Я – Мелантэ - Джо Смит

другого. Льняная одежда с тонкой вышивкой подчёркивала её простую элегантность, а на шее покачивался серебряный кулон в форме ракушки, мерцая, словно указывая на её связь с морем.

Она замерла, едва заметив нас. Её карие глаза скользнули к Телемаху, а затем остановились на его руке, всё ещё лежавшей на моём плече. На мгновение она застыла, и я увидела, как её лицо изменилось. Румянец на щеках стал ярче, но в нём уже читались не усталость, а горечь и напряжение.

– Телемах, – сказала она, её голос мелодично колыхнул воздух, но в нём звучала сдержанная дрожь. – Твоя мать просит тебя вернуться.

– Что случилось, Климена? – спросил он, не убирая руки. В его голосе звучала мягкость, но я почувствовала, как он сразу напрягся, словно предчувствуя неладное.

– Женихи снова во дворце, – сказала она, её взгляд вновь метнулся к моей фигуре. В этой короткой паузе я уловила ревность, смешанную с неуверенностью. – Они привезли дары и требуют ответа. Госпожа Пенелопа больше не может их задерживать.

Телемах выпрямился, и его лицо утратило привычное тепло.

– Сколько их? – спросил он ровным, но холодным тоном.

– Достаточно, чтобы создать неприятности, – ответила Климена, опуская глаза. Но затем, поколебавшись, подняла их снова, и я заметила в её взгляде что-то большее, чем тревогу – боль. – Они начали говорить о тебе.

– О чём именно? – его голос звучал спокойно, но я уловила в нём скрытую напряжённость.

– Они уверены, что твоё недавнее путешествие было не просто попыткой помочь матери, – быстро проговорила она, словно пытаясь избавиться от тяготивших её слов. – Они считают, что ты ищешь союзников, чтобы избавиться от них.

На её последних словах моё дыхание сбилось. В этих обвинениях звучала угроза, которая была пугающе реальной. Но её взгляд, когда она посмотрела на меня, скрывал что-то ещё. Это было не просто недоверие, а уязвимость, смешанная с чем-то более личным.

– Мы пойдём вместе, – сказала я, стараясь говорить спокойно, хотя в груди билось предчувствие опасности. – Ваша госпожа должна знать, что её сын рядом.

Климена замерла, её тонкие губы дрогнули, как будто она собиралась возразить, но в итоге осталась молчаливой. Её взгляд, однако, сказал больше, чем слова.

– Ты права, – сказал Телемах, мягко касаясь моего локтя. В его прикосновении ощущалась решимость, но вместе с тем – мимолётная тревога. – Но будь начеку. Эти люди не признают границ.

Мы отправились к дворцу. Климена шагала впереди, её лёгкие движения были полны грации, но в каждом её шаге чувствовалось напряжение. Она время от времени оглядывалась, её взгляд был настороженным, почти подозрительным.

Телемах шёл рядом, иногда его пальцы едва касались моей руки, словно он хотел убедиться, что я всё ещё рядом. Его молчание говорило о многом – о напряжении, готовности действовать, и, возможно, о том, что нас ждёт впереди.

Когда вдали показались массивные стены дворца, моё сердце сжалось. Казалось, воздух вокруг нас становился плотнее, словно предвещая приближение грозы.

Глава 9

Зал дворца, освещённый огнём факелов, казался одновременно величественным и угрожающим. Пир, который должен был быть знаком единства, на деле напоминал арену для состязания. Женихи, раскинувшись за длинными столами, пили вино и обмениваются громкими шутками. Их взгляд то и дело возвращался к Пенелопе, сидящей на своём месте с достоинством, словно время и обстоятельства не имели над ней власти.

Пенелопа встретила эти взгляды с холодным спокойствием. Её поза была безупречной, её руки, сложенные на коленях, выдавали внутреннее напряжение лишь тому, кто знал её достаточно хорошо.

Один из женихов, крупный мужчина с густой чёрной бородой, поднялся, держа в руке кубок. Его голос прорезал шум, как нож:

– О, мудрая Пенелопа, мы устали ждать. Сколько ещё ты будешь отказывать нам в своём выборе? Слишком долго мы терпели, слишком долго отказывались от радостей жизни ради того, чтобы угождать твоему молчанию.

Смех других подхватил его слова, но не разрядил напряжения. Пенелопа подняла взгляд, и её глаза, тёмные и глубокие, словно ночь на море, заставили смолкнуть даже самых громогласных.

– Терпение – добродетель царя, – ответила она тихо, но её голос разнёсся по залу, как звон меча. – И разве не ты, Эвримах, хвалился своей добродетелью?

Эвримах усмехнулся, но в его глазах вспыхнул гнев.

– Терпение может быть добродетелью, но оно не оправдание для бездействия, – сказал он, делая шаг ближе к ней. – Ты говоришь загадками, Пенелопа, и все мы знаем, почему. Ты не хочешь выбирать, потому что ждёшь возвращения мёртвого.

В зале повисла тишина. Пенелопа не дала ему насладиться этим моментом. Она встала, и её фигура, освещённая пламенем, казалась высеченной из камня.

– Ты прав, я не выбираю, – сказала она, глядя ему прямо в глаза. – И не буду, пока моя работа не будет завершена.

– Работа? – переспросил Эвримах, в его голосе звучал смех.

– Работа, достойная памяти моего свекра, – ответила Пенелопа, её голос стал твёрже. – Я ткала саван для Лаэрта, чтобы он мог найти покой, как подобает царю. Разве вы хотите, чтобы я пренебрегла своим долгом ради вашей прихоти?

Эти слова вызвали негромкое шевеление среди женихов.

– Я закончу свою работу, – продолжала она, её голос теперь звучал мягче, но решительнее. – И только тогда приму решение.

Я вышла на террасу, где воздух был прохладным и свежим. Лунный свет отражался в волнах, а ветер тихо шептал свои тайны.

Климена появилась, как и прежде, бесшумно. Её шаги были лёгкими, но в каждом из них ощущалась скрытая тревога. Она остановилась рядом со мной, избегая моего взгляда.

– Ты хитрая, – сказала она наконец, её голос был ровным, но в нём ощущался упрёк.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, обернувшись к ней.

Её глаза, тёмные и блестящие, встретили мои.

– Ты знаешь, как говорить, чтобы завоевать доверие. Ты слушаешь разговоры, – сказала она. – Даже Пенелопа… Она внимает тебе.

– Она мудрая женщина, – ответила я. – Она знает, что нужно для победы.

– А что нужно Меланте? – резко спросила Климена, её голос поднялся на полтона.

– Я не понимаю…

– О, ты прекрасно понимаешь, – перебила она. Её пальцы нервно коснулись кулона в форме ракушки на шее. – Ты видишь, как он смотрит на тебя.

– Кто? – спросила я, хотя ответ был очевиден.

– Телемах, – выпалила она, стиснув зубы. – Ты не замечаешь? Или притворяешься?

Я вздохнула и посмотрела на неё спокойно.

– Я не играю в игры, Климена.

– Тогда почему ты здесь? – спросила она. Её голос дрогнул, и я увидела, как её глаза заблестели.

– Потому что я ищу ответы, – честно ответила я.

Климена отвернулась, её плечи напряглись.

– А ты