Немецкий орден - Эрих Машке

Пруссы же не умерили своей злобы и только о том и помышляли, как бы им суметь разрушить крепость Кенигсберг. Когда они поняли, что не смогут захватить замок силой, построили они, как опытные и сметливые воины, множество кораблей, намереваясь с их помощью разгромить и уничтожить орденские корабли, доставлявшие братьям продовольствие, дабы из-за нехватки съестных припасов братья сами лишились всех сил. Однако комтур и братья, этим обеспокоенные, послали к ним некоего человека, который каждый раз тайно проделывал буравом дыру в днище вражеского судна и повторял это так часто, пока пруссы, обессилев от своих трудов и потеряв немало воинов пленными и погибшими, поневоле сами не отказались от нападения на корабли ордена, из которых они и так уже разбили многие.

На холме рядом с замком Кенигсберг братья основали вокруг приходской церкви святого Николая поселение, но, поскольку оно не было достаточно укреплено, самландцы внезапно напали на него, очень многих жителей захватили они в плен и убили, а само поселение сравняли в землей. Потому позднее оно было перенесено в долину между Прегелем{32} и крепостью, как раз там, где и по сей день находится старая часть Кенигсберга.

ОКОНЧАНИЕ ПРУССКИХ ЗАВОЕВАНИЙ, НАЧАЛО ЛИТОВСКИХ ВОЙН

Шел 1283 год. Минуло уже 53 года с тех пор, как братья начали войну с народом пруссов. Теперь все племена в прусских землях были покорены и не оставалось среди них ни одного, кто не склонил бы смиренно своей главы перед святой римской церковью. Тогда начали братья войну против соседствовавшего с пруссами могущественного, упрямого и воинственного народа, что живет в Литве, по ту сторону Мемеля.

МАРИЕНБУРГ СТАНОВИТСЯ РЕЗИДЕНЦИЕЙ ВЕЛИКОГО МАГИСТРА

В 1309 году в Пруссию прибыл Зигфрид фон Фейхтванген, 11-й великий магистр ордена и 18-й ландмейстер Пруссии, и перенес главную резиденцию ордена, которая со времен падения Аккона находилась в Венеции, в Пруссию, в Мариенбург.

НЕМЕЦКИЙ НАРОД НА НЕМЕЦКОЙ ЗЕМЛЕ

ПОСЕЛЕНЦЫ И ВОИНЫ

На два отряда в эти дниделились поровну они:пока работник чинит плуг,друг меч берет с собой и лук,с утра до вечера, когдазасветит бледная звезда,стоял у них дозор вокруг.Встречать врага идет один,другой — на пашне господин{33}.

КУЛЬМСКОЕ ГОРОДСКОЕ ПРАВО 28 ДЕКАБРЯ 1233 ГОДА

Ко всем верующим во Христа, кои лицезреют сию грамоту, обращаются брат Герман фон Зальца, магистр немецкого дома госпиталя пресвятой Девы Марии в Иерусалиме, и брат Герман Балк, прецептор того же дома в Славонии и Пруссии, и весь конвент сего дома: да пребудет с вами царствие небесное. Чем более и чем большие опасности претерпевают жители Кульмской земли, и особенно города наши Кульм и Торн, ради защиты христианства и для нашего благочестия, тем усерднее и действеннее желаем мы помогать им во всем, в чем по праву можем. Посему даруем мы этим городам навечно свободу, дабы бюргерам их выбирать каждый год в этих городах отдельных судей, которые дому нашему и городской общине желательны. Отныне и навсегда оставляем мы тем судьям треть судебных сборов, полученных от штрафов за тяжкие преступления, и всю сумму штрафов, наложенных за мелкие, так называемые каждодневные, проступки, а именно 12 пфеннигов и менее. Однако не следует судье без согласия на то наших братьев уменьшать сумму штрафа, наложенного за тяжкое преступление, как-то: убийство, кровопролитие и тому подобное. Мы также желаем, дабы никому то не передавалось и не продавалось, что нам в этих судах причитается.

Передали мы в общее пользование городу Кульму территорию в 300 фламандских гуф{34} на горе и под ней, в числе прочего луга, пастбища и сады, и реку Вислу, на одну милю вверх и на одну милю вниз от города, со всеми правами пользования, кроме островов и бобрового промысла, для общей выгоды горожан и паломников и в свободное вечное владение.

Но городу Торну выделили мы для общей выгоды горожан ту же реку на две мили вверх по течению от верхней части большого острова Лиске, что расположен выше Нессау, включая острова Лиске, Гурске, Фербске и два других, со всеми правами пользования, исключая бобровый промысел.

