Украденный миг - Пенелопа Нери

Теперь их путь пролегал через джунгли. Через непроходимые чащи вела узкая тропа. Они замечали целые семьи диких кабанов, рывшихся в корнях пандануса и сандаловых деревьев, стволы которых были увиты лианами, хмелем и виноградной лозой, диких коз, проворно убегавших при их приближении… На вырубках цвели орхидеи и сладко пахнущий имбирь тянул свои желто-кремовые головки вверх.

К полудню они остановились у водоема, по соседству с которым Эмма нашла чудесную пещеру, образованную натеками застывшей лавы, — глубокую, не меньше пятидесяти футов!

Протиснувшись сквозь лианы у входа в пещеру, они долго дивились на рисунки, которыми были испещрены ее стены: на рыбаков, воинов, на неведомых зверей и рыб, изображенных первобытным художником, некогда обитавшим в этих заповедных местах.

Эмма воткнула себе в волосы желтый цветок душистого имбиря, а Гидеона украсила гирляндой из виноградных гроздьев и теперь с восторгом поглядывала на дело рук своих. Гидеон был прямо-таки неотразим!

И Гидеон любовался Эммой. Она была совершенно очаровательна — в белой накрахмаленной блузке и бархатной юбке цвета спелой сливы, наряде, не совсем подходившем к их дальнему и трудному маршруту.

Для ночлега Гидеон выбрал живописное место возле водопада, каскады которого промыли в нижних скалах углубление, наполненное до краев прозрачной водой. Путешественники искупались в этом маленьком природном бассейне.

Уставшие, но счастливые они поужинали и почти тут же заснули.

На рассвете их разбудили неугомонные птичьи голоса. Тысячи ярких, как бабочки, птичек перепархивали с лианы на лиану, темная зелень которых была осыпана сверкающими на солнце капельками утренней росы.

Пока Эмма умывалась у водопада и заплетала свои длинные черные косы, Гидеон навьючивал мула, готовясь продолжать восхождение.

Они ехали, наслаждаясь свежестью утра, окруженные зарослями папоротника и низенькими деревцами коа, покрытыми серым лишайником.

Первые несколько часов пути показались легкими, но вот тропа исчезла. Под ногами была черная застывшая лава, все вокруг казалось мертвым, безжизненным, только лишайник стелился по камням. Они забирались все выше, на самую кручу, казавшаяся очень твердой вулканическая лава затрудняла ход, сквозь низкие серые облака припекало горячее полуденное солнце. Эмма радовалась тому, что не оставила дома свою широкополую соломенную шляпу.

Далеко внизу виднелся сапфирово-синий океан. Пенные гребни волн, набегавших одна за одной на узкую желтую полосу прибрежного песка, казались отсюда белыми кружевными оборками на широкой праздничной юбке танцовщицы-островитянки.

У Эммы от высоты закружилась голова, как было однажды в китайском квартале, где ее угостили трубочкой опиума.

В изумлении девушка озиралась вокруг: куда делась пышная растительность? Кругом лишь камень и темная лава — безжизненная земля.

А Гидеон не обращал на все это никакого внимания, он твердо и уверенно направлял своего серого жеребца все выше и выше.

К вечеру они достигли вершины горы.

Уже смеркалось. Густой туман расползался по земле, точно огромный серый лишайник. Из курившегося кратера сыпались оранжевые искры. Лава под копытами лошадей стала вязкой. Повсюду попадались провалы и трещины. Здесь надо было быть особенно осторожным.

Воздух был насыщен серными испарениями. Вулкан клокотал, в глубине его слышались глухие взрывы, временами из кратера вылетали мелкие камешки. Эмме было немного страшно, но Гидеон был рядом, и, кроме того, ей казалось, что, забравшись сюда, она стала немножко похожей на богиню Пеле, а этим можно было гордиться. Она уже предвкушала, как будет рассказывать матушке об их восхождении!

Гидеон остановился, заметно нервничая. Внезапно он поднял руку в знак предосторожности:

— Все. Дальше мы не пойдем!

Земля подрагивала и угрожающе гудела.

Вдруг высокий буро-желтый фонтан огня, пылающих искр и раскаленных больших камней выбросило из жерла вулкана, находившегося в полумиле от них, потом еще и еще — точно кто-то жонглировал множеством огромных факелов.

По склону кратера побежала огненная река. Багровый отсвет упал на лица Эммы и Гидеона.

— Святой Моисей! — воскликнул юноша. — Никогда не думал, что это так прекрасно! Боже, какое зрелище! Это… это похоже на адские печи!

Он стоял, как завороженный, не в силах отвести глаз от этого чуда.

Огнедышащий дракон, вечный пленник подземных недр, послушный раб богини Пеле, продолжал изрыгать пламя из пасти вулкана, повинуясь приказу своей суровой повелительницы… Так думала Эмма, вспоминая, как года четыре назад лава разлилась миль на триста, затопив несколько селений…

— Нам надо спуститься, Эмма! Мы разобьем лагерь с той стороны, в зарослях папоротника. Я приглядел для нас вон тот шалаш у тропы, но его уже кто-то занял. Видишь, возле него пасутся чьи-то лошади? Так что, придется нам ставить тент чуть ниже, у ручья. А вдруг… ночью будет сильный толчок? Тогда мы рискуем провалиться в какую-нибудь вновь образовавшуюся трещину.

— Толчок?

— Ну да. Маленькое землетрясение, понимаешь? — спокойно, чтобы не испугать девушку, пояснил Гидеон. — Они довольно часто случаются в этих местах. Впрочем, многие любят рисковать… почему бы и нам не…

— Ах, нет, нет…

Эмме было плохо, она ощущала головокружение и подташнивание, которые старательно хотела скрыть от Гидеона. Ей так хотелось выглядеть бесстрашной и сильной!

Поставить тент оказалось не совсем легко — земля была слишком твердой и каменистой, чтобы вбить в нее колышки. Наконец Гидеон закрепил углы в небольших трещинках между скал, а сверху привалил их крупными камнями. Это было неплохое местечко для ночлега, защищенное от ветра кустами папоротника и приземистыми деревцами коа. Здесь был живительный ручей, дававший питье и прохладу. После раскаленного жерла вулкана вид его особенно радовал.

Заметив, что Эмма вздрагивает от холода, Гидеон отвязал пончо со спины мула и накинул ей на плечи, затем быстро развел костер, распряг лошадей и отнес седла под тент, собираясь использовать их по примеру паньолос вместо подушек. Тем временем вода для кофе вскипела.

Было светло, как днем.

Вдруг Гидеон испуганно охнул и чуть не выронил кофейник.

— Эмма, ты посмотри на этих сумасшедших! Они что, смерти ищут?!

Эмма взглянула вверх.

Три фигурки, казавшиеся отсюда совсем маленькими, подбирались к самому жерлу вулкана, карабкаясь меж камней и трещин.

— Ненормальные! — возмущался Гидеон, разливая кофе по кружкам. — Разве можно так рисковать? — Он посмотрел на Эмму. — Господи, девочка, ты же совсем посинела, любовь моя!