Ревизор: возвращение в СССР 19 (СИ) - Винтеркей Серж

— Я понял, — усмехнулся Фирдаус.

— Сам придумал и сам позавидовал… — хмыкнул я. — Вокруг этого места можно будет целую экосистему создать. И сумочки женские, кстати, со временем надо выпускать. Как и кошельки. Чемодан, а к нему есть сумка и кошелёк в комплект. Или покупаешь комплект, чемодан плюс сумка, кошелёк в подарок.

— Ну, тебя понесло! — забарабанил по тумбочке Фирдаус. — Дай бумагу с ручкой. Надо срочно записать, пока не забыл.

Он просидел у меня ещё часа полтора, конспектируя мои воспоминания о маркетинговых уловках двадцать первого века.

Потом позвонила Диана и он поехал за ней.

Москва. У общежития Московского института инженеров транспорта.

Возбуждённые девчонки, Диана, Света Герасимович и четыре её соседки по комнате вышли на улицу и ждали мужа Дианы. Соседки дружно пошли провожать подругу Светы, чтобы поглазеть на её мужа-иностранца, а, заодно, и проветриться после бутылки обалденного вина.

Хоть и выпили одну-единственную бутылку на шестерых, но этого хватило, чтобы девчонки расслабились и дурачились по полной программе. Соседки были очарованы Дианой, её внешностью и рассказами про Ливан и Францию. А какие угощения она привезла, помимо бутылки французского игристого вина!.. Какие конфеты! Какой сыр ломтиками! Какой балык! И, даже, хлеб был необычный.

Девочки из общежития МИИТа не могли поверить, что сама Диана ещё год назад точно так же, как и они, делила комнату с двумя соседками в общежитии Горного института. Но она рассказывала о жизни в общаге в таких деталях, что не было никаких причин сомневаться в правдивости её слов. Да и не хотели девчонки сомневаться. Жизнь Дианы показала им всем, что и они сами так могут. В этой жизни нет ничего невозможного. Вон, и их соседка Света собирается замуж за москвича, который работает в Кремле.

Диана ещё издали увидела машину мужа и стала прощаться с подругой, ещё раз, поспешно проговаривая, кто чем будет занимается в ближайшее время в свете предстоящей свадьбы.

Фирдаус уже вышел из машины, подошёл к пассажирской двери и ждал, пока жена освободится, чтобы посадить ее на сиденье. Девчонки из комнаты Светы тут же обступили его и, не в силах оторвать восторженных взглядов от человека, которого после рассказов Дианы считали уже не меньше, чем за арабского принца, защебетали, кто во что горазд. А тот, неожиданно для себя оказавшись в таком цветнике, вежливо улыбался и отвечал им на все их вопросы. Одна из соседок, самая бойкая, с пышной шевелюрой цвета коньяка, уже даже и повисла на согнутой руке Фирдауса, прижимаясь к нему грудью.

Когда Диана повернулась в сторону мужа, попрощавшись с подругой, перед её глазами предстала страшная картина: её муж в окружении четверых восторженных девушек, вполне себе хорошеньких, счастливо улыбается и уже чуть ли не обнимается с одной из них.

Дикий страх и отчаяние поднялись к самому горлу и вырвались наружу нечленораздельным криком, когда Диана ринулась на них.

Отбросив на ступеньки общежития стоявшую на пути девушку, Диана схватила рыжую нахалку за волосы и, осыпая её проклятиями, повалила на землю.

Наблюдавший за ними в окно вахтёр, бодрый ещё старичок, прошедший всю войну и сразу почему-то решивший, что появление «расфуфыренной» Дианы в вверенном ему заведении не к добру, закричал на весь вестибюль «Звоните в милицию! Наших девочек бьют!» и бросился на помощь своим студенткам.

Начался форменный переполох. Кто-то звонил в милицию. Кто-то звонил коменданту. Кто-то побежал за стареньким вахтёром на улицу спасать девчонок.

Их быстро разняли. Фирдаус обнимал обеими руками, точнее, держал жену. Та девочка, что упала на ступеньки, просто ударилась и расцарапала ладони. А вот рыжей досталось сильнее. Диана выдрала ей клок волос, и надорвала мочку уха, видимо, зацепившись чем-то за серьгу в пылу борьбы. Мочка кровила и придавала пострадавшей зловещий вид.

