Земля — Сортировочная (сборник) - Алексей Иванов

– Очень интересно, — зловеще произнес товарищ Палкин и сунул руку в карман.

– Вы сразу не стреляйте, патроны поберегите, — предупредил я. — Я ведь просто так человек, без инопланетянина внутри. Я раньше был диктаторским шпионом, но застрелился. А еще я обезвредил десант, Лубянкина и тетку Рыбец.

– А при чем тут эти двое?

– Они тоже шпионы. Они готовили десант, а я сгубил его еще в таблетках.

– Так это, значит, о тебе передавал ВАСКА?! — сощурившись, понимающе воскликнул Палкин. — Вот, значит, кто наш неведомый союзник!…

– Ага, — смущаясь, сознался я.

– Залезай! — сахарно улыбаясь, велел мне Палкин и как–то странно задвигался по комнате, прикрываясь мною от окна.

Я оттащил тюль и прыгнул в комнату. Палкин стремительно выхватил пистолет и уставил его на меня.

– Не шевелись! — тихо и страшно произнес он. — Стой на месте, провокатор!…

Он глядел на меня грозными глазами так сильно, что я попятился и оглянулся.

Напротив окошка, ухватившись за штакетины, стоял каким–то чудом оказавшийся здесь Лубянкин.

– Не двигаться!! — прошипел Палкин, держа меня на мушке.

– Принц! — громко и нагло заорал Лубянкин на всю Сортировку. — Эй ты, белая кость, дворянский недобиток, прощайся с жизнью!

Он зарычал, плюнул и потряс забор. Нагнувшись вперед, он вперил в нас огненный взгляд, раскрыл рот и мощно исторгнул из груди:

– Из–з–зао–о–о!…

Он сделал паузу для вдоха.

– …строва на стер–р–ржин–нь!… На пр–р–ростор р–речной волны–ы!…

Он грузно полез на штакетник, рискуя сесть на кол, и застрял на гребне.

– Выплыва–а–а–ают расписны–ы–я–а–а–а!!… — безумным голосом завопил он с забора, как петух.

Забор глухо хрустнул, качнулся и всем полотном, от столбика до столбика, рухнул на землю. Упал и Лубянкин.

В мгновение ока товарищ Палкин очутился во дворе и навис над поверженным участковым. Пистолет уткнулся Лубянкину в лоб.

– Ты шпион? — леденящим голосом спросил товарищ Палкин.

– Шпион! — с оттенком гордости и хамства подтвердил Лубянкин.

– Товарищ Палкин! — крикнул я, брезгливо глянув на шпиона. — Да он же пьяный в сосиску!

– Да, я пьяный!! — заревел Лубянкин и попытался встать, но пистолет прижал его обратно. — Пьяный, и горжусь этим!… Пьяный, потому что справлял поминки по гнусным мятежникам!…

– Врет он все, — заискивающе сказал я, глядя Палкину в лицо. — Никаких поминок он не справлял! Он у Рыбец в самогонке лежал и нализался!

– Почему — поминки?… — не слыша меня и бледнея, спросил товарищ Палкин.

– Потому что десант уже здесь! — выкрикнул Лубянкин. — Я его только что видел!… И мятежу вашему полная ерепенная крача!

Товарищ Палкин выпрямился. Глаза его были стальными.

– П–падаль! — с нажимом сказал он. — Эксплуататор!…

Вдруг он резко выдернул из кармана портативную рацию и тоже закричал:

– «Дупло»! «Дупло»! Отзовись! «Дупло»! Я — «Дятел»!

– Я — «Дупло»! — пропищала рация. — Прием!

– Чего нового в поселке?

– Ничего, — чирикнуло в ответ. — Из Новомык–винска приехал грузовик с людьми.

– С какими людьми?!

– Мужчинами. Возраст от двадцати пяти до сорока лет. Большинство брюнеты.

– Это новомыквинские мужики наших бить приехали, — пояснил я. — Они после получки каждый раз летом приезжают, если дождя нет.

– Это деса–а–ант!… — рыдающе закричал принц. — Это деса–ант!… Как же вы не поняли! Это диктаторские андроиды!…

Он закрыл лицо ладонью.

– Все в ружье! — отнимая ладонь, жестко приказал он. — Отряды Оллего и Эрраби в боевую готовность! Немедленно начать эвакуацию по плану «Цу–рюк»! Информаторий спасти во что бы то ни стало! Командующий обороной — баронет! Взвод Носорога — ко мне! Все, отбой!

– Товарищ Палкин, отпустите меня!… — изнывая, стал умолять я.

– Не дергайся!… — нервно рявкнул Палкин на шпиона Лубянкина и придавил его ногой. — Конечно иди, — сказал он мне и махнул рукой. — Сейчас не до тебя, мальчик!…

Я перемахнул через забор и припустил по улице.

У почты стоял хлебный фургон. К нему со всех сторон спешили наши мужики. Дверцы фургона были распахнуты, и внутри орудовал бригадир Ор–ленко.

