Разбитое сердце - Барбара Картленд

Они с братом почти немедленно выложили мне собственную историю. Оказалось, что они югославы и прекрасно жили в огромном и чудесном замке в полном довольстве и счастье, пока в их страну не вторгся Гитлер и им пришлось уносить ноги. Рассказывая это, Вили прикоснулась к своим темным волосам и сказала:

— Моя бабушка, умная и красивая женщина, — увы! — была еврейкой! Оставаться дома было опасно.

И вот после многих приключений они вышли в море на рыбачьей лодке. В Средиземном море их подобрал британский эсминец и доставил в Каир. Оттуда они сумели добраться до Англии, потому что их единственным желанием было найти Питера Флактона.

— Дело в том, что наш кузен учился вместе с Питером в Кембридже и часто с любовью рассказывал о нем. Можно сказать, мы уже знали его, — рассказывала Вили. — И вот, как видите, мы уже здесь, счастливые везунчики, сумевшие найти Пи-тэйра.

И с этими словами она бросила на него быстрый взгляд своих темных глаз.

Разговаривая, Вили энергично жестикулировала и была очень подвижна. Казалось, что и ее тело принимает участие в разговоре, а по лицу сердечком одно за другим пробегали, сменяя друг друга, различные выражения. Она обворожительна, я не могу не признать этого, однако совершенно очевидно, по крайней мере, для меня, что под белой шкуркой этого пушистика скрываются острые коготки, готовые вонзиться в меня за непрошеное вторжение в дом.

Я совершенно уверена и в том, что никто из мужчин не видит этого, но я женщина и хорошо разбираюсь в интонациях и подтексте. Я также не могла не заметить явного огонька злости, вспыхнувшего в ее глазах, когда Питер сообщил, что я не улетаю в понедельник.

— Неужели вы не смогли получить билет? — спросила она невинным голосом.

— Нет, конечно, — ответил Питер, — однако мисс Макдональд, проделав такой дальний путь, хочет задержаться здесь подольше.

— Как это мило! — произнесла Вили, но я-то видела, что думала она совершенно другое.

«Должно быть, влюбилась в Питера», — решила я с насмешкой. Но ей не о чем беспокоиться, я никак не расстрою ее планы!

А вот ее брат Макс был совсем другим. Едва взгляд его темных глаз коснулся меня, я поняла, что пробудила в нем интерес. Сейчас мне, собственно говоря, совершенно безразлично, кто интересуется мной, сейчас есть только один мужчина, которого я хочу и буду хотеть. Но я-то не слепая и прекрасно все поняла, как если бы Макс вслух сказал, что находит меня привлекательной и что он действительно восхищен нашим знакомством.

Я не могла не позабавиться той суетой, которую леди Флактон и Вили подняли из-за Питера. Обе они ворковали вокруг него, голоса их превратились в какую-то липкую теплую патоку, и, будь я на месте Питера, меня, пожалуй, уже мутило бы.

Ну, после того как мы немного поговорили, леди Флактон предложила мне показать мою комнату и провела меня по лестнице наверх в действительно привлекательную спальню с видом на площадь.

— Как мило! — воскликнула я, увидев возле зеленых, как молодая трава, стен кровать под покрывалом из розовой тафты.

— Приятно слышать, что вам понравилось. Я сама продумала все убранство этого дома.

— С большим вкусом!

— У меня есть собственный магазин. Теперь, в трудные военные времена, увы, он терпит убытки, но интерьер — мой конек. Он дает человеку шанс выразить свою личность. Я думаю, что это очень важно, как по-вашему, мисс Макдональд? Позволить выйти наружу всем наработкам собственной природы?

Я не вполне поняла, что она хотела этим сказать, но согласилась.

— Конечно, Питер вел себя по отношению ко мне как ангел, — продолжила она. — Просто не знаю, что бы я делала бы без него. Перед войной мы терпели ужасные убытки, но Питер познакомил меня со всякого рода обаятельными и богатыми людьми, и скоро меня завалили заказами.

— А разве муж не помогал вам? — спросила я.

Она рассмеялась в ответ.

— Дорогая моя, вы еще не видели моего мужа! В мирные времена он представляет собой типичного сельского сквайра и думает только об охоте и о собаках. Нет, все свое время, круглый год, он проводил за городом, и, когда у меня находилось время, я приезжала к нему. У меня была уютнейшая квартирка, однако при воздушных налетах и проблемах с прислугой в военные времена страшновато жить одной.

Она казалась такой застенчивой, и мысли ее были такими девичьими.

— Поэтому, когда Питер предложил переехать к нему в качестве хозяйки дома, я была очень рада. Понимаете, я не хотела покидать Лондон. Я по-прежнему занимаюсь кое-какими делами в магазине, хотя каждый день помогаю в местном отделении Красного Креста.

— Так, значит, мистер Флактон не женат? А я как раз гадала, имея собственный дом, обзавелся ли он и хозяйкой этого дома?

Леди Флактон оживилась.

— O нет, пока ему удалось избежать этой участи. Но с большим трудом, могу вам сказать. Конечно, раз вы впервые в Англии, то не знаете, что Питер является весьма завидным женихом.

— Это означает, что он богат?

— Ужасно богат, — проговорила леди Флактон почтительным тоном. — Его мать была австралийкой, и ее отец заработал миллионы на торговле консервированной тушенкой. Питер был ее единственным сыном, и после кончины матери он унаследовал миллионы. Боже мой, — вздохнула она, — даже завидно становится, как подумаешь, сколько богатых людей в Доминионах! Но, быть может, вы тоже богаты, мисс Макдональд?

Она сказала это невинным тоном, словно бы в шутку, но я хорошо понимала, что ей хотелось бы до последнего шестипенсовика знать мой доход.

Мне знаком тип женщин, к которому принадлежит леди Флактон, я уже встречала ей подобных. Папа всегда называет таких «деревенскими хлопотуньями», все-то им надо знать обо всех, и всякий раз оказывается, что всем прочим живется лучше, чем им самим.

Мама говорит, что общество подобных особ всегда досаждает ей — ведь они так много теряют в жизни в своих бесконечных попытках ничего не пропустить, — но я со своей стороны всегда считала их просто скучными. И чтобы подразнить леди Флактон, я в деланом смущении проговорила:

— Ну, я, право, не знаю, что у вас здесь считается уймой денег.

Она немедленно взволновалась. Я просто видела, что она не может решить, стоит ли ей пытаться выведать у меня все подробности прямо сейчас или лучше все-таки подождать до завтра.

«Повожу-ка я ее за нос, — подумала я не совсем вежливым образом. — Никто здесь не знает, богата я или нет, а если я решу назваться богатой, это даст ей повод для размышлений».

— Ну, такая милая особа, как вы, просто не может нуждаться в деньгах, — проговорила леди Флактон, и я заметила на себе ее взгляд, оценивающий мое пальто и юбку.