По следу пламени - Доктор Вэнхольм

Глава 4

Престания и окружающие её острова хранят в себе множество причудливых мест. Путешествуя по странам, начинаешь невольно дивиться тому, что ты видишь, глазея на плывущие по обе стороны от дорог города, деревни и просто места пребывания людей. Хотя, даже среди государств есть те, которые заставляют путешественников каждый раз удивляться своему облику. Разумеется, я говорю о людских государствах, именуемых Южными Королевствами.

Флорвейл, Диаракорум, Шекран и Инела являют собой четыре части разбитой на осколки некогда великой Южной Империи. Столетия ужасающих войн и последовавшая за ними Тёмная Эра Пустошей растерзали государство на лоскуты маленьких провинций. Рухнули огромные города, оказались погребены под грудами пыли дворцы и храмы. И уцелело лишь четыре – Флорвейл, Диаракорум, Шекран и Нефрагар. Четыре человеческих поселения, которым затем было суждено стать столицами. Именно вокруг них объединялись самые разные люди, примыкали к ним также переселенцы-дварфы, уходившие из своих, стабильно нищающих земель.

Три королевства пробили для себя схожую тропу. Столицы формировали собою огромные крепости, провинция вокруг становилась главной, остальные же земли получали практически объедки. Нефрагар стал первым, немного отклонившимся с этого пути. Во время правления Её Величества, королевы Святой Инелы, было принято решение о присуждении территориям, за исключением провинции вокруг столицы, статуса вольных территорий, которые затем были розданы в аренду богатым гражданам. Такой путь позволил постепенно поднимать экономику страны и наращивать приемлемый уровень жизни. И таким же путём пошли годами позже Флорвейл и Диаракорум.

Если вам приходилось лично бывать в этих странах, вы вполне могли заметить их общую черту. Огромные равнины с весьма засушливым климатом, небольшие редколесья, которые к югу переходят в огромные влажные экваториальные леса. За исключением приграничных городов-крепостей и весьма обеспеченных портов на южном побережье, остальные поселения представляли собой достаточно бедное зрелище. Многие территории, провинции, округа использовались лишь на малый процент от общего потенциала. Владельцы строили себе штаб-квартиру в каком-нибудь относительно неприметном месте, а из остальных начинали нещадно выкачивать ресурсы, складывая весь доход в свои карманы и обрекая небольшие промышленные и аграрные деревушки на стремительное обеднение.

Банды кочевников, обитавшие в саваннах, только ускоряли этот и без того быстрый процесс. На небольшое поселение без стен, рвов и какой-либо стражи нападали, например, полчища зеленокожих орков. Они сметали абсолютно всё на своём пути, нещадно разграбляя и убивая беззащитных жителей. Оттого многие территории, оказавшиеся в зоне кочевания тех самых банд, быстро серели на картах, становясь заброшенными, и переходили из рук в руки.

Немного иная судьба постигла королевство Шекран. Оно, как и остальные, откололось от Южной Империи, однако почти полностью заняло зону полупустынь, отгородившуюся от мирового океана острыми вершинами горной гряды.

Пока остальные государства строили у себя справедливую монархию и давали народу хоть какой-то выбор, в Шекране воцарилась самая настоящая выжигающая тирания. На месте столицы также выросла огромная крепость, однако этот город больше всего нуждался в стенах и расширении исключительно для защиты. Основная масса кочевников и тварей, прущих прямиком с нестабильных земель, концентрировалась именно на Шекранских территориях, отчего пришлось отгораживаться от внешних угроз монолитными каменными стенами и кольями, штыками и лезвиями суровых воинов.

К сожалению, в совокупности с политикой, проводимой извечными правителями королевства, эффективность была отнюдь не самой большой. Банды всё также терроризировали деревни, воины гибли в битве с чудовищами, но постепенно благополучие всё же росло.

Шекран расширялся, влиятельные его люди богатели. Молва о свирепости солдат пошла по континенту. Слухи рассказывали о том, как полки поднимались, словно мертвецы из песка, наносили молниеносные удары, не оставляя ничего от кровожадных банд, и в абсолютной тишине скрывались в пустынной ночи. Что-то из этого действительно было правдой, но все мы знаем, какой окрас приобретает история, передающаяся из уст в уста.

Однако и сами дикари были готовы дать отпор. Помимо зеленокожих, которые по своей натуре всегда были кочевниками, здесь обитали многочисленные банды преступников и дезертиров, бежавших от петли закона, и группы демонокровных, общины которых уничтожались поехавшими религиозными фанатиками.

Их не любили в особенности. Считалось, что именно из-за близкого нахождения рядом с городами происходят несчастья. А уж как презиралось дружеское общение или, упаси Творец, хоть какие-то любовные отношения среди «цивилизованного люда».

Теперь представьте, что дикарю, атаману банды демонокровных, отдала сердце богатая портузеанка по имени Мерил, семья которой мигрировала на Престанию относительно недавно.

Долгое время эти отношения удавалось скрывать, однако, когда у девушки округлился живот, среди народа воспылала абсолютно лютая ненависть. Её отлучки посреди ночи практически сразу приравняли к преступлению, отец несколько дней спустя публично изгнал её из семьи, лишив всех имеющихся богатств и права на приличное наследство, а карету, покидающую небольшое поселение, толпа разгневанных крестьян преследовала едва ли не с факелами и вилами.

Сын родился здоровым и крепким. Сказалось то, что пошёл он в отца. Скайлор, так назвала его мать, был действительно больше похож на демонокровного. Алая кожа, выступающие клыки, небольшие рожки, проглядывающиеся сквозь чуть косматые волосы, и коротенький чешуйчатый хвост явно выдавали в нём обладателя дьявольской крови, оттого и к матери отношение у людей портилось достаточно быстро.

И чем взрослее становился Скайлор, тем чаще приходилось уезжать прочь от недовольных ярившихся селян. С годами, когда сбережений начало становиться всё меньше и меньше, а на горизонте замаячила серость безысходности, Мерил повезло встретить мужчину, который полюбил её, Скайлора, а потом стал отцом ещё двоих детей. Пусть семья и жила относительно бедно, но денег на еду и одежду хватало. В своём роде Мерил действительно стала счастлива.

Однако было в этой жизни и то, что это счастье нарушало. И имя ему было Скайлор.

Не подумайте, она действительно любила своего старшего сына, как и его отец, обучивший его навыкам охоты и сражения. Однако Скайлор, как и внешностью, характером пошёл в родного отца. Задиристый и отчаянный, он вечно влипал в неприятности. Демоническая кровь закипала при виде драки, и юнец впадал в самое настоящие безумие, пусть и контролируемое.

Однажды это перешло все возможные границы, и вместе с выплатой солидной компенсации прибышему жандарму Мерил решила воспользоваться старыми связями и отправила сына ради его же собственного блага в Виктарийский монастырь Святой Авроры для того, чтобы он сумел контролировать свой гнев.

Там Скайлор нашёл себе товарищей по духу – алридинца Михаила, неудачливого контрабандиста, и темнокожего эльфа Сабала, что был отправлен в монастырь в качестве альтернативы тюрьме. С этими двумя демонокровный за годы своего времяпровождения за стенами на вершине гор действительно стал более спокоен и рассудителен,