Холестерин колец - Генри Берд

— Где ему, господин Фрито, — потирая брюхо, ответил Срам и добавил: — Жрать охота, сил нет.

Вчетвером они вошли в ресторан и уселись в кабинке близ ревущего в очаге пропанового пламени, на котором бесконечно поджаривался цементный хряк, пронзенный вращаемым моторчиком вертелом. Пока голодные, как волколаки, хобботы изучали меню, имевшее затейливую форму рожающей свиноматки, глухие ноты не в лад исполняемой музыки разливались по переполненной зале из висящего на стене рупора. Фрито размышлял, не взять ли ему «Хрюлетку дядюшки Свинтуса на сдобной булочке», сваренную в льняном масле высшей очистки, а оголодалый Срам между тем пожирал глазами едва одетых «свинюшек», исполнявших обязанности подавальщиц, — грудастых девок, также оборудованных поддельными хвостиками, свиными ушами и пятачками.

Одна из свинюшек бочком притрюхала к их столику, чтобы принять заказ, и Срам алчно впился взором в ее красные глазища, съехавший набок белобрысый парик и волосатые ноги.

— Ну что, олухи, заказывать чего-нибудь будете? — спросила свинюшка, опасно раскачиваясь на высоких каблуках.

— Две хрюлетки и два фирменных горячих кутенка, пожалуйста, — уважительно ответил Фрито.

— А кольца — то есть пивца — не желаете, сударь?

— Нет, спасибо, просто четыре орка-колы.

— Заметано.

Подавальщица, кренясь, вихляясь на каблуках и путаясь ногами в свисавших у нее из-под юбки длинных черных ножнах, удалилась, а Фрито принялся оглядывать зал ресторана, выискивая, нет ли кого подозрительного. Кучка хобботов, несколько чумазых мужиков да дрыхнущий у стойки пьяный тролль. Все, как обычно.

Успокоенный Фрито разрешил своим спутникам потолкаться среди местной публики, строго-настрого предупредив их, чтобы не распускали язык насчет «сами-знаете-чего». Когда подавальщица возвратилась с заказанной Фрито хрюлеткой, Срам уже обменивался в углу плоскими анекдотами с парой чащобных гномов, а близнецы развлекали компанию потасканных гремлинов пикантной пантомимой «Старый хромец и его дочурки», неизменно имевшей в Шныре бешеный успех. Под все усиливающийся веселый рев, вызываемый их скабрезными позами, Фрито задумчиво жевал лишенную вкуса хрюлетку, гадая, что станется с Великим Кольцом, когда они доберутся до Гельфанда и Дольна.

Внезапно зубы Фрито захрустели, ибо в хрюлетке обнаружилось нечто маленькое и чрезвычайно твердое. Беззвучно сквернословя, Фрито залез в раздираемый болью рот и извлек оттуда металлический цилиндрик. Отвинтив крышку цилиндрика, Фрито вытащил из него узкую полоску микропергамента, на котором с трудом различались слова: «Берегись! Ты в великой опасности. Тебя ожидает дальняя дорога. Скоро ты повстречаешь рослого смуглого Скитальца. Ты весишь ровно пятьдесят девять фунтов.»

Фрито испуганно затаил дыхание и пробежался глазами по залу, отыскивая того, кто послал ему эту записку. В конце концов, глаза его остановились на рослом смуглом Скитальце, сидевшем в темном углу перед нетронутой большой кружкой свекольного пива. Тощий, весь в сером и в закрывающей глаза черной маске. Грудь пересекают крестом патронташи с серебряными пулями, а на тощем бедре зловеще покачивается отделанная перламутром рукоять палаша. Словно почувствовав на себе взгляд Фрито, он медленно повернулся на табурете и приложил к губам палец затянутой в перчатку руки, призывая хоббота к осторожности. Затем незнакомец указал на дверь мужской уборной и растопырил ладонь: ПЯТЬ МИНУТ. Затем ткнул пальцем сначала в Фрито, а после себя в грудь. К этому времени большая часть завсегдатаев уже глазела на него и, решив, что он затеял игру в шарады, подбодряла криками: «Известная пословица?» и «Произносится как!».

Юный хоббот, сделав вид, что не заметил чужака, перечитал записку. «Опасность», говорилось в ней. Фрито задумчиво оглядел осадок из рыболовных крючков и толченого стекла, образовавшийся на дне поданного ему стакана орка-колы. Удостоверясь, что никто за ним не следит, он осторожно опорожнил стакан над стоявшим поблизости горшком с фикусом, — горшок жидкость принял, но удержать не смог, и она полилась на пол.

Подозрения Фрито усилились, он выбрался из кабинки, стараясь не зацепить слуховую трубу, что торчала среди украшавших стены кабинки декоративных пластмассовых цветочков. Никем не замеченный, он проскользнул в предназначенную для хобботов маленькую уборную, чтобы там поджидать смуглого незнакомца.

