Бумажный тигр. Власть (СИ) - Соловьёв Константин Сергеевич

— Я проклят. Моя компания проклята. Нет, молчите! Я не хочу знать, как это именуется на вашем языке, я даже не хочу знать, что это за язык и какие существа на нем говорят! Я не хочу знать ни природы этого явления, ни деталей. Я хочу… хочу, чтобы вы избавили меня от проклятия, чего бы это ни стоило. Чтобы жизнь вновь пришла в норму, как это было когда-то.

Лэйд устало потер лоб.

— Послушайте, я…

Воспаленные глаза Крамби зажглись тревожным огнем.

— Я боюсь возвращаться в Контору, мистер Лайвстоун. Боюсь услышать, что еще кого-то из моих работников обварило кипятком или он истек кровью, порезавшись канцелярским ножом! Боюсь узнать, что кому-то сломала позвоночник упавшая водопроводная труба или убило гальваническим разрядом от лампочки. Видит Бог, нам всем нелегко придется после смерти мистера Олдриджа, нашего почтенного капитана. Этот корабль дальше суждено вести мне. Посудите сами, легко ли мне это, если пальцы на штурвале дрожат?

Лэйд поймал себя на том, что его пальцы вновь барабанят по столу. Едва ли они настукивали мелодию услышанного в «Глупой Утке» за обедом контрданса, скорее, просто стучали вразнобой, как поршни пошедшего в разнос двигателя.

— Много у вас людей? — зачем-то спросил Лэйд.

— Триста с небольшим, — тотчас ответил Крамби. Как хорошо отрегулированный автоматон, выбросивший перфокарту с решением в ответ на простенькую арифметическую задачу, — Основной штат — брокеры, биржевые агенты, деловоды и аналитики, но кроме них есть бухгалтера, расчетчики, юристы, машинистки, курьеры…

— И все они бросятся врассыпную, едва только очередной растяпа прищемит себе палец дверью?

Бледные пальцы Крамби хрустнули, сжимая друг друга. Точно пара пауков, сцепившихся в смертельном бою и намеревающихся задушить друг друга.

— Они подавлены смертью мистера Олдриджа. Пусть он не показывался в Конторе последние два года, фактически оставив управление на меня, его трагическая кончина многих подкосила. Если поток несчастий не снизится в самом скором времени, я могу лично заколотить двери «Биржевой компании Олдриджа и Крамби». Теперь вы понимаете, почему я к вам обратился, мистер Лайвстоун? Я не знаю, какими искусствами вы занимаетесь и какими материями ведаете, но… Я пришел вас просить о помощи. Мистер Олдридж ни разу не ошибся при жизни, уверен, его посмертный совет тоже многого стоит. Мне нужен Бангорский Тигр. И я согласен заплатить любые деньги, лишь бы заручиться его помощью. Что вы скажете?

Лэйд устало побарабанил пальцами по столу.

Третья ошибка, Лэйд Лайвстоун, самоуверенный ты старикан, невесть что о себе мнящий. Дав этому хлыщу выложить тебе все, ты допустил третью ошибку. И с каждой следующей тебе все сложнее вынырнуть из этой чертовой лужи, которая делается все глубже под твоими когтистыми лапами…

— Я скажу вам «нет», мистер Крамби.

***

По лицу Крамби прошла короткая судорога, на миг лишив его черты врожденной миловидности, превратив в высушенную маску вроде тех, которыми полли украшали свои дикарские святилища. В свое время Лэйду приходилось видеть весьма устрашающие экземпляры.

— Что? Почему?

— Во-первых, как уже было сказано, я оставил практику. Письмо вашего компаньона запоздало — по меньшей мере, на несколько лет. Спросите у прелестной дамы в лавке наш прейскурант. Вы обнаружите там шесть видов муки и восемь — зубного порошка, но там не значится ни изгнание проклятий, ни снятие порчи.

— Ерунда! — Крамби встрепенулся, запустив руку в карман, — Я компенсирую вам все неудобства и гарантирую достойную оплату.

Лэйду показалось, что его кабинет, и так небольшой, сделался по меньшей мере на пару квадратных футов меньше. А может, это Крамби, отчаянно взиравший на него, занимал в этом кабинете излишне много места.

— Во-вторых, — Лэйд внушительно и медленно опустил кулак на столешницу, припечатав им сказанные слова, точно большой печатью, — Это работа не по моей части.

