Вариант Серая Гончая - Александр Прасол

Ночь была беспокойной. То ли крепкий кофе был тому виной, то ли смена привычной обстановки, но Крас долго ворочался в кровати, мысли хаотично носились в его голове, отгоняя сон. Несколько раз он вставал, подходил к окну и смотрел на море. Оно изредка вспыхивало искорками бликов и было таким спокойным, что и у него на душе тоже немного прояснялось. Большой рогатый месяц вынырнул откуда-то из-за горизонта, медленно стал карабкаться вверх, и море под его слабым светом стало преображаться. Посеребренная дорожка перебежала через бухту и пропала вдали, там, где слились темное море и темное небо. И доктору вдруг стало невыразимо хорошо; ничто не тревожило его, ничто не отвлекало от мыслей, которые теперь побежали спокойнее и плавнее. "Они назвали меня мессией, - думал он. - Что же, это не так уж далеко от истины. Если Христос посетил наш мир сначала как Учитель, а затем придет как Судия, то почему бы и мне не придти к людям Избавителем от многих напастей? Право же, они достойны быть счастливыми, и мне предстоит подарить им частичку этого счастливого существования. Пусть другие сделают что-то иное, а я поставлю на службу человеку одорологию". Крас смотрел аа беспредельность моря и неба и чувствовал, что и мысли его тоже становились беспредельными. Забылся он только перед рассветом, и сон его был неглубок и зыбок, как легкий туман, укрывший бухту... Разбудил его стук в дверь. - Войдите! В дверном проеме показалась голова Лэрри - Хэлло, Бен! - весело приветствовал он. - Как спалось на новом месте? - Нормально, - ответил доктор. - Привыкаю, хотя, по правде говоря, это далеко не Моллесворс. - Это уж точно, - хохотнул Лэрри. - Я решил добровольно взять над тобой шефство. Знаешь, так легче привыкнуть. Пойдем искупаемся? Красу хотелось еще поваляться в постели, но он понимал - если позволить себе подобные поблажки, то осуществление мечты сможет отодвинуться бог знает на какой срок. И он разом поднялся. Странное дело, однако сегодня весельчак Лэрри уже не вызывал в нем раздражения своей назойливостью. Даже наоборот, Бенджамину было приятно, что за ним хоть кто-то присматривает, беспокоится, словом, скрашивает его одиночество. Пока доктор одевался, Лэрри успел осмотреть его комнату и, подойдя к окну, сказал: - А знаешь, Бен, я бы тому парню, который строил наш приют, выкатил пару бочонков старого доброго эля. Ты обратил внимание, что все жилые комнаты тут выходят окнами на море? В словах Лэрри не было ничего необычного, но Крас вдруг насторожился: с каких это пор механик посещает жилье сотрудников лаборатории? А может быть, он и впрямь приставлен следить за ним? Мгновенно обдумав это предположение, доктор решил быть поосторожнее в разговорах. Но механик словно прочел мысли Краса: - Полковник поручил мне установить всюду селекторную связь, так что поневоле я оказался гостем у всех, кто здесь работает. Кстати, Бен, не хочешь ли ты нас сделать своими подопытными кроликами? - Как это? - Я бы на твоем месте установил в каждом номере этого пансионата по одному приборчику для запаха. И пусть бы мне делали заказы на особую, индивидуальную атмосферу. А то у всех жизнь разная, а дышим одним и тем же воздухом. А? - Вообще-то это идея, - ответил Крас. - Но разве Редстоун разрешит такое? - Ты просто не знаешь еще старика полковника, - фамильярно отозвался Лэрри о своем начальнике. - Он страшно любит все эти новинки и приветствует, когда они вначале внедряются у нас, в лаборатории. Он тогда в любую секунду может воочию убедиться, как они работают. Так сказать, домашний полигон. Ну да ладно, чего ты застыл на месте? Поторапливайся. Крас и в самом деле перестал собираться. Странное дело, только сейчас он вспомнил о Сью. А ведь она была первой, у кого он установил одорофон. В часы, когда он оставался с ней наедине, доктор менял режимы работы прибора, и они пускались в самые удивителньые путешествия, навеянные замысловатыми комбинациями запахов". "Сью, девочка моя, - подумал он, - как же я мог о тебе позабыть? Сегодня же позвоню..." Он огляделся и обнаружил, что в комнате нет телефона. Все правильно; секретное заведение есть секретное заведение. Когда Бенджамин и Лэрри спустились вниз и пришли на пляж, почти все обитатели пансионата уже собрались на берегу. Крас испытывал легкое смущение оттого, что все смотрели на него с любопытством, но успел заметить при этом, что лейтенант Фланк азартно играет в теннис с высоким худощавым блондином, а Редстоун как раз выходит из воды. - Доброе утро, доктор Крас? - громко поздоровался он. - Мне очень жаль, что пришлось вас побеспокоить в такую рань. Признайтесь, вы ведь скверно спали? Доктор кивнул. - Но лучше сразу привыкнуть к нашему