Сталин мог ударить первым - Ольга Грейгъ

Всего в Первом и Втором стратегическом эшелонах к 22 июня 1941 года на западную границу были выдвинуты с севера на юг: 14-я, 7-я, 8-я, 27-я, 24-я, 20-я, 22-я, 19-я, 16-я, 28-я, 21-я, 13-я, 11-я, 10-я, 4-я, 5-я, 26-я, 12-я, 18-я, 9-я, 6-я армии, а также ВВС фронтов. (См., к примеру, альбом карт к IV тому «Истории Второй мировой войны 1939–1945», карта № 4 «Военные действия на советско-германском фронте в начальный период войны. 22 июня – середина июля 1941 года.)

Известно, что 2-я и 3-я воздушные армии приказом Сталина в ноябре 1940-го (в том числе и 1-я ВА) были расформированы, а на их базе созданы 5 авиакорпусов и 3 отдельные авиадивизии, не считая авиации ВМФ и НКВД. Перед расформированием воздушными армиями, основой которых был самолет ДБ-3ф, командовали: 1-й ВА – генерал-лейтенант авиации В. Ф. Аржанухин, 2-й ВА – генерал-лейтенант авиации С. П. Денисов, 3-й ВА – генерал-лейтенант авиации И. И. Проскуров, ставший после расформирования начальником ГРУ Генштаба РККА.

Второй стратегический эшелон в результате германской превентивной акции пришлось использовать не по прямому назначению, а для организации обороны.

Большинство армий выдвигались налегке, представляя собой фундаментальную базу для прибытия и тайного развертывания обеспечения вооружением и боеприпасами к 5 июля 1941 года. Основными объединениями эшелона были 16-я армия, в составе которой было более 1000 танков и Отдельная 57-я танковая дивизия под командованием полковника В. А. Мишулина, которая находилась в оперативном подчинении командарма-16 генерала М. Ф. Лукина. В этой дивизии было 200 танков, а при полном укомплектовании армия должна была иметь 1340 танков. Еще более мощной была 19-я армия генерала Конева, также передислоцированная с Северного Кавказа. Она состояла из четырех корпусов, включая 1 механизированный – 26-й. Вскоре в распоряжение генерала Конева поступил и 25-й механизированный корпус. А 34-й корпус, входивший в состав 19-й армии, возглавил личный порученец маршала Ворошилова генерал-лейтенант Р. П. Хмельницкий, который имел в своем составе 4 стрелковые и 1 горнострелковую дивизию; а также шесть отдельных тяжелых артиллерийских полков.

Если в Первом эшелоне самая сильная армия 9-я Особая, то во Втором – 19-я. Обе армии направлены против Румынии, т. е. румынских нефтепромыслов. По этому поводу разведчик, историк и писатель Виктор Суворов подметил: «Платные друзья Советского Союза пустили в ход легенду о том, что Второй стратегический эшелон предназначался для «контрударов». Если так, то самый мощный «контрудар» готовился по румынским нефтяным полям».

Действия группировки советских войск поддерживали корабли и авиация Черноморского флота в составе 1 линкора, 6 крейсеров, 3 лидеров, 15 эсминцев, десятков подводных лодок, торпедных и артиллерийских катеров и корабли Дунайской военной флотилии. Самостоятельным соединением южной группы войск являлся уникальный 9-й Особый стрелковый корпус под командованием генерал-лейтенанта П. И. Батова, – бывший самым сильным по вооружению, по количеству и профессиональной подготовке личного состава высшим соединением Красной армии. Дивизии этого корпуса прошли тщательную подготовку как горные соединения на Кавказе.

Всего в составе этой нацеленной на румынские нефтепромыслы группировки было свыше 5000 танков и более 3500 боевых самолетов.

Личный состав группировки войск превышал 3 миллиона человек, не считая личного состава флота и войск НКВД.

Этой группировке противостояла развернутая на 780-километровом участке группа армий «Юг» генерал-фельдмаршала Карла фон Рундштедта, имевшая в своем составе три немецкие армии: 6-ю (под командованием генерал-полковника Вальтера Рейхенау), 11-ю (под командованием риттера Ойгена фон Шоберта) и 17-ю (под командованием генерал-полковника Генриха фон Штюльпнагеля) и 1-ю танковую группу (под командованием генерал-полковника Эвальда фон Клейста), а также 3-ю и 4-ю румынские армии и одну венгерскую дивизию.

Группа армий «Юг» имела 949 танков, из них 250 – «Pz-III» и «Pz-IV»; остальные устаревшие чешские и французские танки. С воздуха группу «Юг» поддерживал 4-й воздушный флот (командующий генерал-полковник авиации Лер), имевший 772 боевых самолета, и ВВС Румынии, насчитывавшие всего 500 устаревших типов самолетов, около 300 – боевых, которые на самом деле в боевых вылетах не участвовали.

В отличие от советского оперативно-стратегического построения трех стратегических эшелонов оперативное построение немецких групп армий было осуществлено в один эшелон, с выделением в резерв от одной до трех дивизий. Воздушно-десантных частей не было вообще, не считая разве что мелких чисто диверсионных групп.

