Дети Русколани - Илья Маслов

-Ну что, вкусное мороженое–то было?

-Вкусное!

-Еще хочешь?

-Хочу!

Парень протянул девушке руку, предлагая встать, и совсем уж унылым голосом сказал:

-Ну вот…

“Ага, понятно! – подумал Володар – Похоже, парень ее любит, а взаимности не видит.”

Но девушка, поднявшись, неожиданно обхватила спутника руками за шею, он тоже обнял ее, и их губы слились в поцелуе. Все было ясно без слов…

…И тут время словно застыло, пронизанное стрелами мистического холода. Володар ощутил беспричинный страх, какого не ведал прежде. Нет, страх не за себя, не за свою жизнь – за них, за людей, отделенных от него многими тысячелетиями, но с которыми он был связан узами крови… Он открыл рот, чтобы закричать, предупредить людей о приближении опасности, но судорога сдавила горло царя, и он смог выдавить лишь жалкий хрип. В ушах у Володара зазвучал какой-то металлический, лающий голос, говоривший на чужом языке, затем повисла тишина… А затем раздался чудовищный, титанический грохот, словно разверзлись сами Небеса, и Земля затряслась, а над домами, над парком и площадью взметнулся столб огня, постепенно преобретающий грибообразную форму.

Время текло для Володара очень медленно, и он видел, сам неуязвимый, как рушатся многоэтажные здания, как огонь, рожденный раскаленным воздухом, охватывает деревья и людей, как разверзаются трещины, расходящиеся от сердца этого кошмара… Разрушалось и гибло все. Царь понял, что это – новая война, какой еще не было в минувшие тысячелетия, война, развязанная врагами его народа. Понял он и то, что до сих пор не понятно многим вершителям судеб мира – что в этой войне не может быть победителя. И Володар, ощущая судороги Земли, закрыл глаза, не в силах видеть происходящее.

Сколько он так простоял, неизвестно. Однако твердь перестала дрожать, и царь решился вновь глянуть на мир. То, что предстало его глазам, было хуже любого кровопролития, любого зрелища самой жестокой казни… Мертвое небо Вечной Ночи нависало над такой же мертвой землей. Вокруг не было ничего, кроме нагромождений камня, остывшего серого пепла – и человеческих костей. Их число не поддавалось сознанию. И еще более страшно становилось от того, что так – повсюду. И так будет всегда… А над этим царством ужаса, на горизонте, высились острые пики черных гор, в бессильной злобе грозившие далеким, неподвластным правившей здесь смерти, звездам. И странный, неуместный звук коснулся ушей царя – будто о выжженную твердь раз за разом неспешно ударяются конские копыта.

Над пиками черных гор появился силуэт гигантского всадника. Зрение Володара обрело сверхъестественную четкость, и он смог хорошо разглядеть его. Кожа великана, облаченного в сливающийся с ночным небом плащ и тускло поблескивающие доспехи, также была темной – но совсем не такой, как у дикарей Юга, и черты его лица были скорее арийскими. Какое-то время великан ехал, свесив голову на грудь, как будто напряженно размышляя о чем-то печальном, но вот он остановился и посмотрел прямо на царя. Глаза всадника казались дырами в маске, за которыми полыхало мистическое зеленое пламя, а по центру лба была по живой плоти вырезана кровоточащая перевернутая пятиконечная звезда. Откуда-то появились огромные волк и змея, немедленно начавшие грызться у передних ног коня. И Володар содрогнулся, когда мертвое небо крикнуло Имя Всадника – слишком страшное, чтобы его осмелился повторить человек, Имя, поведанное жрецам неандертальской расы тенями пещер палеолита!

Небеса расхохотались, а затем снова раздался глухой и бесстрастный голос:

-Я победил.

Неудержимый гнев вспыхнул в груди Володара. Не помня себя, он что есть силы закричал черному всаднику:

-Нет! Ты никогда не победишь!

Пылающие фосфорным огнем глаза остановились на одинокой фигуре царя:

-Такой червяк, как ты, осмеливается спорить со мною? Ты безумен, царь ариев! Знай же: все твои усилия и усилия подобных тебе тщетны! А я могу позволить себе ждать, и мне нет дела – падет ли человеческая раса от меча или от пламени страшного оружия грядущих поколений. Рано или поздно я буду править вновь, как некогда уже правил…

-Кто ты? – спросил Володар, и твердь под его ногами опять завибрировала, ибо мертвые небеса отвечали уже немыслимо громко, и голос всадника заполнял Мироздание:

-Кто я? Разве ты не слышал моего имени? Я тот, кто древнее звезд и выше небесных сфер, кто идет по земле, обращая города в прах, а леса – в пепел! Я – то, что было в начале и будет в конце, я поднимаю целые народы из ничтожества, чтобы они насытились кровавой жатвой и сами, наконец, пали к ногам других, прославляя меня! К одним я прихожу, поучая смирению и кротости, а других учу нарушать любые запреты, и потому – я единственный Бог Человечества! Я – СМЕРТЬ.

Володар судорожно сглотнул, его била лихорадочная дрожь, и царь едва стоял на ногах. Всадник же громогласно продолжал, и его голос превратился в низкий, утробный рык:

-Сегодня мое царство лежит в ледяной, мертвой пустоте за пределами вашей Вселенной и всех прочих, соседних с ней, которые расширяются, захватывая все новые и новые пространства… Пусть! Я взорву ваш мир изнутри! Я еще посмеюсь, глядя, как мои враги сами уничтожают друг друга ВО ИМЯ МОЕ! И тогда… когда падут последние сферы Мироздания… - тут голос всадника неожиданно упал почти до шопота – Тогда я буду царствовать один, безраздельно, как когда-то давно… И лишь обледенелые остовы мертвых звезд будут нарушать покой Вечной Тьмы…

-Нет! – снова воскликнул Володар. Он пытался выговорить еще что-то, но язык плохо повиновался царю, а все слова как будто стерлись из памяти.

-Нет? Знаешь ли ты, как уже велика моя власть? В вашей теплой, светлой Вселенной есть целые миры, где мои рабы лишь восхваляют меня и возводят грандиозные монументы в мою честь, приветствуя свой последний час и не помышляя ни о чем ином! И лишь мое всевидящее око над пирамидами – их высший закон… Так будет и с ариями – однажды!

Черный всадник снова зашелся громовым хохотом и взметнул коня на дыбы. Но его чары, подобно проржавевшим цепям, опали с Володара, как только царь подумал о страшной судьбе, будто бы уготованной потомкам! Володар, полный ненависти, рванул из ножен боевой клинок:

-Нет, тварь! Пока я жив, пока живы арии – ты не победишь! Будь ты проклят, Черный Бог!

-ГРОЗИ НЕ МНЕ, А ИМ…

Всадник взмахнул рукой, словно стирая страшный мир вокруг, и перед глазами Володара раскинулись бескрайние зеленые просторы. Он сразу узнал их – это была его родная земля. И от того было еще невыносимее видеть в чистых небесах чудовищное, искаженное лицо! Словно с высоты птичьего полета разглядывал Володар леса и поля, селения, города, кремли, видел мирный труд множества людей…