Отчаяние. Том 2. - Say Latto

Позволили только перевязать и промыть кое как.

Я доел. Поставил ложку. Взял бутылку. Сделал пару глотков. Жидкость застряла в горле, потом ушла внутрь. Холодная. Слишком.

Потребил пальцами амулеты на шее.

— Мы не могли поверить. У тебя были амулеты. Один деревянный. Будто древний. Рунами все исписаны. Второй — новый, светился. Третий... Остальные я так понимаю из костей? Мы хотели снять. Но нам сказали: не трогать. Запрет.

— Почему? — спросил я хрипло.

— Потому что они не знали, что у тебя работает. Но знали, что работает. Твои показатели... ты начинал с давления ноль-ноль. Через двадцать минут — сорок на двадцать. Через час — шестьдесят. Потом — стабильные восемьдесят на сорок. С нуля. Без вмешательства.

Я промолчал.

— Потом кто-то из штаба принес твои бумаги. Ранги, статус, система. Мы поняли. Регенерация. Активируемые руны. И ещё — став. Мы видели, как он сработал. Ты включил его сам. Никаких жестов, никаких ритуалов. Просто очнулся, щёлкнул пальцами и вспыхнули символы на теле. Багровые. Одна за другой. Мы... в общем, таких не бывает. Но мир уже не тот. Система мать ее. Переобучаемся на ходу. Сколько у тебя живучести?

— Двадцать два, амулетом, своей пока двадцать, — тихо сказал я.

Врач хмыкнул. Второй только кивнул.

— Тогда всё понятно. Ты и без нас выживешь.

Я лёг обратно. Спина заныла, но уже меньше. Живот тянуло. Мышцы работали. Регенерация — не ускоренная. Но стабильная. Ничего не снимали.

— Ещё. — Врач замялся. — Мы думали, ты не очнёшься сутки, минимум. Ты должен был потерять больше крови. У тебя вывалились кишки. Просто — наружу. Мы такого не видели. Но ты жив. Целый. Сам восстановился.

— Потому что нельзя мешать, — сказал я.

— Теперь знаем, — кивнул он.

Я закрыл глаза. Медленно. Под веком — тень. Усталость. Но уже не смерть. Внутри — жар. Рабочий. Чистый.

Где-то внизу, в животе, всё ещё шевелилось. Регенерация затягивала кишки по контуру, как шнурки. Сшивала изнутри. Они ползали под кожей как чёртовы глисты.

Я тяжело вздохнул начиная снимать с живота повязки.

– Опять татухи перебивать... – Буркнул я

Снял с себя бинты. Осмотрел шрамы.

— Одежду, — сказал я, не глядя. — И вещи. Всё, что было при мне.

Младший врач замер, потом молча кивнул и вышел. Остался только старший. Поглядывал на меня, но молчал. Умный. Лишнего не спрашивал.

Через пару минут вернулся. В руках — аккуратная стопка: старая форма, порванная, пропитанная кровью, грязью и потом. Поверх — новая. Свежая, военная, с дополнительными креплениями и усиленными швами. Рядом — два меча в ножнах и два кинжала, запакованные в плотную ткань. И пачка карт, свернутая в резинку.

— Это всё, что было при тебе. Старая одежда... ну, держится, но ненадолго. Новую выдали из склада, по приказу. И это — твои карты. Мы их не трогали.

Я взял вещи. Осмотрел каждый предмет. Всё на месте.

— Спасибо, — коротко сказал я.

Медленно оделся. Старую одежду даже не тронул — сразу отложил. Надел новую: штаны, рубашку, бронежилет. Проверил застёжки, ремни. Всё сидело как надо. Мечи — за спину. Кинжалы — на пояс. Карты — в карман.

Извлёк из одной из своих пространственных карт кейс. Обычный, металлический, с вмятинами. Просто прочный. Открыл — внутри был энергетический камень. Я положил руку сверху. Активировал щупальца.

Из позвонка с тупой и режущей болью вылезло одно. И второе... Кусок. То, что от него осталось. Потянул энергию с камня.

Сначала — гул в пальцах. Потом — волна тепла в позвоночнике. Энергия пошла через руку к ним. Второе начало восстанавливаться. Потом опять боль. Третье стало отрастать.

Восстановлены. Внутри — лёгкий треск. Регенерация пошла дальше. Укрепление.

В этот момент в палату вошли двое. Военные. Один в стандартной форме, второй — с нашивками офицера.

— 731? — уточнил старший.

Я ещё несколько секунд продолжал восстановление, потом повернулся и кивнул.

— Вас ждут в штабе. Доклад. И награда. Машина подана. Пора.

Путь занял не больше пятнадцати минут. Город оживал. На улицах — патрули. Где-то разворачивали блокпост. У штаба — две бронемашины.

Внутри — стандартный коридор. Металлические двери. Комната без окон. За столом — командир операции. Рядом — офицер службы снабжения.

— Присаживайся, — сказал командир. — Отчёт мы уже получили. И визуальный, и от группы. Ты сделал основное. Матка уничтожена. Гнездо зачищено. Потери минимальные. Это был один из самых сложных объектов в секторе.

Он положил на стол пачку карт. Завёрнуты в брезент, перевязаны лентой.

— Ваша награда. Прямая оплата в картах. Подтверждено командованием. Тебе полагается:

— Одна карта предмета. Ранг D. Полуторный меч.

— Три карты предметов F-ранга.

— Две карты навыков. Ближний бой – кинжалы и владение мечом.

— Четыре карты характеристик. Две по +2, две по +1.

— Одна карта малого зелья исцеления.

— И премиальная карта усиления — единичная, выбор свободный.

Я раскрыл пачку. Всё было на месте.

Меч D-ранга — точно. Полуторный. Шикарно просто. Прямо под меня. Я провёл пальцем по гравировке, посмотрел на картинку. Лезвие было прямое, тонкое, узкое. Универсальный — и для вырезки, и для боя вблизи.

— Также тебе выделен доступ на склад. — Командир протянул пластиковую карту. — Подвал третьего сектора. Провизия, боекомплект, экипировка. Уровень допуска максимальный для внештатников. Забирай, что сочтёшь нужным.

— Деньги? — спросил я.

Он достал из тумбочки толстый конверт. Положил на стол.

— 16000€. Также дополнительно начислено 150 очков доверия. Открыт доступ к заданиям повышенного уровня. Мы бы хотели, чтобы ты остался в секторе.

— Пока — подумаю, — сказал я.

Он кивнул. Понимал.

— Если передумаешь — сообщи. Через любую линию. Для таких бойцов, как ты, задания найдутся