Снежный человек - Аллен Дина

После темноты спальной кельи свет показался ей даже слишком ярким. Через секунду Кэтрин поняла, наконец, что удивило ее больше всего — все вокруг было покрыто невероятно белой искрящейся изморозью! За окном вились снежинки, и от самого открывшегося ей пейзажа веяло холодом.

— Скоро снегопад? — В голосе ее слышалась тревога.

— Чем больше снега, тем трудней им будет найти нас.

Она посмотрела на него вопросительно. Брук не намерен был держать ее в неведении и без обиняков заявил:

— Ты не сможешь скоро уйти отсюда.

Так, она в капкане. Он не стал этого говорить, но с таким же успехом мог бы и добавить «и это значит, что ты моя пленница».

Кэтрин не хотела безответно принять услышанное, но чувствовала, что обсуждать　сказанное им сейчас не имело смысла. Сначала ей необходимо было восстановить здоровье и вернуть силы.

Она подумала, что если даст ему возможность высказаться, то скорей сумеет понять, что у него на уме. На какую же тему заговорить с ним?

Окно! Она никак не ожидала найти такую роскошь в пещере.

— Где ты взял такое окно?

— У меня есть пути, — только и ответил он.

Брук резко повернулся от окна и перенес ее в кресло-качалку, предварительно подвинув его поближе к огню.

— Почему ты спас меня, Брук?

— Если бы в реке оказался Килман, я бы этого не сделал.

Он протянул Кэтрин ломтики яблока, и она с аппетитом на них набросилась.

— Откуда ты достал яблоки? — Кэтрин вспомнила, что в первый раз ее разбудил именно запах яблок.

— Есть способы. — Он подал ей еще несколько кусочков.

— Почему ты ничего не говоришь мне? Не доверяешь?

Он не ответил.

— Брук?

Он отдал ей остаток яблока.

— Ешь, Кэтрин. — Он снова подошел к окну и стал смотреть на падающий снег.

Покончив с яблоком, Кэтрин откинулась на спинку кресла. В голове у нее стучало. Она не помнила, когда у нее еще так сильно болела голова.

— Хочешь еще поесть?

— Я поела бы, но ужасно устала. Может, мне следует немного полежать?

Брук вышел и через минуту вернулся с медвежьей шкурой, которую расстелил неподалеку от огня. Потом он приподнял девушку и положил ее на этот импровизированный тюфяк. Когда он смотрел на нее, в глазах его читалась только отстраненность, граничащая с неприязнью.

Проделав все это, он вернулся к окну — по-видимому, там было его любимое место!

Кэтрин молча наблюдала за ним. Теперь, когда ей стало значительно лучше, она не могла не признать, что в Бруке была какая-то удивительная утонченность и неоднозначность.

Ее присутствие, очевидно, беспокоило его. Должно быть, ему было нелегко чувствовать возле себя живого человека после стольких лет одиночества. И все-таки в этой ситуации было какое-то странное очарование.

— А ты не хочешь, чтобы я рассказала тебе о себе? — спросила она. — Не хочешь узнать, зачем я приехала в Кейлоун и стала искать тебя?

Брук настороженно замер.

— Я преподаватель Орегонского университета, — сказала она. — И еще аспирантка. Я слышала о тебе от одного из профессоров и захотела узнать о твоей жизни.

— Это правда?

— Да, честно.

— И раньше ты не знала Джеффри Килмана?

— Нет. И то, что я связалась с ним, было большой ошибкой. Я знала, что этим создаю новые проблемы, но он пообещал привести меня к тебе.

Брук снова погрузился в молчание. Под его изучающим взглядом Кэтрин чувствовала себя смущенно, но что ей было делать?

Он надел на себя куртку с мехом наружу, в которой Кэтрин видела его той ночью в лагере.

— Куда ты идешь? — спросила Кэтрин, когда он приподнял полог, прикрывающий вход.

— Нужно проверить глубину снега в горах. Я должен знать, могут ли они добраться сюда.

6

Кэтрин и не заметила, как заснула. Очнувшись от сна, она обнаружила рядом с собой миску с орехами и сушеными ягодами. Там же стоял кувшин с водой. Она посмотрела в окно — на дворе было темно.

— Брук! — позвала она, но никто не откликнулся. Значит, он все еще не вернулся.