распорядку дня. Это единственное ограничение воли всех, кто здесь находится. После завтрака прошу вас зайти ко мне. - И Редстоун стал энергично растирать полотенцем свое загорелое мускулистое тело. Прохладная утренняя вода сразу же сняла устадость. Она прекрасно держала, и доктор резкими гребками проплыл сотню ярдов, а затем перевернулся на спину и отдохнул, глядя^ в прозрачную синеву веба. Затем не спеша поплыл к берегу... Когда он вошел к Редстоуну, тот внимательно просматривал газету и казался чем-то обеспокоенным. - Вот, полюбуйтесь, - сказал он, едва Крас сел в кресло, и протянул ему свежий номер "Кроникл". Газета поместила статью под броским заголовком "Кому мешал доктор Крас?". Прежде чем приступить к чтению, Крас посмотрел иа подпись. Он так и знал, это был материал Стива. В центре полосы было помещено большое фото - Сью у себя дома, она печально смотрит на подаренный доктором одорофон. Крас нахмурился и вернул газету Редстоуну. - Это мой друг написал. Я ведь никого не предупредил. - Какой номер телефона у вашей знакомой? - деловито осведомился Редстоун. - Пожалуйста, 6-3-40 7-200 в Моллесворсе, - попросил он кого-то в трубке и протянул ее доктору. Тот взял ее, прижал к уху и с удовлетворением стал слушать, как на том конце провода возникли длинные гудки вызова. Что-то щелкнуло, он услышал чуть хрипловатый, заспанный голос Сьюзен. - Сью! Сью! - взволнованно крикнул доктор.- Это я! - Бен, милый, где ты? Тебя похитили? Что они тебе сделали?! Крас молчал. - Они запрещают тебе говорить? - волновалась она. - Бен! - Нет-нет, что ты, - словно очнулся доктор.- Я нахожусь... - Он скосил глаза на Редстоуна. Тот разрешающе кивнул. - Я в бухте Фиалок. Слышишь? - Зачем ты туда поехал, Бен? Почему ты мне ни слова ие сказал об этом? - Понимаешь, - начал было оправдываться доктор, - так случилось ... - Тебя домой не отпустят? - Нет. То есть да... То есть... - совсем растерялся Крас. - Я еще не зваю. Я работаю здесь... Ему было немного не по себе оттого, что Редстоун сидит напротив и ловит каждое его слово. А он боялся - вдруг скажет что-нибудь такое, за что потом придется дорого заплатить. И умолк, не зная, о чем говорить дальше. Редстоун жестом попросил у него телефонную трубку, и доктор охотно ему ее протянул. - Дорогая миссис, - мягко сказал Редстоун, - Доктор Крас согласился поработать над своими приборами в нашей научной лаборатории. Здесь у него отличные условия, он вам об этом сам сможет рассказать. Я думаю, где-то через недельку вы сможете приехать сюда, чтобы самой убедиться в его добром здравии. А пока я прошу вас об одном: сообщите репортеру, который был у вас, что с доктором все в полном порядке. Думаю, что у него тоже будет возможность посетить бухту Фиалок. До свидания, миссис Сью. И он снова передал трубку Красу. - Сью, ты приедешь ко мне? - обрадованно спросил тот. - Конечно. - О'кей, тогда до встречи? - Счастливо, Бен. Редстоун дождался, пока доктор закончит разговор, и с улыбкой спросил; - Ну, вы довольны? - Да, спасибо, мистер Редстоун. Прямо камень с души... - Хорошо. А теперь перейдем к делу. Меня заинтересовала та часть вашего вчерашнего рассказа, где вы говорили о ночных бабочках. Каким образом самец отыскивает самку? Какова чувствительность его обоняния? Доктор задумался. Чего-чего, но такого вопроса он ожидал меньше всего. - Я могу оперировать лишь данными, полученными другими учеными-энтомологами. Они выделили ароматическое вещество, которое испускает одна из желез на теле самки "ночной красавицы". Так вот, достаточно концентрации его в одну молекулу на кубический метр воздуха, чтобы самец смог найти свою самку на расстоянии до двух десятков миль... Очень трудно ставить такие опыты, но эти данные достоверные, они приведены в журнале "Биотекнолоджик". Капитан первого ранга Редстоун некоторое время молчал, думая о чем-то своем. Потом внимательно посмотрел на доктора и спросил: - Мне представляется, это интересное направле ние. Вы не хотели бы поработать над этим? - Не знаю, - недоуменно пожал плечами Крас. - Я никогда не вникал в суть таких исследований. Мои интересы лежали несколько в иной плоскости. А почему вы вдруг об этом заговорили? - Просто у меня возникла одна идея, - ответил Редстоун. - Кстати, пока вы плавали, Лэрри попросил меня разрешить установку во всех помещениях одорофонов. Мне это предложение поправилось. Думаю, в ближайшие дни все обитатели нашего тихого пансионата смогут переноситься из гор в тропические леса, где благоухают орхидеи... Доктор улыбнулся. Ну что ж, по всему выходит, что дарить людям счастье он начнет отсюда, из бухты Фиалок. "Красивое название! - подумал он. - Может быть, так и должно быть. Великое дело начинается с красоты".