Милиция приехала очень быстро. Молоденький лейтенант быстро оценив, что Фирдаус иностранец, и не желая создавать себе лишних проблем, вежливо предложил ему сопроводить жену до ближайшего отделения милиции, рассудив, что, пусть, лучше начальство само с ними разбирается.

Так бы они и уехали, Фирдаус уже прикидывал, сколько дать летёхе, чтобы замять эту историю, но тут появился комендант общежития и настоял на сопровождении пострадавших до отделения милиции, хотя до этого речь о том, что они куда-то поедут, не шла вообще.

Чувствуя, что дело пахнет керосином, Фирдаус быстренько выяснил, в какое отделение их повезут и попросил Свету позвонить Павлу Ивлеву.

Старенький вахтёр удовлетворённо смотрел вслед удаляющимся милицейскому УАЗику и Волге.

— Вот, так! А то будут, понимаешь, всякие заезжие задаваки девчонок наших обижать!

Занимался уборкой в большой комнате, пылесосил и мыл полы после коробок с плиткой, как вдруг зазвонил телефон. Звонила Света Герасимович и срывающимся голосом сообщила, что Диану и Фирдауса в милицию забрали. Из её сбивчивого рассказа понял, что Дианка приревновала какую-то ее подругу к Фирдаусу и устроила ей дебош с дракой. Их сейчас всех увезли в восемнадцатое отделение милиции.

— Спасибо, Свет, огромное! — поспешно свернул я разговор.

И что делать? Бежать опять своим удостоверением махать? Это тебе не дорогу перейти, пока найду адрес, пока доеду, их уже допросить, осудить и посадить успеют. Придётся Васе звонить.

— Василий! Ты дома! — обрадовался я после целых пяти гудков. — Не разбудил?

— Нет. Что ты кричишь? Что-то случилось? — сразу догадался он.

— Сестру с мужем в восемнадцатое отделение забрали.

— За что?

— Да она побила девчонку какую-то, к мужу приревновала.

— Блин…

— Скажи мне, хоть, адрес, куда ехать.

— Восемнадцатое? Подожди, сейчас справочник возьму… Последний переулок, дом двадцать шесть. Сейчас я им позвоню. Как фамилия сестры?

— Эль Хажж.

— А-аа, это… Я всё понял. При таком муже надо, сразу, берданку с собой носить, — заржал Вася.

— Не смешно! — проворчал я в ответ и попрощался.

Да что же они все… Как дети малые. Сам длинную жизнь прожил, а с милицией почти дела и не имел. А тут что творят… смога, надышались, что ли, по самые уши и мозг начал отказывать. Что Кукояка этот — надо же догадаться с двумя тысячами в ресторан пойти, да еще на входе толстую пачку денег показать швейцару. Мартин с этим туповатым пацаном, бросающимся под машины… хотя ладно, Мартин, вообще-то, молодец, проявил гражданскую позицию. Теперь вот Дианка жару дает… Прямо хоть, если такая тенденция складывается, заучивай наизусть адреса московских отделений милиции. Чтобы если звонок, сразу — какое, говоришь, отделение? А, это в двадцати минутах от меня. Ждите!

Наскоро собрался, взял денег и побежал ловить такси. Адрес ещё такой… Последний переулок. Ну хоть не крайний…

Когда я приехал и выяснил у дежурного, где Эль Хажжи, показав ему своё удостоверение референта быстрым движением, Вася уже успел позвонить и дежурный спокойно отправил меня на второй этаж.

Протиснувшись в набитый людьми кабинет, несколько секунд стоял, тихонько изучал обстановку. В кабинете было шумно, двое сотрудников милиции у окна. Эль Хажжи, две девушки и мужчина, настойчиво чего-то добивающийся от капитана, сидящего с грустным лицом за столом.

Девчонки между собой лаялись не по-детски. Двое сотрудников милиции сразу обратили на меня внимание, но я, уже наловчившись, быстро махнул удостоверением и стал аккуратно продвигаться к капитану за столом. Когда он вопросительно поднял на меня глаза, опять достал удостоверение и показал молниеносным движением. Он хмыкнул и сделал приглашающий жест, мол, пожалуйста, разруливай.

— Добрый вечер, — перехватил я инициативу у замолчавших на мгновение девчонок. — Что случилось?

— Эта хулиганка устроила драку, — заявил мужчина, показав на Диану. Та открыла было рот, но я жестом показал, чтобы она, пока, помолчала.