Перепрограммируйте свой мозг. Руководство по избавлению от вредных привычек - Ричард О’Коннор

Группа Б взяла напиток и посмотрела видео, но им сказали, что университет получил скидку – и выкупил напиток всего за 89 центов за бутылку. Контрольная группа не получила ни напитков, ни видео. В конце концов, группа А, купившая напиток за более высокую цену, показала результаты лучше, чем контрольная. Но самое удивительное, что студенты, получившие напиток со скидкой, оказались хуже всех.

Складывается впечатление, что на наши ожидания в большей степени влияет не ценность, присущая некоему предмету, а та ценность, которую мы этому предмету приписываем. Наши ожидания, в свою очередь, в значительной степени влияют на жизнь, которой мы живем.

Социальное влияние

Из многих классических психологических экспериментов мы знаем, что люди готовы пойти на многое, чтобы вписаться в коллектив и смешаться с толпой. Поместите в группу, где все совершают очевидную ошибку в оценке длины линии, человека. Практически каждый будет соглашаться с большинством, игнорируя показания своих органов чувств. У нас также есть сильное естественное желание быть последовательными: если мы взяли на себя ответственность, то чувствуем себя обязанными выполнять все связанные с нею действия – даже если продолжаем ощущать негативные последствия своего решения.

Люди готовы совершать любые поступки, иногда носящие саморазрушительный характер, чтобы хорошо выглядеть в глазах других. Бинтование ног, «вытягивание шеи» женщинам с помощью металлических обручей, татуировки и пирсинг, пластическая хирургия – все это может доходить до крайности. Бесконечная погоня за модой. Травмы, связанные со спортом, – от профессионального футбола до софтбола по выходным. Многие подростки начинают пить, курить и принимать наркотики, чтобы казаться «крутыми» и влиться в компанию. Даже если они, повзрослев, и избегают проблем с наркотиками, их развивающийся мозг при этом повреждается.

Обратившись к истории, мы поразимся глупости, царившей в обществе в разное время. К примеру, дуэли были практически неизбежны для мужчин XVIII века, потому что в случае непринятия вызова они были бы отвергнуты приличным обществом. Честь достаточно было отстоять, получив небольшое ранение клинком. По мере того, как холодное оружие уступало место огнестрельному, а пистолеты позволяли участникам более рационально ранить противника, дуэли становились все смертоноснее. Были необходимы радикальные социальные изменения, чтобы они вышли из моды. Что будущие поколения сочтут глупым и деструктивным из того, что сегодня кажется нам совершенно приемлемым?

Если общественные нормы носят разумный характер, тогда стремление следовать им и хорошо выглядеть в глазах окружающих полезно. Например, диета и физические упражнения – при условии, что они не превращаются в навязчивые идеи. За последние десятилетия ко всеобщей пользе значительно снизилась социальная приемлемость курения. Раньше избыточный вес был признаком статуса, потому что бедняки не могли себе позволить достаточное количество еды, чтобы растолстеть. Сейчас же избыточный вес часто ассоциируется с бедностью, так как свидетельствует о потреблении нездоровой пищи. Времена меняются – до тех пор, пока социальные тенденции направлены на поддержание здоровья и не доходят до крайностей, они помогают формировать позитивную мотивацию. Быть в хорошей физической форме и правильно питаться сейчас в моде – тем лучше для нас.

Социальные нормы, закрепленные в законе, и общественное неодобрение также помогают нам проявлять честность и держать себя в руках. Мы чаще склонны соблюдать нравственные нормы, если думаем о мнении других людей.

Лабораторные исследования показали: поведение человека меняется, когда у него появляется ощущение, что за ним наблюдают. Даже если на стене комнаты, в которой субъект находится в одиночестве, просто висит портрет или зеркало, это способствует тому, что он начнет вести себя пристойнее и с меньшей вероятностью подберет мелочь, оставленную экспериментаторами.

Так, было обнаружено, что большой плакат с изображением человека с суровым взглядом останавливает велосипедных воришек. Иными словами, желание хорошо выглядеть в глазах окружающих, соответствовать общепризнанным нормам может быть очень полезным, если оно не доходит до крайних проявлений.

Тем не менее мы часто не осознаем, какое социальное давление ощущаем. Один особенно выразительный пример саморазрушительного поведения – мы склонны думать, что менее других подвержены влиянию извне: «Я не следую за толпой», «Я не увлекаюсь рекламой», «Я принимаю свои политические решения». Но последствия этого влияния могут быть очень малозаметными.

Джон Барг, социальный психолог-новатор, устроил группе испытуемых «языковой тест»: в одной группе для чтения были выбраны языковые единицы с семантикой старения, в то время как в контрольной группе – стилистически нейтральные слова. На самом же деле целью эксперимента было измерить по секундомеру время прохождения обеих групп по коридору после того, как они закончили чтение. Те, кто читал слова, имеющие отношение к пожилому возрасту, шли по коридору медленнее остальных. По-видимому, простое чтение о старении заставляло их автоматическое «я» чувствовать себя старше.

В другом эксперименте половина группы читала грубые слова, а другая – нейтральную лексику. По завершении чтения участники должны были сдать свои работы ассистенту экспериментатора, который в это время разговаривал со своим коллегой. Читавшие грубые слова первыми вмешивались в их разговор. Проводя дальнейшие исследования, Барг продолжал неоднократно документировать то, что он называет эффектом хамелеона, – бессознательную склонность любого человека имитировать действия, чувства и установки окружающих его людей.

Как и следовало ожидать, мы с большей вероятностью подражаем людям статусом выше нашего – например, людям с экранов телевизора. Следует иметь в виду, что это совершает «автоматическое» я. Хотя можно сознательно подражать кому-то симпатичному или уважаемому, мы бессознательно восприимчивы ко видам влияния, о которых даже не подозреваем.

Упомянутые ранее эксперименты Милграма – известный и пугающий пример силы социального влияния. Стэнли Милграм, психолог из Йельского университета, случайным образом разделил добровольцев из колледжа на две группы: «ученики» и «учителя» (хотя на самом деле ученики участвовали в эксперименте и знали, что им делать). Учеников отправляли в соседнюю комнату. Учителей просили дать ученикам простой тест на запоминание. За каждый неправильный ответ они должны были наносить ученику удар током, постепенно увеличивая его интенсивность с интервалом в 15 вольт. Учителя пробовали на себе разряд с самой низкой интенсивностью, чтобы иметь представление о его воздействии. Ученики следовали сценарию, в котором они давали довольно много неправильных ответов. В момент удара током предварительно записанная лента воспроизводила звуки стонов или жалоб, а затем ученик начинал стучать в стену. Когда напряжение достигало определенного уровня, ученик жаловался на состояние своего сердца – и замолкал.

Милгрэм обнаружил, что около 65 % его испытуемых были готовы завершить эксперимент на максимальной отметке в 450 вольт, даже несмотря на то, что это деление было помечено как «опасное». Большинство из них явно чувствовали себя неловко и выражали некоторое нежелание, но ведущий говорил