Крымский узел - Андрей Малыгин

Таким образом, стороны непосредственно подошли к очередному «подводному камню» в их взаимоотношениях. Установление Россией фактического контроля над ЧФ как бы сняло с повестки дня судьбу кораблей и подразделений флота и сделало явной ту проблему, которая так или иначе все время стояла за спорами вокруг кораблей — проблему базирования ЧФ, проблему Севастополя. Теперь, когда совместному управлению флотом пришел конец, обострилась проблема его базы и статуса флота на территории другого государства.

Помимо трудностей, общих в решении такого рода проблем, в случае Севастополя имелись и дополнительные обстоятельства.

Город был заложен сразу же после присоединения Крыма к России в 1783 году как главная база российского Черноморского флота. В российской империи город-крепость, каковым являлся Севастополь, административно не подчинялся губернатору Таврической губернии и образовывал специальную единицу — градоначальство. В 1854-55 годах и в 1941-42 и 1944 годах Севастополь становился ареной ожесточенных сражений русских войск с войсками англо-французской коалиции и немецко-фашистскими армиями. Эти события закрепили за ним в сознании россиян образа города «русской славы» и «города русских моряков». Севастополь как административно-территориальная единица представляет собой город с обширным округом, занимающий 79,4 тыс. га (больше только г. Москва), с населением 416,2 тыс. человек (данные на 01.01.94.). Производственная сфера представлена 215 промышленными предприятиями. Из них около 40 — крупные производства ВПК — морской завод, концерн «Муссон», приборостроительный завод «Парус». Согласно некоторым источникам 90 % объемов городского производства приходилось на предприятия ВПК, где было занято 60 % работающих.[106] Национальный состав населения города по данным переписи 1989 года выглядел следующим образом: из 393.015 тыс. чел. русских было 292.605 тыс. (74,5 %), украинцев — 81.141 тыс. (20,6 %), из них русский язык считали родным 85,7 % населения.[107]

Согласно Постановления Совета министров СССР от 25 октября 1948 года и Указа Президиума ВС РСФСР от 29 октября 1948 года г. Севастополь был выделен в «самостоятельный административно-хозяйственный центр со своим особым бюджетом» и отнесен «к категории городов республиканского подчинения»(РСФСР). Порядок финансирования городского бюджета определялся соответствующим постановлением Совета Министров РСФСР № 1082. Документы о передаче Крыма из состава России в состав Украины не упоминают о Севастополе, хотя председатель Севастопольского городского Совета присутствовал на церемонии передачи Крыма наряду с председателем крымского областного Совета. Отсутствие должной четкости в документах о передаче Крыма оставляет сомнения в том, передавался ли Севастополь вместе с Крымом Украине в 1954 году. В то же время известно, что еще долгое время после 1954 года Севастополь финансировался из бюджета Российской федерации до того момента, когда 25 апреля 1968 года Совет Министров РСФСР признал утратившим силу Постановление № 1082 (но не Указ Президиума ВС от 29 октября 1948 г.). Именно после этого Указом ВС УССР 1968 года, г. Севастополь объявлялся городом «республиканского подчинения» (УССР). В Конституции УССР 1978 года Севастополь был обозначен как составная часть Украинской республики, в то же время Конституция РСФСР 1978 года о Севастополе не упоминает. Депутаты от города представляли население Севастополя в Верховном Совете УССР, но не РСФСР.

Кроме запутанности вопроса о передаче города одной республикой другой, система управления им уже после 1968 года была крайне сложной. Являясь городом республиканского подчинения и замыкаясь непосредственно на Киев, Севастополь одновременно был главной базой Черноморского флота и по всем вопросам, касавшимся его как города-базы, решения по Севастополю принимались в Москве, отсюда же шло финансирование целого ряда статей городского бюджета. Одновременно по ряду аспектов городской жизни Севастополь подчинялся Крымским областным властям, например, милиция, городской отдел КГБ, прокуратура, районные суды, налоговая инспекция, таможня, райвоенкоматы, служба статистики, органы социального обеспечения и многие другие органы государственного управления являлись подразделениями соответствующих областных структур.[108] Это же касается и места первого лица города в партийной иерархии. Кроме этого, депутаты от Севастополя избирались также в областной совет, и лишь в 80-х годах эта практика прекратилась.