– Пудик! — вызывал он и совал в протянутые руки блестящие инопланетные пистолеты. — Заливалов! Баскудников! Насреддинов! Тыква! Сморы–гин!…

У крыльца поссовета вооруженные бойцы собирались на митинг. На крыльце стоял токарь Кокоу–ров, сжав в кулаке кепку.

– Должен вас предупредить вот о чем, — сурово говорил он и махал рукой. — Выполняя задание, вы будете при оружии для поднятия авторитета. Но пускать его в ход вам не разрешается ни при каких обстоятельствах! Вы меня поняли? Никто не должен знать, что идет настоящая справедливая война, а не просто пьяная драка!

– Шестой взвод! — выкрикивал Орленко. — Пеньков! Паклин! Лафеткин! Праздников! Фланг! Комиссаров! Опоркин!…

Из–за угла почты на мотороллере «Муравей» вылетел сторож Семикудренко. Щеки его горели.

– Собратья!… — крикнул он. — Андроиды возле Мыквинского пруда!

P . S . В художисвеном произведенее конец всегда должин быть содержатилънее ночала. Я тоже хотел так напесать, но у меня ничево не вышло. Так что потекса здесь не ищите. Я сперва хотел заняца творчискими поисками, про что бы напесать в по–тексе у этой главы, но потом почетал, что в журналах печатают, и решыл оставить как есъ, пото–мучто у меня и без потекса полутше будет.

ГЛАВА 13. Как повстанцы отстояли себя

Андроидов было штук тридцать. Они выглядели в точности как новомыквинские мужики — в сапогах или в ботинках, в замасленных штанах с пузырями на коленях, в кургузых пиджаках с подвернутыми манжетами, в цветастых рубашках, расстегнутых на груди, с небритыми рожами, почти все, кто не лыс, нечесаные, и все, даже лысые, в подпитии. Короче, с виду нормальные люди.

Только вот пьянь они изображали чуть–чуть не так: и покачивались не так, и плевали неправильно. Но, если бы не известие сторожа Семикудренко, я бы ни за что не признал в них андроидов.

Андроиды, галдя, двигались вдоль берега пруда, пинали лодки, прикованные цепями, кинули камень в гусей и потихоньку выбрались на футбольное поле.

За футбольным полем начиналась станция.

Вот тут–то навстречу андроидам и вышли повстанцы. Их было немного, человек десять, — самый первый заградительный отряд. Герои.

– Эй, мужики!… — развязно крикнул столяр Куприянов, упирая руки в бока. — Ну–ка стой, козлы!

– «Козлы»! «Козлы»! Он назвал нас козлами!… — оживленно зашумели новомыквинские андроиды.

– Эй, ерепень крачовый!… — ответил один из андроидов. — Ты, падла, иди сюда!…

Повстанцы разделились на редкую цепочку. Куприянов сделал три шага вперед, особо не отдаляясь от своих.

– Ну, чего? — глумливо спросил он. — В ухо хочешь?…

– А ты чего? — ответил андроид. — Тоже в ухо хочешь?

– Ну, ты, иди сюда!… — нагло подзывал его Куприянов.

– И ты иди, — ответил андроид, и все андроиды грудой придвинулись вперед.

– Уерепенивай, пока живы, — посоветовал Куприянов.

– Мужики, он ругается!… — жалобно закричал андроид и стал хватать соседей за одежду. — Мужики, пустите, я ему морду набью!…

– Ну, давай, давай!… — радостно завопил Куприянов. — Я тебе все ноги переломаю!…

Растерзанный андроид–заводила выбился вперед и подбежал к Куприянову. Он приседал и выставлял кулаки, примеряясь к удару.

Куприянов тоже присел и вдруг откуда–то снизу съездил андроиду в глаз. Андроид отлетел и упал.

– Он меня ударил!… — удивленно сказал он и пополз по земле к своим. — Мужики, он меня замочил!…

Андроиды загудели, расходясь перед повстанцами. Куприянов отскочил. В руках андроидов показались палки, камни, велосипедные цепи. Повстанцы напружинились. Спектакль необходимых церемоний земной драки был завершен.

Миг — и они кинулись друг на друга. Упруго зазвучали удары, и многократно разнеслись вопли. Началась свалка, и тут громче грома прозвучал условный крик–сигнал повстанцев:

– Наших бью–у–ут!…

Вокруг футбольного поля мгновенно встали отряды мятежников. Андроиды вскочили, оставив на земле несколько корчившихся тел. Одним взглядом они оценили положение и всей толпой ринулись на прорыв к станции.

Мятежники со всех сторон стремительно бросились на андроидов. Пустое дотоле пространство футбольного поля закипело и забурлило.

Это шла справедливая галактическая война. Я видел все это, и сердце мое вдруг преисполнилось торжества и величия. Да, и я причастен к этой титанической битве миров! На моих глазах вершится история Галактики! Передо мной рождаются свобода и независимость множества планет! Я почувствовал вселенский масштаб своей личности. От меня зависит история. Рядом, совсем рядом рождается наше общее будущее!… Гордость и восторг охватили меня, потому что я необычайно ярко понял, что наши дела и дороги какое–никакое, а отражение космических свершений и звездных трасс!