— Но я же…

— Я не расследую несчастные случаи, это не мой конек. Я кое-чего смыслю в недобрых силах из числа тех, что хозяйничают в тенях Нового Бангора, это верно. Иногда я их изгоняю, иногда уничтожаю, но чаще всего стараюсь с ними договориться. Как показывает практика, это самый простой и наименее опасный способ разрешить любой конфликт интересов.

— Я согласен на любой!

— Подождите, я не закончил. Дело в том, что ни одна из известных мне сил не промышляет фокусами такого рода. Для некоторых из них такие фокусы слишком сложны и неестественны, для других — просто никчемное ребячество, для третьих — пустая трата сил. Представьте себе голодного льва, который проникает в наполненный людьми дом только лишь для того, чтобы перебить посуду в серванте, растерзать портьеры и наследить в гостиной, а потом шмыгнуть прочь. Это просто-напросто не в его природе, верно?

Крамби попытался что-то сказать, но Лэйд жестом заставил его замолчать.

— Не спорю, среди Его паствы встречаются и шутники. Существа, ищущие не возможности утолить голод или прочие жуткие потребности, которые может им обеспечить человеческое тело, а чего-то иного. Возможности подшутить, разыграть, справить над ничего не подозревающей жертвой какой-нибудь фокус. Вот только их чувство юмора таково, что они едва ли станут желанными гостями на вашем праздничном ужине, уж уверяю вас. Искалечить человека, подсунуть ему яд, поранить — о да, это вполне в их духе. Но ни один из них не решился бы исполнить такой номер в Майринке, в центре города, да еще и при свете дня.

— Вы хотите сказать…

— Все, что я хотел сказать, я уже сказал! — резко отозвался Лэйд, — Эта работа не по моему профилю. Взяв у вас деньги или пообещав помощь, я лишь обнадежил бы вас, не имея на то права. Если в вашей конторе и верно творится какая-то чертовщина, несообразная с естественным течением вещей, обратитесь в Канцелярию. Там есть… специалисты надлежащего уровня, уверяю вас.

Кажется, Крамби едва не щелкнул зубами.

— Канцелярия? Превосходно. Вот уж точно добрый совет! Как будто вы не знаете, какая слава ходит за этим ведомством! Стоит возле подъезда «Биржевой компании Олдридж и Крамби» остановиться крысиному локомобилю, как на следующий день я лишусь всех тех служащих, что еще остались! Они попросту сбегут от меня, бросив на произвол. А следом за ними поспешат клиенты и контрагенты! Вы хотите, чтобы я лично затопил свой корабль? Открыл кингстоны собственной рукой?

Лэйд раздраженно пожал плечами.

— Какого совета от меня вы ждете, мистер Крамби? Я не творю чудес — за исключением тех случаев, когда превращаю старое египетское оливковое масло в первосортное греческое двойного отжима. Я… Используя привычные вам метафоры, я не святой Эльм[9], я всего лишь лоцман. Человек, который знает некоторые затаенные течения и контуры опасных рифов, но и только.

Наверно, он зря это сказал, потому что глаза Крамби вновь зажглись. Он даже рванул ворот рубашки с такой силой, что от него едва не отлетели пуговицы.

— Лоцман! Вы правы! Тысячу раз правы! Мне нужен лоцман, мистер Лайвстоун, опытный лоцман чтобы избежать рокового столкновения. И я готов нанять вас в этом качестве, какую бы цену вы не назвали.

Лэйд осторожно погладил ладонью «Большую поваренную книгу Хиггса». Не мимоходом, как равнодушно гладят предмет утвари или обстановки — скорее, как любимую охотничью собаку или семейную реликвию.

Послать его к черту, подумал он. Он делец, а я презираю эту публику. Сейчас он перепуган и готов поверить во что угодно, но я слишком хорошо знаю таких, как он. Хлыщей в костюмах от Кальвино с платиновыми цепочками поперек живота.

Сейчас он выглядит перепуганной овечкой, но в глубине души наверняка жаден, амбициозен и чертовски хитер. Как и все прочие дельцы в мире со времен скряги Иакова. Уверен в том, что в силах договориться с любыми силами мироздания, достаточно лишь открыть чековую книжку.

Крамби с побелевшим от напряжения лицом молча ждал ответа. Ответа, который Лэйд сам пытался нашарить, ощущая себя так, будто водит рукой в огромной гулкой бочке, не зная, что коснется его пальцев в следующий миг — острый гвоздь или кусок галеты.