Самум – ветер пустыни - Алексей Комов

– Согласен, – выдохнул Бабу.

За их разговором внимательно наблюдал человек в углу. Слов он не слышал, но разве трудно догадаться, когда люди находят общи язык? Увидев, что все нормально, он, не спеша, поднялся, бросил на циновку несколько монет, вышел на улицу и направился к телефону.

Трубку сняли сразу.

– Ровно через тридцать минут пришлите дежурный наряд….. – Дай старую циновку, – велел тарг.

По знаку Бабу слуга быстро приготовил все необходимое. И через несколько минут тарг уже показывал своё искусство, древнее, как сама Африка.

Отойдя шагов на десять от мишени, нарисованной углем на циновке, он встал к ней лицом и на секунду замер, словно отрешаясь от суеты и шумы кофейни. Потом медленно отвел руку, державшую тонкий клинок, назад и вдруг резко развернулся всем туловищем. Нож свистнул в воздухе и вонзился точно в центр черного кружка.

Зрители одобрительно загомонили.

Доставая из складок одежды ножи, тарг бросал их все быстрее и быстрее. Они вонзались вплотную друг к другу. Потом он подошел к циновке собрал ножи и грубо нарисовал контуры пяти пальцев и ладони. Вернувшись назад снова стал метать ножи, но теперь они точно попадали между «пальцами».

Публика была в восторге. Наконец, тарг жестом предложил кому-нибудь поставить свою руку к циновке. Мужчины пришли в страшное возбуждение. Всем хотелось посмотреть, что получится из этой затеи, но никто не хотел в случае неудачи расставаться ее своим пальцем.

Наконец, один, помоложе, решился. Все бросились делать ставки, останется смельчак цел и невредим или нет. Бабу едва успевал принимать засаленные бумажки и мелочь.

В этот момент к нему подошел племянник, шестнадцатилетний прыщавый парень, которого Ясеф пытался, пока без особого успеха, приобщить к коммерческой деятельности.

– Дядя! Там, на заднем дворе, тебя спрашивает какой-то господин.

– Зачем я ему нужен?

– Сказал, что по важному делу, о котором ты знаешь. Бабу уходить от денег не хотел.

– Знаю? Да? А как он выглядит?

– Темно… – лаконично отозвался племянник, пожав узкими плечами.

Сколько ставите? Зудж дирхам.[16] Принято… – «может от Лакдара деньги принесли?» – Ладно, постой здесь! Если этот закончит, – Бабу кивнул в сторону тарга, – пусть подождет, – потом подумав о мастере метания ножей – вдруг решит, что он, Бабу хочет его обмануть, поправился, – нет, пусть зайдет в мою заднюю комнатку.

Пройдя по коридору, Бабу вышел во двор. Стало совсем темно, и рассмотреть, кто его ждет было непросто. Только спустя несколько секунд, он различил чей-то силуэт и у глинобитной стены, шагнул в ту сторону.

– Эй, кто тут меня спрашивал?

Высокий человек в темном тоже сделал шаг навстречу. И резко взмахнул рукой. Бабу почувствовал толчок в грудь. Он хотел было возмутиться: на каком основании незнакомец позволяет себе подобную фамильярность, и кто его вообще… Но не успел.

Тонкий и острый клинок пробил его сердце насквозь. Для Ясефа Бабу, владельца маленькой кофейни «Хаджи Сукри» и платного осведомителя полиции, теперь уже бывшего, «солнце слилось с луной», и душа его отправилась по тончайшему мосту Эс-сират[17] к Аллаху, имя которого так часто к месту и не к месту любил упоминать хозяин её телесной оболочки…

Тарг, закончив представление, собрал ножи, снял со стены циновку и подошел к племяннику Бабу. Ему не понравилось, что у кассы стоит мальчишка.

– Где хозяин? – мрачно спросил он. – Мне надо получить свою долю.

– А? Хозяин? – на минуту отстранив руки тех, кто выиграл, чтобы не утянули лишний дирхам, юноша кивнул себе за плечо.

– Иди в ту дверь. Он будет ждать тебя там, в своей комнате….

Тарг вошел в дверь, на которую кивнул племянник хозяина кофейни. Комнатку он нашел быстро. Свет в ней горел, но никого не было. Это ему понравилось еще меньше. Не став дожидаться хозяина, он пошел дальше по коридору, пока не вышел во внутренний дворик.

Огляделся. Никого. Только куча трепья у глинобитной стены. Подошел. Вроде человек? Тарг наклонился и повернул тело. Это был хозяин кофейни. В груди торчала рукоятка длинного кинжала.

Тарг дотронулся до неё. Совсем как у его ножей.

В этот момент на улице раздался вой сирены. Взвизгнули тормоза. Кто-то вбежал во двор, сильный свет ударил по глазам.

– Стой! Что тут делаешь? Кто такой?

Около тарга выросли два дюжих полицейских. Один из них громко сказал:

– Господин инспектор! Здесь убитый и тарг. Видно прирезал своего приятеля.