Прошло пять минут и кое-кто из обосновавшихся на толчках завсегдатаев стал с подозрением поглядывать на Фрито, прислонившегося к кафельной стенке и посвистывающего, засунув руки в карманы. Чтобы не доводить дела до распросов, Фрито повернулся к висевшему на стене торговому автомату.

— Так-так-так, — театральным шепотом произнес он. — Именно то, что я искал!

И натужно изображая беспечность, принялся скармливать машине мелочь из своего кошелька.

Когда Фрито стал уже обладателем пятнадцати птичьих манков, восьми компасов, шести миниатюрных зажигалок и четырех пакетиков неприличных резиновых штучек, кто-то принялся таинственно колотить в дверь. В конце концов, один из скрытых загородкой завсегдатаев взвыл:

— Мать-перемать, да впустите же кто-нибудь этого сукина сына!

Дверь распахнулась, явив облик смуглого незнакомца в маске, манящего Фрито за угол.

— У меня есть для вас сообщение, мистер Сукинс, — произнес незнакомец.

При звуках знакомого имени Фрито почувствовал, как хрюлетка встрепенулась и запросилась наружу.

— Но… но… моя думает, что твоя ошибается, сеньор, — неубедительно запротестовал Фрито. — Моя сильно извиняется, но только мое почтенное имя…

— Сообщение от Мага Гельфанда, — сказал незнакомец, — коли имя, коим ты нарекаешь себя, неотлично от прозвания Фрито Сукинса!

— Неотлично, — признал сбитый с толку и напуганный Фрито.

— Кольцо при тебе?

— Может, при мне, а может, и не при мне, — заупрямился Фрито, желая выиграть время.

Незнакомец схватил Фрито за узкие лацканы куртки.

— Кольцо при тебе?

— Да, а как же, — пискнул Фрито. — Как получил, с тех пор и ношу! Очень мне идет.

— Не бойся, умерь свои страхи, не падай духом и не гони лошадей, — рассмеялся этот странный мужчина. — Ибо я тебе друг.

— И у тебя имеется сообщение от Гельфанда? — задыхаясь, спросил Фрито, почувствовавший, что хрюлетка несколько успокоилась.

Рослый незнакомец расстегнул молнию на потайном кармашке висевшей у него на плече седельной сумки и передал Фрито клочок бумаги, на котором тот прочитал:

— Трое трусов, четыре пары носков, две рубашки, одна кольчуга, все как следует накрахмалить…

Нетерпеливым жестом незнакомец вырвал из лапки хоббота этот древний анекдот и заменил его сложенным вдвое пергаментом. Фрито взглянул на печати с изображением Архангела Михаила и Х-руны Гельфанда, оттиск которой на затвердевшей жевательной резинке удостоверял личность посланца.

Поспешно отодрав резинку и сунув ее в карман (на потом, для Срама), Фрито стал читать письмо, с трудом разбирая знакомые палмеровские закорючки. Письмо гласило:

Фритюша, друг!

Мы таки наступили на грабли! Вонища стоит, не продохнешь!

Сыроедовы Ноздрюли расчухали нашу маленькую хитрость и теперь землю роют, ищут «четырех хобботов, одного с розовым хвостом». Ты только не мети икру и не думай, будто кто трепанулся. Делай быстро ноги оттуда, где ты сейчас есть, да не потеряй сам-знаешь-чего. Постараюсь встретить тебя на Заварухе, а если нет, ищи меня в Дольне. Во всяком случае, вали налегке.

А насчетТоптуна не трухай, он малый свойский, тертый, отчаянный, коли ты меня понимаешь.

Вынужден закруглиться, оставил одну хреновину на бунзеновскойгорелке

Гельфанд

P.S. Как тебе моя новая почтовая бумага? Это я вКонторе по найму лабухов напел кой-чего, ну, мне и выдали.

Хрюлетка с булочкой вновь оживились. Стараясь не допустить их несвоевременного повторного появления на свет, Фрито прошептал:

— Значит, здесь мы в опасности. — Не надо бояться, мирный хоббот, — сказал Топтун, — ибо теперь с тобой я, Артопед из рода Артбалетов. Гельфанд должен был рассказать обо мне в письме. У меня куча имен…

— Да, господин Артбалет, конечно, — прервал его перепуганный Фрито. — Но если мы не выберемся отсюда, считайте, что мы вляпались. Я уверен, что кое-кто в этой жалкой рыгаловке тянется к моему скальпу и вовсе не для того, чтобы причесать меня покрасивее!

Вернувшись в кабинку, Фрито обнаружил трех своих хобботов, все еще пытающихся наесть морды потолще. Игнорируя незнакомца в маске, Срам улыбнулся Фрито во всю засаленную рожу.

— Я-то гадаю, куда это вы запропали, — сказал он. — Хотите кусок кутенка?

Хрюлетка Фрито радостно устремилась навстречу Срамову кутьку, но Фрито заставил ее вернуться и уселся за стол, стараясь оставить побольше места для кривоколенного Топтуна. Хобботы с вялым интересом оглядели пришельца.