Легко себе представить, какую задачу задавал политикам и военным Севастополь в условиях распада СССР и начинавшегося процесса воссоздания крымской автономии.[109]

20 января 1991 года севастопольцы, как и остальные крымчане, приняли участие в референдуме о статусе Крыма. Как и в целом на полуострове, в Севастополе идея воссоздания автономной республики встретила поддержку абсолютного большинства избирателей. Кроме этого, в Севастополе одновременно с общекрымским прошел и городской референдум по вопросу «Вы за статус Севастополя как главной базы Черноморского флота и города союзно-республиканского подчинения» за что высказалось 93 % севастопольцев. Таким образом большинство горожан выступало за двойное подчинение города Москве и Киеву при сохранении его в составе Крыма. Последнее нашло подтверждение также в кооптации 18 представителей городского совета в ВС Крымской АССР в 1991 года.

Референдум 17 марта 1991 г. так же, как и в целом по Крыму, продемонстрировал желание большинства людей сохранить союзное государство. Говоря об общественной атмосфере в городе, следует иметь ввиду то, что она имела ряд отличительных особенностей по сравнению с общекрымской. В Крыму в целом общественное движение до 1991 года было незначительным, в Севастополе же, как в военном городе, который с 1984 года являлся закрытым для въезда, по существу, не было и особых условий для ее возникновения.

В общественной жизни города доминировали военные круги с их традиционным консерватизмом. Этим консерватизмом была пронизана и деятельность органов городского управления. Крушение привычного порядка вещей, наступившее после августа 91-го, застало Севастополь врасплох. Несмотря на то, что количество русского населения здесь было большим, чем в любом другом городе Крыма (76 %), в Севастополе первоначально не возникло, в отличие от Симферополя, какого-либо пророссийского или республиканского гражданского движения. Для военных кругов пришедшие к власти в Москве «демократы» были еще менее привлекательны, чем украинские националисты, тем более, чем вполне «советский» Киевский истеблишмент. Кроме этого, украинские власти, в отличие от московских, с самого начала проявили известное внимание к флоту. Учитывая кроме этого, что до декабря 1991 официальный Киев неоднократно выражал поддержку идее СНГ, становится понятным, почему Севастополь и флот на референдуме 1 декабря проголосовали за независимость Украины. Результаты референдума по Севастополю свидетельствовали о большой неопределенности в умонастроении людей. Такой же неопределенностью отличалась и политика городских властей.

Оказавшись после распада СССР в достаточно сложном положении, городские власти обратились за помощью в Киев. В начале 1992 года севастопольская делегация во главе с председателем горсовета Иваном Ермаковым побывала в столице Украины, где была принята президентом Кравчуком. Определенная финансовая помощь городу была оказана, а 11 марта появился указ президента Украины «Об органах государственной исполнительной власти г. Севастополя». Этим указом, во-первых, все городские органы государственной исполнительной власти г. Севастополя подчинялись непосредственно центральным органам государственной исполнительной власти Украины, во-вторых, устанавливалось, что компетенция городских властей определяется в соответствии с их статусом государственных органов города республиканского подчинения. Вскоре, 20 марта, был введен в действие Указ Л. Кравчука «О представителе президента Украины в г. Севастополе», которым И. Ермаков был назначен представителем Л. Кравчука в городе. Это решение очень плохо согласовывалось с тем, что лишь год назад Севастополь стал частью формирующейся политической системы Крыма. Новый представитель Президента утверждал, что «Севастополь был и будет в Республике Крым, однако конституция Крыма на него распространяться не будет»,[110] это не помешало ему, впрочем, впоследствии не только участвовать в обсуждении Конституции и Законов Крыма, но и занимать пост заместителя председателя Верховного Совета Крыма и даже баллотироваться на пост президента Крыма в 1994 году.

Что касается подхода республиканского парламента к Севастополю, то в «Декларации о государственном суверенитете Крыма» от 4 сентября 1991 года за Севастополем, как за частью Крыма, закреплялся «особый статус», а в Конституции Крыма от 6 мая 1992 года было записано, что «Особый статус г. Севастополя как неотъемлемой части Крыма определяется соответствующими законодательными актами и не может быть изменен без согласия его граждан». Здесь же указывалось, что «Отношения между ВС и Правительством Крыма с Севастопольским горсоветом и администрацией строятся на основе договора».[111] Неопределенность правового и политического положения города, нечеткая политика местной администрации стали впоследствии существенными причинами его отторжения центральными украинскими властями от административной системы остального Крыма.