На приморских флангах никакой поддержки со стороны Военно-морских сил не было из-за отсутствия таковых сил. На Балтику удалось перебросить два звена торпедных катеров. На Черном море, кроме двух румынских эсминцев, всю войну простоявших на базе, и одной румынской подлодки «Дельфинул» вообще ничего не было.

Группировка всех немецких войск вместе с румынскими и финскими частями насчитывала в своем составе около 4,5 миллиона человек, 3410 танков и 4275 боевых самолетов, считая самолеты Румынии и Финляндии.

Против них только на трех фронтах Западного ТВД (не считая двух армий Северного фронта под командованием генерал-лейтенанта Маркияна Марковича Попова) была развернута 8-миллионная армия, построенная в два стратегических эшелона. Но еще имелся Третий стратегический фронт под общим командованием бывшего начальника погранвойск Белорусского округа генерал-лейтенанта И. А. Богданова (член Военного совета и начальник Политуправления чекистского фронта, заместитель наркома госбезопасности СССР, комиссар госбезопасности 3-го ранга (генерал-лейтенант) С. Н. Круглов) с тремя отдельными армиями НКВД – 29-й (командующий заместитель наркома внутренних дел СССР генерал-лейтенант НКВД И. И. Масленников), 30-й (командующий генерал-майор НКВД В. А. Хоменко) и 31-й (командующий генерал-майор К. И. Ракутин), готовыми полным ходом начать «советизацию» захваченных территорий.

Формирование Третьего стратегического эшелона началось задолго до вторжения вермахта на территорию СССР. Эти три армии были сформированы в тылу Первого стратегического эшелона, т. е. на западе. Еще три армии чекистов были сформированы в Средней Азии и две – на Кавказе, которыми впоследствии фактически будет управлять член Политбюро ЦК ВКП(б) Лев Захарович Мехлис, но только в период осени 1941-го – лета 1942 года, т. е. до гибели Крымфронта, потери Крыма и бегства высшего командования ЧФ и армейских объединений.

В пограничных округах вермахту противостояли 11 000 танков и еще 8000 в армиях Второго эшелона. Нам следует учитывать, что в войсках Третьего стратегического эшелона было не менее одного корпуса танков и не менее одного артиллерийского корпуса.

С воздуха войска Красной армии прикрывали 11 000 самолетов и 2300 дальних бомбардировщиков, входивших в состав ДБА РВГК (Дальнебомбардировочная авиация Резерва Верховного главнокомандования), которой командовал в 1941-м и начале 1942 года полковник П. А. Горбацевич. В резерве находилось еще 8000 боевых машин с экипажами.

В то время советская ДБА имела в своем составе 5 авиационных корпусов по 2 дивизии в каждом; 3 отдельные авиационные дивизии, не входившие в состав этих корпусов; 1 отдельный авиационный полк № 212, который не входил ни в состав дивизии, ни в состав корпусов. Именно его возглавил подполковник А. Е. Голованов. Александр Евгеньевич (а значит, и его полк) напрямую подчинялся товарищу Сталину. Любопытна история этой воинской части, но то будет совсем другая тема. Сейчас же в рамках темы повествования нам важна личность Голованова и некоторые нюансы, вообще не известные ни исследователям, ни историкам, ни читателям!

Еще в феврале 1941 года личный пилот товарища Сталина и один из руководителей партийной разведки Секретариата товарища Сталина – самой закрытой структуры, о существовании и задачах которой могут знать лишь очень и очень немногие из разведывательной сверхэлиты и сведения о которой и поныне являются великой тайной ХХ века! – Александр Евгеньевич Голованов был мобилизован в ряды Красной армии. Ему было присвоено воинское звание подполковник, и он был назначен командиром 212-го дальнебомбардировочного полка специального назначения – Спецназ.

В должности командира авиаполка он был менее полугода и уже в августе 1941 г. был назначен командиром 81-й дальнебомбардировочной авиадивизии Спецназ, которая была подчинена непосредственно Ставке ВГК.

81-я авиадивизия при участии А. Е. Голованова в 1941 году на самолетах ТБ-7 (Пе-8) бомбила военно-промышленные объекты Берлина, Данцига, Плоешти, Кенигсберга.

В феврале 1942 года, минуя должность командира авиакорпуса, Голованов сразу был назначен командующим дальнебомбардировочной авиацией, которая вскоре была преобразована в авиацию дальнего действия (АДД). Ее командующий был последовательно удостоен званий: генерал-майора авиации, генерал-лейтенанта авиации, генерал-полковника авиации и, наконец, маршала авиации. В августе 1944 года ему, тогда 40-летнему, было присвоено звание Главного маршала авиации. В том же 1944-м вид его деятельности перепрофилировался – по приказу Сталина Голованов стал переводить самолеты Пе-8 для работы в условиях Антарктики (да, сколько любопытных секретов таится еще в недрах Истории…).