За окном вовсю завывал ветер. Что, если он наткнулся на поисковую группу и его ранили или убили? Тогда никто и никогда не сможет отыскать ее. Кэтрин поспешила успокоить себя — ведь Брук столько лет жил один и остался жив, так почему же теперь он должен погибнуть?

Ее первоначальное впечатление о Бруке Сэвидже, по-видимому, оказалось неверным. Он совсем не был похож на человека, в течение пятнадцати лет не имевшего дело с другим человеческим существом. И в отличие от многих знакомых Кэтрин людей находился в ладах со своей жизнью — должно быть, он был удивительно силен духом.

В Бруке чувствовалось истинное мужество, и, несмотря на длинную бороду и нечесаные волосы, в нем нет ничего отталкивающего, наоборот, он по-настоящему привлекателен. Это, пожалуй, больше всего удивляло Кэтрин. Там, у костра, он казался настоящим зверем, а здесь… Здесь она поняла, что ошибалась.

Кэтрин снова почувствовала голод. Она поела орехов и яблок, после чего, разморившись, снова уснула.

Когда Кэтрин проснулась, был день. После еды и сна ей стало немного лучше. Пурга утихла. Брука нигде не было видно. Это обеспокоило ее. Решив осмотреть пещеру, она завернулась в шкуру и встала.

Кэтрин сделала несколько нетвердых шагов — на пути ей попались мокасины Брука. Очевидно, этот человек отличался необыкновенной изобретательностью. Много ли на свете столь приспособленных к жизненным обстоятельствам людей, способных даже обувь себе сшить?

Кэтрин сунула ноги в мокасины, утонула в них и почувствовала себя ребенком, влезшим в папины шлепанцы.

Убедившись, что Брук вовсе не сексуальный маньяк, Кэтрин решила, что, как только он станет доверять ей, она попытается по-настоящему поговорить с ним. Ей хотелось спросить его о стольких вещах, столько всего обсудить с ним. Интересовался ли он тем, кто у них был президентом, да и вообще тем, что творилось в мире?

Должно быть, его отношение к жизни было необычным, не таким, как у других людей.

Стоя у окна, Кэтрин раздумывала над тем, как сложатся их отношения с Бруком, когда ей послышался какой-то нарастающий звук. Когда он стал громче, она поняла, что где-то рядом был вертолет.

Спустя минуту она уже увидела его. Сердце ее едва не вырвалось из груди. Ей стало ясно, что искали именно ее. Нашли ли они джип Джеффри Килмана? Что произошло после того, как Брук укрыл ее?

Пока Кэтрин думала обо всем этом, вертолет исчез из виду. Может, она допустила ошибку, не воспользовавшись единственной возможностью вернуться к цивилизации?

Спустя несколько минут Кэтрин снова услышала шум вертолета. Она выглянула из окна. Его не было видно, но по звуку можно было определить, что он летит где-то над долиной. Если она хочет выбраться отсюда, ей надо просто выбежать на ближайший хребет. Там она может помахать пилоту чем-нибудь ярким и привлечь его внимание.

Кэтрин отлично понимала, что должна действовать быстрее. Конечно, теперь ей не грозила опасность умереть от ран, но один лишь бог знал, сколько времени ей суждено провести в этом снежном заточении. А если Брук не вернется? Что тогда? Сможет ли она выжить здесь в одиночку? Но, в то же время, имеет ли она моральное право выдать его местонахождение только лишь для того, чтобы самой с комфортом, легко и быстро выбраться отсюда?

Все эти мысли проносились в голове Кэтрин в то время, как звук мотора становился все более громким. Она прильнула к оконному стеклу, мучимая противоречивыми желаниями. В этот момент вертолет пролетел над пещерой, и тень его мелькнула на горном склоне. Возможность была утеряна. Слезы потекли по щекам Кэтрин, и она уронила голову на грудь.

Мало-помалу холод, сочившийся из окна, вывел Кэтрин из состояния горького раздумья. Она вздрогнула. Случившееся настолько выбило ее из колен, что продолжение академических исследований представлялось ей совершенно неуместным, даже непорядочным. Слишком много в ее жизни зависело сейчас от Брука Сэвиджа, человека, а вовсе не подопытного кролика.