Основание. Пятый пояс - Михаил Павлович Игнатов

весёлый. Я бы даже предположил, что в нём плещется вино, но не ощущал и намёка на запах, да и он с самого утра у меня на глазах.

— Тренировки? — предложил я.

— Тренировки? — нахмурился Рагедон. — Мне занять их дополнительными тренировками?

Седой возмутился:

— Нет, нет, нет, нет! Молодой глава сам их займёт. Пойду-ка я пущу слух, что молодой глава решил проверить подготовку и начнёт с Предводителей. Каждый вечер. Схватки.

Рагедон поморщился:

— Один из Властелинов-соглядаев остался в городе, но второй упорно идёт с нами. И это не считая всех тех Предводителей и простых Мастеров, которые каждый день доносят то, что видят.

— Значит, сегодня и молодой глава совместит полезное с приятным, и мы с тобой.

Я прикрыл рот ладонью, просто на всякий случай, просто помня, что мы ещё стоим под стенами Пяти Ветров и на нас направлены сотни взглядов, причём взглядов и Властелинов в том числе.

— Вы уточнили, это не человек нашего старейшины?

Да, я всё же познакомил их с Озманом в тот вечер и всё же уговорил Озмана остаться в городе. Просто потому, что на Поле Битвы или в лагере с сотнями выбравших семью Сломанного Клинка, от него и его возможностей мало пользы. Хотя он и сам это прекрасно понимал, понимал, что в родном городе принесёт больше пользы, продолжая следить за Морлан и слухами Пояса.

Седой кивнул:

— Да. Нет.

Жаль. Это бы решило хотя бы часть наших проблем.

Впрочем, учитывая, что я опасаюсь визита Повелителей Стихии, один чужой Властелин был незначительной помехой. С трудом удалось удержаться от ухмылки. Как я вырос. Так и до надежд Озмана дорасту. Не дай Небо, конечно.

Внимательно проследил, как стражники семьи и наёмники распределяют людей на купленные летающие мечи. Те самые, огромные, которые я когда-то видел в городе Ян. Если тащить к Лабиринту людей пешком, то потратим слишком много времени и слишком долго будем уязвимы.

Но за первый день мы пролетели всего ничего. Я, в бытность Закалкой не очень высоких звёзд, столько преодолевал бегом за четыре тысячи вдохов, сколько мы пролетели и прошли за половину дня.

Но я знал, что так и будет. Первый день больше отводили на то, чтобы сбить это стадо, будем откровенными, в единое целое, выявить слабые места, показать, как оно дальше будет, отыскать самых пугливых, которых страшит пропасть под мечом, и дать ещё один шанс уйти тем, кто захочет уйти, а потому мы и не собирались сегодня далеко отлетать от города. Его стены даже были видны из нашего лагеря.

Ну и ещё мои старейшины убедили меня, что самой опасной будет середина пути, а вблизи города на нас вряд ли осмелится кто-то напасть. Слишком много глаз, слишком близко к порталу и Имперской Пагоде.

Едва стадо расползлось по кострам, на пламя которых они шли последнюю тысячу вдохов, тренируясь перемещаться большим отрядом по земле, как я достал из кисета меч и взмыл вверх. А там использовал ту технику, что усиливала голос и которую Седой считал обязательной для молодого магистра.

— Слушайте меня. Я Ирал, глава Сломанного Клинка. Слушайте меня все, кто ушёл со мной из Пяти Ветров. Особенно внимательно слушайте меня те, кто слаб. Это лишь первый день нашего похода к Каменным Лабиринтам. Впереди ещё много таких переходов и все они будут гораздо длинней этого. Впереди лишения, тренировки и испытания. Мне не нужны в семье слабаки и неумехи. С завтрашнего дня ежедневные тренировки для всех станут обязательными, потому что в семье Сломанного Клинка постоять за себя должны даже алхимики, потому что в семье Сломанного Клинка все должны идти по дороге Возвышения. Поэтому подумайте и решите, не стоит ли повернуть обратно? Не стоит ли отказаться от столь строгой семьи? Это последний ваш шанс вернуться. Сегодня ночью глядите на огни города Пяти Ветров и думайте. Всех, кто решит, что он переоценил себя, стражники семьи утром проводят обратно к городу в полной безопасности. Потом, из глубин Внешнего Поля Битвы никто вас провожать не будет.

Сказал и поморщился. Слово Внешнее было лишним. Здесь почти никто не именовал Поля Битвы полностью. Орденцы, бывшие орденцы, как справедливо заметил Пересмешник, выдают себя, называя нашу семью семьёй Сломанного Меча, я вот, как бывший житель Тюремных поясов, упорно именую здешние, единственные у местных Поля Битв, Внешними. Хуже было бы только, именуй я их Великими, как делают сектанты.

Медленно по спирали спустился вниз, намереваясь перейти к тренировке. Первой и пока что лишь с бывшими орденцами, но меня перехватил Седой, ожидавший меня в конце спирали вместе с ещё одним идущим, тоже седым, только на этот раз по-настоящему. Вернее, седым едва ли не настолько же, насколько сам Седой был раньше седым.

— Молодой глава, — вежливо приветствовал меня сам Седой, раз пятый за сегодня, затем плавным жестом указал на своего собрата. — Позволь представить тебе моего друга Келлера, я как-то говорил тебе о нём.

Точно. Я едва не кивнул. Именно ему Седой хотел прикупить зелье восстановления сожжённой жизни. За этого друга я сперва принял Морщинистого.

Поднял перед собой руки, прикладывая кулак к ладони.

— Рад приветствовать тебя, Келлер. Использовал ли ты зелье, которое купил для тебя Седой?

— Я тоже рад лично приветствовать вас, глава, — согнулся передо мной Келлер. — Да, ещё две недели назад.

Седой поморщился:

— Он сжёг жизнь очень давно, и возвращение потерянного идёт с трудом. Молодой глава…

Пусть Седой и замолчал, но недосказанное было понятно и так. В конце концов, мы об этом договаривались изначально — помочь комтурам Ордена. Удивительно, что за эти дни это первый мой пациент из бывших орденцев.

Правда, Келлер не комтур, потому как всех оставшихся со мной комтуров я знаю. Половина из них теперь старейшины семьи. Но и у Седого есть преимущество. Никто не затевал ещё со мной разговор о лечении, возможно, оставив это на Седого. Он вот, выбрал. Причём выбрал обосновано — раз зелье Древних справляется тяжело, нужно ему помочь, чтобы оно не расходовалось напрасно.

Я изумился, поймав себя на столь большой наглости. Помочь там, где не справляется зелье Древних. То ли расту над собой, признавая свой талант, то ли зазнался уже почти в край. Сегодня и проверю, как оно на самом деле.

— Поговори с остальными, и начнём.

— Поговорить о чём? — а вот Седой не понял мой