Низвергающий в бездну - Анна Одувалова

Дир все же нашел нужные слова, и спустя два часа, Анет полностью загруженная информацией о новом мире и его жителях, все еще не веря в то, что судьба могла подложить ей такую «свинью», выспрашивала у Дира последние подробности, касающиеся предстоящего похода, и ее роли в нем. Маг тяжело вздыхал, с несчастным видом косился на дверь, но все же послушно растолковывал, что такое артефакт, почему он выбрал именно ее, снимется ли браслет потом, зачем ей куда-либо идти и очень это страшно или нет. И что будет, если ее все же убьют в дороге.

— Не беспокойтесь, — Дир поднялся и начал осторожно пробираться к двери, в надежде, что у Анет не возникнет никаких вопросов до тех пор пока он не улизнет отсюда. — Я вас сейчас оставлю, вечером Стик вам поможет правильно подобрать снаряжение, а с утра мы отправимся в путь. И не волнуйтесь, нас ваша жизнь в данном случае беспокоит не меньше, чем вас самих

Как только за магом закрылась дверь, Анет поднялась с кровати и сунула нос в шкаф. Так и есть, какие-то шмотки висят. Не бог весть что, но все лучше, чем ее откровенное бикини. Вот, например, ничего платьице, и по размеру, пожалуй, подойдет. Длинновато малость, но это все мелочи. Натянув на себя лимонное платье с идиотскими оборками, девушка вышла в коридор и тут же попала в какое-то странное серебристое облако. Анет, недовольно покрутив головой, соображая, что же это такое и истошно заверещала, поняв. Крик начался с низкой ноты, но с каждой секундой становился тоньше и истеричнее. Он пролетел по коридору, заставляя колыхаться шторы и отразившись от дрогнувшего витража, возвратился назад. Девушка не в силах больше подавать голос, осела на мраморный пол коридора, проигнорировав даже красную ковровую дорожку. Над ней нависала огромная прозрачная фигура воина в доспехах с двуручным мечом на поясе.

— Да, убивайте меня, сволочи. Мне надоел ваш мир. И надоело в нем пугаться. Что, хорошего здесь вообще, что ли ничего нет? Призраки и те по коридорам свободно шатаются, угрожая жизни ни в чем не повинных людей.

— Леди, — отозвался воин густым басом, — вы ущемляете права призрачных существ четко прописанные в АКН (Арм-Дамашской Конвенции нежити). Статья 3 часть 2 пункты 1,3, 7 говорят о том, что призракам, не уличенным при жизни в грехах страшнее пятого, в некоторых случаях шестого уровня разрешается свободно обитать в облюбованных ими местах и даже состоять на службе в качестве придворного призрака-охранника, которым я с вашего позволения и являюсь.

— А-а-а… — отрешенно отозвалась девушка и несколько оживившись, продолжила. — Ну, так я пойду, погуляю, ладно?

— Не смею вас задерживать.

Анет отдышалась и отошла от шока за углом, прислонившись спиной к какому-то мраморному мужику. Чем дальше, тем больше она понимала, что все что с ней происходит самая что ни на есть настоящая реальность. Надежда на то, что весь этот странный мир (кстати, а как он называется?) всего лишь сон или бред, вызванный длительным пребыванием под водой (говорят без кислорода, мозг умирает, и человек потихоньку сходит с ума) таяла с каждым мигом проведенным в этом странном месте. — Что здесь есть еще кроме симпатичных блондинчиков и призраков? — размышляла Анет, бесцельно топая по длинному, ведущему, похоже, в никуда, коридору. Это место ассоциировалось у нее с Эрмитажем. Такие же огромные площади, заваленные кучей всевозможных и, по большей части, никому ненужных вещей. Но при всей их не нужности, каждая маленькая статуэтка, картина или кусок фрески на стене буквально вопил о том, какие бешенные бабки он стоит. Анет было здесь не уютно, она вообще не любила музеи, ей всегда казалось, что они хранят какую-то негативную энергетику исходящую от вещей давно умерших людей. У нее почему-то создавалось впечатление, что она или на кладбище или в склепе. Здесь ощущения были схожие, с одной только разницей. В музее на Земле можно ходить, не опасаясь влететь в призрака или еще какую-нибудь дрянь подобного рода, а здесь это, судя по всему в порядке вещей. — Ну, точно, — пронеслось у Анет в голове, когда она краем глаза заметила мелькнувшую за поворотом тень, — накаркала! И что за язык у меня такой? Дома ничего сказать нельзя тут же исполнится, особенно если ляпнешь не думая, от души. А здесь получается, даже думать мне противопоказано? Хотя, — девушка грустно вздохнула, наблюдая за скользящей по стене темной тенью. — Думать, мне вообще противопоказано.

Тень тем временем приблизилась, приобретая какие-то уж совсем неприятные очертания. Черно-серое ничто с горящими угольками багровых глаз. Анет разглядев то, на что она наткнулась в коридорах замка, решила. Что, что бы это ни было, драпать нужно незамедлительно. Даже если сто человек ей скажет, что это существо мирное и ничего плохого сделать ей не хочет, она все равно не поверит и будет драпать.

Анет развернулась на сто восемьдесят градусов и помчалась в ближайший коридор с воплями:

— Спасите! Меня хотят сожрать! — но не успела отбежать и несколько метров как встала, словно вкопанная. Багровоглазое нечто было снова впереди нее, надвигаясь с медленной неотвратимостью. Анет всхлипнула и попятилась к стене, вжимаясь в холодную каменною поверхность рельефа, изображающего эпическую сцену. Черный туман окутал девушку, не давая дышать, она из последних сил попыталась оттолкнуть от себя непонятный плотный воздух, который перекрывал кислород, заполняя легкие какой-то дрянью, похожей на дым, но руки встречали перед собой только пустоту. Анет уже с хрипом начала оседать на пол, когда электрический разряд прожег руку, перед глазами все помутнело, а в легких появился воздух. — Во что я опять вляпалась? — подумала девушка и нырнула в пустоту.

Дерри сморщился от неприятных саднящих и весьма болезненных ощущений, когда Дирон осторожно отдирал прилипшую рубашку от подсохших царапин на спине.

— Лизняк тебя забери! — бухтел себе под нос маг. — Ты вообще без неприятностей обойтись можешь? Эта рубашка, какая по счету за минувшую неделю? Третья?

— Каркал[7] ее знает? — пожал плечами ксари и тут же сморщился от боли. — Я уже наизусть выучил то заклинание, которым ты меня лечишь, а оно такое длинное!

— Да, ты что? — удивился Дирон, — тогда ты, наверное, наизусть знаешь еще по меньшей мере пяток заклинаний, и в первом ряду стоят заклинания протрезвления и то, которое позволяет снимать магические оковы!

— Не-е, заклинание протрезвления я не знаю, оно на меня не действует, я же ксари. Ты и исцелять-то меня можешь с трудом, получается только чуть-чуть подлечить, и то, потратив на это массу энергии и времени. А насчет второго заклинания, да, я его знаю. Правда, в последнее время начал постепенно забывать и это очень хорошо. — в это время Дир неосторожно дернул рукой и Дерри непроизвольно выругался от боли. — Везде, твари такие, достают, даже в замке! — недовольно зашипел он. Но я разберусь. Я уже выяснил, откуда это идет, только жалко сейчас терять такого сотрудника. Он меня ненавидит и это плохо, но отменный кадр, нужный Кен-Кориону. И что мне делать, оставлять все так тоже нельзя.