Из темноты появилась высокая фигура.

– Взять его!

Все произошло так быстро, что тарг не сразу понял, в чем дело. И только когда его взяли под руки, он, словно проснувшись, рванулся в сторону, но его уже крепко держали. На запястьях защелкнулись наручники…

Хобби – привилегия людей обеспеченных. Только перестав мучиться вопросом, а на какие деньги пообедаешь завтра сам и накормишь семью, не будет ломать голову, как заплатить за жилье (если оно вообще есть), когда твоя жена забудет, что такое шить себе платье из старых тряпок, а дети будут играть не с дешевыми целлулоидовыми игрушками, случайно купленными на распродаже за гроши, а увлеченно нажимать кнопки новейшей электронной игры, – вот тогда и можно позволить себе развлечение для души. Что хорошее увлечение требует хороших денег, Жако уже давно понял. Лишь после того, как его перевели на новую должность, он смог заняться тем, о чем давно мечтал: он стал разводить цветы.

Для Ахмеда это не было обыкновенной причудой, скорее дань юношеским мечтам. Когда-то давно он мечтал стать биологом. Учился на факультете естественных наук и даже стал разрабатывать свою тему – пытался найти возбудителя болезни, поражавшей тогда некоторые сорта табака. Наверное, так бы он и стад ученым, если бы не погиб Махмуд Моххади, его друг и нареченный брат.

И тогда ему стало ясно, что возбудитель болезни табака – не самое страшное зло, с которым надо ему бороться. Нет, политикой он не занялся; Ахмед решил, что его враги – люди, подобные тем, которые убили Махмуда. Он подал прошение о переводе его на юридический факультет. Потом была специальная полицейская школа. Он прошел хорошую подготовку и в самом начале службы, занимаясь оперативным розыском в уголовной полиции. Несколько лет назад, учитывая его познания в биологии, после специальной подготовки его перевели в бригаду по борьбе с наркотиками…

Жако ни разу не пожалел о смене профессии. И все же первая привязанность к делу оставляет такой же заметный след в человеке, как и первая любовь. И поэтому, как только он встал на ноги и можно было не беспокоиться о завтрашнем дне, он в свободное время начал разводить цветы. Соседи иногда посмеивались – такой уважаемый человек, а капается в земле, не доверяя садовнику. Нет, Жако садовнику вполне доверял, наоборот, советовался, когда сам чего-то не знал. Просто он любил свой сад, и любил в нем возиться. Особенно любил тюльпаны.

Не только за их красоту, хотя и за неё тоже. Но и за то, что этот цветок, как никакой другой, имел богатую, полную тайн и приключений историю. История его больше похожа на запутанные истории самых именитых бриллиантов. Но тюльпан не холодный камень, он живой…

Никто не знает, когда тюльпан появился в садах человека. Известно только, что произошло это на далеком острове Цейлон. Никому неизвестно и другое, кто смог похитить луковицы этого цветка. Точно установлена одна дата – 1555 год. Именно тогда луковицы были привезены в Константинополь, который еще не стал Стамбулом, но над древней базиликой святой Софии уже был поднят полумесяц турецких завоевателей.

Султан был очарован неведомым цветком. Увидев, что своей формой он напоминал тюрбан сельджуков, султан объявил этот цветок приятным Аллаху. А раз так, то слуги пророка хранили луковицы цветка как зеницу ока.

Однако золото сильнее страха! А купцы, пересекая границы придуманные правителями, порой могли сделать больше, чем армии. В 1562 году голландский купец Жорес Ван де Рей, прибывший в Константинополь, наконец, своими глазами увидел удивительное нежное растение, слух о котором достиг и севера Европы. Торговец поклялся вывести его к себе на родину, чего бы это не стоило.

Сколько пришлось преодолеть ему препятствий, сейчас можно только догадываться. Однако своего добился. Вместе с цветком он привез и название. «Тюльпан» – это искаженное мягким голландским выговором «тюрбан». Но на этом приключение этого растения не только не кончилось, но, пожалуй, только началось. В Европе начался невиданный цветочный бум! Вскоре садоводы выращивали тюльпаны более полутора тысяч оттенков. За луковицы избранных сортов давали до полутора тысяч флоринов – деньги по нашим временам огромные, а по тем и вовсе фантастические. Особенно дорого ценились белый «Брабант» и кофейный «Коломбин». Но и этого было мало. В 1672 году была объявлена премия в сто тысяч флоринов тому, кто выведет небывалый черный тюльпан. Особенно активно этим заинтересовался голландский доктор из Дордрехта Корнелиус ван Берле. Он прекрасно разбирался в цветах и не сомневался в успехе. Но вскоре его по ложному доносу схватили и заключили в тюрьму. Так бы и пропала его работа, но ему помогла дочь тюремщика Роза Грифус. Она помогла вырастить черный тюльпан. Доктора оправдали, выпустили из тюрьмы, а он за пережитые волнения не только получил огромную премию, но и верную любящую жену (и еще неизвестно, какая удача больше).