Мы, однако, постановляем, что отныне и навсегда в этих городах должны действовать все положения Магдебургского права, но таким образом, что виновный, который в Магдебурге должен платить 60 шиллингов штрафа, здесь будет оштрафован только на 30 шиллингов кульмской монетой; в том же соотношении следует взимать и все прочие штрафы. Если же возникает какое-либо сомнение относительно суда или правовых положений, то надлежит спросить о соответствующей статье совет города Кульма, ибо желаем мы, чтобы этот город был столицей среди других городов, если таковые еще будут основаны в этой земле.

Мы предписываем также, что вблизи этих городов всегда должно быть свободное судоходство. Проявляя и далее заботу об обоих городах, выделяем мы городу Кульму 120 гуф земли, а городу Торну 100 гуф земли, с правом полного ее использования, за исключением епископской десятины, если эти гуфы начинают давать доходы, которые бюргеры могут использовать на ночной дозор и иные нужды своих городов.

Мы обещаем также, что не желаем покупать домов в этих городах. Если же кто-либо, движимый благочестием, пожелает подарить нашему дому свой дом или свою усадьбу, мы обязуемся не использовать их для каких-либо иных целей, кроме тех, для коих какой-либо бюргер определит свой дом, и должны в отношении этого дома соблюдаться те же права и обычаи, что в отношении других домов. Под эти условия не должны подводиться наши укрепления, которые мы уже имеем в городах.

Кульмский приход наделили мы 8 гуфами земли вблизи города и еще 80 там, где им отведена земля. Торнский приход наделили мы 4 гуфами земли вблизи города и еще 40 гуфами, место для коих еще предстоит определить. За нашим домом сохраняем мы право патроната над сими церквями, куда будем мы направлять достойных пастырей. Если же, однако, в прилежащих к этим городам деревнях необходимо будет создать новые приходы, а каждая из этих деревень владеет 80 гуфами или более, то обещаем мы с нашей стороны наделить каждый приход 4 гуфами; в вышеозначенных приходах будем мы иметь право патроната и обязуемся также направлять в них достойных пастырей.

Мы также освобождаем этих горожан от всех несправедливых налогов, принудительных пошлин и иных неподобающих поборов, при этом милость нашу распространяем мы на все их имущества. Далее передали мы этим нашим горожанам имущества, которые имеют они от нашего дома в соответствии с фламандским правом наследования, так что они и наследники их, обоих полов, должны владеть этими имуществами со всеми доходами свободно и вечно, за исключением, впрочем, тех, на которые оставляем мы право за нашим домом по всей стране. На их же землях нашему дому принадлежат: все озера, бобры, соляные жилы, золотые и серебряные рудники и все металлы, кроме железа, таким образом, чтобы за нашедшим золото либо за тем, на чьей земле оно найдено, признавались бы при таких находках те же права, что и за упомянутыми лицами в землях герцога Силезского. Если же кто найдет серебро, то на него или на хозяина поля, где оно будет найдено, распространяется Фрейбергское право относительно подобных находок.

Если озеро, коего хватает на три улова, примыкает к полям одного из бюргеров этих городов, а владелец полей предпочел бы иметь озеро вместо пашни, то предоставляем мы это его выбору; если же озеро больше, то имеет он право ловить рыбу с помощью любого приспособления, кроме сети, называемой «неводом», и лишь для собственного стола.

Если также с полем бюргера соприкасается ручей, то дозволено владельцу сей пашни построить на нем мельницу; если же это река, годная для нескольких мельниц, то при строительстве оных наш дом несет третью часть первоначальных расходов и впоследствии получает третью часть доходов с построенных таким образом мельниц.

Мы желаем также, чтобы нашему дому доставалась правая лопатка с каждого убитого ими или их слугами животного, кроме кабанов, медведей и косуль. Все, что постановили мы в отношении озер, мельниц и дичи, распространяем мы только на тех горожан, что получили от нашего дома, как сказано выше, наследственное имущество.

Мы наделяем их также правом продавать полученные от нашего дома имения, но лишь тем, кого сочтут подходящими страна и наш дом, и таким образом, чтобы покупатели приняли это имущество из рук братьев и соблюдали те же права и обязательства по отношению к дому, которыми прежние были нам обязаны, но мы им затем также должны передать имения без отсрочки. Мы разрешаем также, чтобы, если один из бюргеров для какой-либо надобности захочет отделить свое имение или самое большее 10 гуф земли от прочих своих имений и продать особо, продолжал он нести ту же службу от остатка имуществ, и наш дом сохранял те же права, кои имел до тех пор в отношении всего его имения. Тот же, кто купил его имение или 10 гуф, должен будет служить нашему дому за это наследное имение, при латах и прочем легком вооружении и на подходящей для такого снаряжения лошади, как это подробнее описано ниже. Добавляем, что никто из получивших наследное имение от нашего дома не может покупать сверх этого иного родового имения.