Танар. Зов крови - Екатерина Герц

у влиятельных семей Танара, ссоры с семьёй. Да, мои люди подробно расспросили его соседей, и мы прекрасно знаем о многих неприятных моментах, которые создавал господин Марлин в силу своего неуправляемого нрава.

Члены Совета взволнованно переглянулись между собой. Влад рискнул поднять глаза на скамьи. Лишь некоторые сохраняли спокойствие. Но судя по выражениям лиц возможных покровителей, удача явно была не на его стороне.

— Если позволите, я должен отметить, что это не имеет прямого отношения к делу! — неожиданно вмешался Август Каразин; он не спешил вставать с нагретого места. — Господин Марлин, если верить его словам, очень тяжело переживал отъезд приёмных родителей. Это выливалось в подобные неприятные последствия. Но это вовсе не значит, что он был таким всегда!

— Нас как раз-таки больше волнует не его прошлое, а возможное будущее! — с натянутой улыбкой процедила госпожа Вридт. — Пол года назад господин Марлин провёл в плену у клана Колдэр около двух дней и вернулся в Академию целым и невредимым. Он утверждает, что Верховная наставница клана Колдэр пыталась провести ритуал Раскрытия истинной сущности. Она же и поведала о предполагаемой родственной связи с императором Аскадэра. Более того, её сын рос вместе с Марлинами и был хорошим другом им обоим. Ни господин Марлин, ни его сестра не смогли сказать о Максиме Алистере ничего предосудительного. Тем не менее, мы не можем знать наверняка, что он им рассказывал и не пытался ли все эти годы настроить против Гамильдтона. Многонедельные допросы господина Алистера так же не привели к желаемым результатам. Ни один пленник так и не заговорил даже после показательных казней.

Влад ощутил гнев, который пожирал его изнутри на подобии огня. Он слышал об этих казнях, которые были осуществлены не так давно. Все пленники с Горного Хребта в итоге были казнены. Возможно, такая же участь постигла и Максима. Он изначально представлял для клана Шаонэ наибольшую ценность из-за родственной связи с Тамарой, но если от него не смогли извлечь никакой пользы…

— Протестую, господин Алистер скрывал от Марлинов всю правду! — возразил Каразин, но без особого энтузиазма, будто сама идея защищать танара казалась ему отвратительной.

— Пусть господин Марлин ещё раз расскажет Совету о своей дружбе с Максимом Алистером и о пребывании на Горном Хребте!

Члены Совета утвердительно загудели. Влад бросил вопросительный взгляд на Августа, хоть и не понимал зачем. Тот утвердительно кивнул. Выхода не оставалось. Ему пришлось подробно рассказывать о том, что на самом деле хотел бы забыть. Об отношениях с Максимом. О дне, когда его похитили и провели через портал. О речах Тамары и спасательной операции. Он говорил открыто — скрывать было нечего. Но видел, что многие ему не верят.

— И вы, уважаемые председатели и члены Совета, ещё верите, что перед вами невинный мальчик? — осуждающе вопрошала Ангелина, когда Влад замолчал. — Я всё никак не могу понять почему Верховная наставница клана Колдэр его отпустила? Что, если господин Марлин был послан сюда для определённых целей?

После заданных вопросов члены Совета отреагировали очень шумно. Как минимум, две трети активно соглашались с мнением представителя обвинения. Да так усердно, что покраснели лица. Влад едва не задохнулся от возмущения. Как они могут обвинять его в сговоре с кланом Колдэр после того, как один из них убил Марту? В одно мгновение он так разозлился, что не заметил, как резко встал. Тишина наступила так быстро, словно кто-то просто отключил звук.

— Господин Марлин, сядьте, пожалуйста, в кресло, или мы будем вынуждены принять меры! — раздался обеспокоенный голос второго председателя.

Юноша медленно подчинился и почувствовал, как общее напряжение немного ослабло. Тем не менее, многие смотрели на него с опасением. Даже те, кто ранее заступился, заметно нервничали. Одним лишь глупым поступком он утратил надежду на какое-либо расположение. И впервые принял это как должное.

Верховный наставник, который единственный сохранял молчание, с интересом наблюдал за реакцией Влада. Казалось, его волновали не распри Совета, а только Влад. Юноша быстро прогнал эти мысли. От них становилось не по себе.

— Думаю, госпожа Вридт уже достаточно высказалась! — нарушил тишину Август Каразин, будто хотел скорее с этим покончить.

— Совершенно верно, ведь теперь настала моя очередь говорить! — раздался громкий доброжелательный голос.

Члены Совета оглянулись. Влад сам не мог поверить собственным глазам. В течение следующих минут все удивлённо наблюдали, как Томас Блэйк невозмутимо спускается по широкой лестнице.

— Господин Блэйк, Вы не имеете права присутствовать на слушании! — недовольно заявил второй председатель, вскакивая со своего места.

Но Томаса не смутил грубый тон. Он непринуждённо преодолел оставшиеся ступеньки и неспешно подошёл к председателям. Игнат Романов с вызовом наблюдал за его действиями. Тем не менее, пока молчал. Томас положил на стол пергамент.

— Вообще-то, имею, уважаемый второй председатель! — мягко улыбнулся он. — Перед Вами только что заверенное письменное распоряжение Верховного совета о том, что я имею право посещать все важные собрания внутри клана. Благодаря многолетнему опыту управления делами клана и своим знаниям, я могу приносить пользу. А вам отныне следует прислушиваться к моему мнению!

Бесконечным возмущениям не было предела. Влад молча ждал. Члены Совета напоминали шайку старушек на рынке, которых было невозможно заставить замолчать. На душе стало теплее. Вновь появилась надежда.

— Это немыслимо! — возмущался Август Каразин. — Проделать такое за нашими спинами! Я буду требовать обжалования распоряжения!

— Успокойтесь, господин Каразин! — перебил его второй председатель. — Давайте решать проблему цивилизовано, если позволите.

— Очень разумное предложение! — согласился Томас. — К тому же Верховному совету будет крайне любопытно почему такое значимое для международного уровня дело разбирается на уровне одного подразделения.

Члены Совета обескуражено переглянулись между собой.

— Вы сами понимаете о чём говорите, господин Блэйк? — брызжа слюной, спросил второй председатель. — Вы же сами предлагали подождать, пока происхождение мальчишки не будет подтверждено! А теперь ратуете на Совет шаонцев из-за того, что мы прислушались к Вашему мнению?

— Вы так же будете тыкать пальцами перед Верховным советом, словно малые дети? — невозмутимо отозвался Томас. — Моей изначальной целью было защитить невинного ребёнка. И сейчас я пришёл сюда, чтобы убедиться, что вы не собираетесь прибегать к высшей мере наказания. Это уже решать не вам. Окончательное решение по делу о танаре непременно будет приниматься в Шермане.