Черные глаза - Барбара Босуэл

Обернувшись, Ханна увидела сияющее лицо Мэтью и его блестящие черные глаза. И хотя на нем была белая рубашка и поношенные джинсы, выглядел он таким же привлекательным, каким представлялся ей бессонной ночью.

— Кейт предупредила меня, что ваш завтрак сегодня оплачивает пансион. Надеюсь, вам понравились блинчики с черничным джемом? — спросила тетушка Пег.

— Потрясающие блинчики! — искренне подтвердил Мэтью. — И кофе у вас превосходный. А вы, принцесса, сегодня не в духе? Встали с левой ножки? — повернулся он к Ханне.

Она решила не обращать на него внимания.

— Я бы хотела заказать черный кофе и булочку «на вынос».

— Какую булочку: с черничным джемом или с бананово-ореховой начинкой?

— Давайте и ту, и другую, — попросил Мэтью, протягивая двадцатидолларовую купюру. — Сдачи не надо.

— Ни к чему платить за мой завтрак, — процедила Ханна сквозь зубы.

— Но мне так захотелось, — ответил он, пожимая плечами. — Таким образом и я могу заплатить за свой завтрак. Кейт и ее тетя не так богаты, чтобы угощать меня даровыми завтраками.

— Вы, кажется, нечто вроде Робина Гуда, — выпалила Ханна. — Не грабите бедных… — Тут она спохватилась и не закончила начатую фразу: «…но не прочь поживиться за счет богачей». Вместо этого она добавила:

— Кейт и ее тетя не бедняки, — и покраснела.

— Нет, конечно, они не бедняки, но очень трудолюбивые, — согласился Мэтью. — Не то что семейство Полк: те хоть и бедные, но ленивые, как говорят в Кловере.

— Вчера на вечере гости обсуждали семью Полк, — сама не зная почему, подхватила Ханна затронутую им тему.

— А потом в баре у Фицджералдов дискуссия продолжалась, — добавил Мэтью. — У всех нашлось что рассказать об этом злополучном клане, особенно много историй знает Морин.

— Вы еще посетили бар после вчерашнего вечера? — спросила Ханна, стараясь скрыть свое беспокойство по этому поводу.

— Да, собралась небольшая компания, к которой я и присоединился, — сообщил Мэтью.

Представив себе, как Сьюзен и Морин кокетничали с Мэтью, Ханна решила не продолжать разговор.

— Мой заказ уже принесли, а долг я вам верну через Кейт. — С этими словами, не взглянув на него, Ханна вышла из закусочной, неся бумажный пакет с завтраком и пытаясь в то же время раскрыть зонтик.

— Когда же кончится дождь? — услышала она голос Мэтью, который вышел вслед за ней и, взяв зонтик из ее рук, раскрыл его. Обняв Ханну за талию, он зашагал рядом. — Направо или налево?

— Я не знаю, куда идете вы, а я иду налево, в свой магазин, — холодно ответила Ханна.

— Я иду вместе с вами, дорогая. Хочу купить кое-что в вашей лавке.

— Вы даже не знаете, что у меня продается.

— Знаю, я расспросил Кейт, и она мне сообщила, что у вас антикварный магазин — «Лавка древностей».

Значит, он мною интересуется, подумала Ханна, отчего у нее снова закружилась голова.

— Что-то мне не по себе, — сказала она, — наверное, потому, что я не позавтракала.

— Я могу взять вас на руки. Вы такая крошка, как ребенок.

— Неужели вы не понимаете, что мне обидно, когда меня называют крошкой?! Мэтью засмеялся.

— Ах, какая обидчивая…

— Оставьте меня в покое!

— Я бы так и сделал, если бы поверил вам на слово, моя девочка.

— Значит, надо ругаться как извозчик, чтобы вы поверили?

— Дело не в том, что вы говорите, а в том, как вы поступаете и какое при этом у вас выражение лица. У меня нет ни малейшего сомнения в том, что вы хотите видеть меня рядом.

Ханна пришла в ужас. Он читает ее мысли! Она для него словно открытая книга.

Они остановились под навесом у входа в пансион на улице Кловер. В это дождливое утро поблизости никого не было.

— Ну что? — вызывающе спросил Мэтью.

— Не воображайте, что я потеряла голову, — залепетала Ханна.

Он обнял ее обеими руками за талию и притянул к себе.

— Я могу повторить то, что было вчера.

— Нет, я не позволю меня целовать, — запротестовала она, не двигаясь с места.

— А по-моему, вы как раз хотите, чтобы я это сделал, — произнес он, улыбаясь, и поцеловал ее в мочку правого уха. — Я много слышал об очаровании южанок и вот теперь убедился, что они могут заставить мужчину почувствовать себя королем.

— Перестаньте надо мной издеваться, — взмолилась Ханна, — я не шучу.

— Поверь, крошка, мне тоже не до шуток. — С этими словами Мэтью заключил ее в объятия и припал к губам.

Глава 5

Но долгожданный поцелуй так и не состоялся: откуда ни возьмись трое мальчиков одиннадцати-двенадцати лет, проносившихся мимо на велосипедах, чуть не сбили с ног влюбленную пару. Один из них подхватил зонтик Ханны и понесся дальше. В следующее мгновение порывом ветра зонтик вырвало из его рук и унесло на проезжую часть улицы, где он и был раздавлен машиной.

— Ах вы, бандиты! — сердито закричал Мэтью. — Вот погодите: поймаю — покажу вам, где раки зимуют…

— Не трогай их, Мэтью, — попросила Ханна. — Ведь они еще дети.

С хохотом и криками мальчишки скрылись за углом.

Ханна тяжело вздохнула.

— Вот ты и столкнулся с кланом Полков. Теперь тебе тоже есть что рассказать в баре у Фицджералдов.

— Это Полки? — Он побледнел. — Ты в этом уверена? Ханна кивнула.

— Все ребята из этого семейства смуглые, черноволосые и черноглазые. Ну и ведут себя соответствующим образом.

Неужели эти маленькие чудовища, которые чуть не сбили их с ног, а потом схватили зонтик только для того, чтобы бросить его на дорогу и увидеть, как он будет раздавлен, и в самом деле его родственники? Мэтью почувствовал обиду и горечь.

Может быть, у него есть двоюродные братья и сестры, а эти малолетние террористы его племянники? А вдруг сам Джесси Полк, которому теперь должно быть пятьдесят, обзавелся еще детьми? И тогда это его родные братья? Гордиться нечем.

Ханна глядела на него широко раскрытыми глазами.

— С тобой все в порядке? — спросил Мэтью. — Прости, что я не смог защитить тебя от этих… — Он не докончил фразу.

— Ничего страшного, — заверила она. — Зонтик дешевый, всего несколько долларов. Я постоянно теряю зонтики, поэтому покупаю самые дешевые. А теперь я, пожалуй, пойду в свой магазин, — проговорила она, смутившись, сама не зная почему, и торопливо зашагала вдоль улицы.

Однако Мэтью последовал за ней, и, пока они дошли до «Лавки древностей», оба промокли до нитки.

— Так вот он какой твой магазин! — сказал Мэтью, оглядываясь по сторонам. В первую очередь в глаза бросалась мебель, сработанная еще в восемнадцатом-девятнадцатом веках.

— Превосходные вещи, — заметил он. — И сравнительно невысокая цена.