Трофей верховных змеев - Яна Уварова

class="p1">Продолжая хозяйничать умелым языком, верховный обхватил на мой затылок, не давая отстраниться. Сок фрукта продолжает стекать по подбородку и чувственными каплями ударять по горошинам сосков.

Прикусив мою нижнюю губу, Кайрос отстраняется, оставив полыхающий след дыхания.

Замираю от того, как он опускает на мои подрагивающие уста палец.

Мужчина на мгновение прикрывает веки, будто обдумывая что-то.

Ресницы подрагивают, желваки на скулах напряжены. Дыхание тяжелое и рваное.

Внезапно с его губ срывается несколько слов проклятия и призыва к богам. Он снова тянется ко мне.

Жадно впивается в мой рот. Запутывается пальцами в волосах и наклоняет голову.

Целует ненастно, болезненно, отнимая воздух.

Задыхаюсь. Упираюсь руками ему в плечо.

Губы саднит. Он буквально насилует их. Внизу живота словно что-то взрывается и жаркой волной окатывает мое тело.

Разве можно так целовать?

Уничтожать и заставлять искрить каждую клеточку.

Требовательно и до безумства раскрывать мои уста и терзать мой язык.

Он словно показывает, что это в его власти. Подчинять, заставлять, выбивать из моих легких судорожные стоны и плавиться как восковая свеча.

Он может. Он может делать то, что хочет. Именно это он будто и хочет показать.

Краска бьет в лицо.

От того, что его губы делают со мной — соски твердеют и между ног…к моему стыду…все напряженно сжимается и пульсирует.

Жадные губы смещаются к моей шее. Обжигают и клеймят.

Каждый поцелуй как прикосновение раскаленного железа.

Остро, больно и…невыносимо чувственно. Эта боль отдается во всем теле волнением.

Меня знобит и лихорадит. Между бедер потягивает и плоть предательски увлажняется.

Вскоре там оказывается его рука.

Раздвинув складки, верховный находит чувствительный бугорочек. Ласкает, теребит, выписывает круги.

Я обливаю и кусаю губы. Превращаюсь в натянутую пружину. Мне кажется, я не в состоянии уже думать ни о чем.

Грань стирается.

Я истекаю соками на его коленях. Ерзаю от нарастающего сладкого давления.

Пытаюсь сдвинуть ноги, но это только обостряет ощущение того, что со мной делает его рука.

Верховный рычит. Обхватывает мою талию и в следующее мгновение сбрасывает со стола блюда.

Серебряная посуда со звоном летит на каменный пол.

Он усаживает меня на столешницу и рывком раздвигает ноги.

Мгновенно прихожу в себя и меня захлестывает паника.

Он же не собирается…взять меня.

Если так…он укусит и тогда…

Проклятие.

— Кайрос? — молю, в надежде его остановить.

Он припадает губами к шее. Моя мольба тонет в стоне, что вырывается из горла.

Содрав с меня платье, верховный наклоняется к моей груди, все еще сладкой от сока фрукта.

Втягивает в рот сосок, ударяя по нему языком.

Меня пронизывает от чувственного спазма. Прогибаюсь до хруста в пояснице.

Кайрос ненасытно терзает мои соски. Прикусывает, доводя их до такой чувствительности, что каждый вздох, оседающий на них, заставляет меня трепетать.

Его рука снова накрывает мою промежность. Каждое прикосновение отдает нетерпеливостью и диким голодом.

Он буквально берет меня уже сейчас, даже не проникая в лоно.

Я извиваюсь под ним, жалобно постанывая.

Внезапно палец мужчины смешается и надавливает на дырочку.

Широко распахиваю глаза. Заодно хватаю ртом воздух.

Давление усиливается, а он гасит мой стон поцелуем и продолжает проникать в мое лоно.

Тянущие ощущения отдают болью. Трепыхаюсь, пытаюсь вырваться.

Кайрос перехватывает мои запястья, заводит за голову, прижимает к столу. Он удерживает одной ладонью мои руки в таком положении, пресекая сопротивление.

— Пожалуйста, — невольно молвлю.

Я не хочу его просить и умолять. Он все равно сделает, как ему захочется.

Но не могу сопротивляться захлестывающим меня эмоциям.

Тело потрясывает.

Верховный вводит в меня палец, растягивая дырочку. Большим пальцем надавливает на чувствительный бугорок.

Меня бросает в жар. Лоно пульсирует, выделяя соки. При этом на моих глазах наворачиваются слезы.

— Не надо…, — шепчу и…вскрикиваю.

Палец верховного заменяется горячей головкой.

Господи… я хорошо помню, каких размеров его ствол.

Он огромен. Он даже еще не вошел, а мне уже кажется, что он сейчас меня порвет.

Я судорожно дергаюсь. Меня так лихорадит, что каждый сустав сводит от напряжения.

Каким-то чудом у меня получается высвободить руку, но верховный снова сжимает мое запястье, заведя мои руки за голову.

Он наваливается на меня всем весом своего огромного тела и решительно толкается в мое лоно.

Стенки вздрагивают от прикосновения и судорожно сжимаются вокруг его огромного члена.

В меня словно входит пылающее огнем копье.

Выгибаюсь дугой с немым криком.

Щеки заливает потоком слез.

Он чудовище!

Новый толчок и я до крови прокусываю губу. На ней тут же оседает привкус соли, смешиваясь с металлом.

Он входит до конца, заполняя меня полностью.

Замирает. Будто давая мне привыкнуть.

Запускает руку в мои волосы и разворачивает мое лицо на себя.

— Посмотри мне в глаза, — требует низким до хрипоты голосом.

— Отпусти, — еле слышно всхлипываю. Зажмуриваюсь.

Внезапно на губах оседает его дыхание.

Он целует, медленно сминая измученные уста. Не нежно, но словно успокаивая.

Верховный снова начинает двигаться. Плавно тараня меня, придерживает за бедро.

Чувствую, как его сильные пальцы сжимаются на коже до покраснений.

Я лежу неподвижно, глотая обиду.

Боль быстро притупляется. Становится глухой и вскоре исчезает совсем. Остается чувство наполненности. Непривычное. И к моему стыду…приятное.

Я сама не замечаю, как тело расслабляется, а тянущие неприятные ощущения сменяются импульсами, похожими на те, что я ощущала, когда он ласкал меня рукой.

Мужчина ускоряет темп. От глубоких и быстрых толчков по низу живота проходят электрические разряды, срывая с моих губ новые стоны.

Он выпрямляется и поднимает меня за собой, заставляя обнять его плечи. И снова начинает вколачиваться в меня. В такой позе мои возбужденные соски трутся о его каменный торс, усиливая остроту приближающегося удовольствия.

То что происходит между нами, достигает своего пика.

Меня скручивает от мощного спазма. Тело охватывает оргазм. Похожий на тот, что я испытывала ранее, но во много раз сильнее.

Сознание взрывается и покрывается дурманом.

С громким стоном я откидываю голову и в этот момент чувствую, как его губы замирают рядом с дрожащей от удовольствия венкой на шее, а дальше… он обнажает клыки, острые как бритва.

Глава