают за нас! Билли независимо тряхнула волосами.

– Я так понимаю, на сегодня все закончилось?

– Ага. Если хочешь, можем остаться, там внизу есть еще один танцпол…

– Нет уж. Только… я хочу попрощаться с Марго.

Они нашли Марго, абсолютно измученную и тем не менее счастливую. Билли помахала ей, и золотоволосая сестра Роя Биллерса стремительно подошла к ним, обняла обоих за плечи.

– Спасибо за шоу. Это было великолепно. Я в долгу у вас обоих.

Рой хмыкнул и поцеловал сестру в нос.

– Всегда можешь рассчитывать на нас, сестренка.

Лицо Марго приобрело странное выражение – хитрое и виноватое одновременно. Она заметила вполне невинным голосом:

– Вроде все обошлось, да? И без скандальчиков…

– А ты что, планировала?

– Да нет, но ты же знаешь – журналюги любят Роя Биллерса. Как говорится, был бы Рой Биллерс, а скандал найдется. Ладно. Вы собрались уезжать? Спокойной ночи, ребята.

– Спокойной ночи, Марго. Было очень приятно познакомиться.

– Мне тоже, Билли. Я рада за брата… и за тебя тоже. Увидимся.

Они уже уходили, когда Марго вновь окликнула их:

– Рой! Прости склеротическую старушку-сестру!

Рой заломил соболиную бровь и повернулся к сестре со зловещим выражением лица.

– Марго Биллерс! Хочешь, я скажу твой текст? «Я совсем забыла тебе сказать, у меня тут совершенно случайно запланировано…» Что на этот раз?