Пурпурные грозы - Галина Мишарина

— Когда-нибудь непременно расскажу, милая. Но сейчас я зверски голоден.

Он подал мне руку.

— А причесаться? Ты же ещё мокрый! — сказала я.

— Ах, да… Волосы. Всё время о них забываю.

— Как можно забыть про волосы? — удивленно рассмеялась я.

— У меня на родине с такими прическами не ходят.

— Только не говори, что Атровцы все лысые…

На лице Дэра появилась ласковая ухмылка.

— А если это так, и я в скором времени постригусь? Ты поменяешь свое отношение? Или я понравился тебе только благодаря шевелюре?

Не знаю, что на меня нашло, но я осторожно коснулась его прядей.

— Они у тебя такие тяжелые… И отливают звездной синью. Конечно, ты понравился мне внешне, Дэр. Я ведь девушка, девушки ищут глазами… Но поверь, твоя сила и внутреннее чувство приглянулись мне больше внешнего облика.

Я хотела убрать руку, но он поймал мои пальцы и положил себе на щеку, совсем рядом с губами.

— Лысый и бородатый, Мэй. Совсем лысый и чересчур бородатый.

Я рассмеялась, тихонько поглаживая его теплую кожу.

— Пожалуйста, только не налысо. А если отпустишь бороду, то хотя бы не до живота.

В его глазах появилось неведомое выражение. Теперь он смотрел на меня, не мигая.

— Ты снова колдуешь, милая.

— Что?

— Просто не знаешь о собственной магии.

Нужно было поскорее отвлечь его. Я видела, что Дэр готов на многое, чувствовала, как крепко он сжимает мою руку, прижимая к себе все тесней. О, предки! Неужели он хотел меня поцеловать?

— Можно попросить тебя кое о чем, Мэй? — сказал он, а пальцы между тем коснулись затылка, и меня накрыло пеленой наслаждения. Пусть поцелует. Сейчас.

— Да. О чем угодно.

— Причеши меня, — сказал он, и я улыбнулась. Дэра Магици было невозможно предугадать.

За столом только и было разговоров, что о небывалой грозе. Дэр выглядел аккуратно и красиво. Я не только причесала его, но и связала темные пряди лентой. Он не сопротивлялся.

Мне не думалось о плохом. Пальцы помнили шелковистость его волос, тело хранило тепло объятий.

— Говорят, это молния сделала! Шаровая молния синего цвета! — трещала без устали пышнотелая дама лет тридцати пяти.

— А я видела, как по лесу шел вихрь: красный, как кровь, — говорила другая.

— Глупости. Просто одна из служанок неудачно поставила свечу, — философствовал господин в светлом костюме. — Эти слуги, они такие…

Я терпеть не могла подобного отношения к людям. Слуги, и что? Разве они не достойны жизни?

— Простите, но это глупо, — не удержалась я. — Ни одна служанка в здравом рассудке не станет куда ни попадя втыкать свечи.

— Значит, она была не в себе, — отозвался мужчина. — А в колдовство я не верю.

— Волшебство бродит прямо под твоим носом, Малхов, — усмехнулся Роланд. — Но ты упорно не замечаешь его. Советую сегодня прогуляться в наш вишневый сад. Уверен, там тебе будет на что поглядеть.

Женщины тотчас принялись обсуждать, что хозяин замка имел в виду, а названный Малховым нахмурился.

— Твои двуличные шавки не в счет, Роланд.

— Так и не о них речь, — рассмеялся мужчина. — Я предлагаю тебе нечто особенное. — И подмигнул ему.

Я не стала дослушивать разговор и поглядела на Дэра, который преспокойно уплетал салат. Он выделялся среди остальных ростом и темнотой облика, а также особым сиянием волнистых прядей. Никто из присутствующих не сочетал в себе, на первый взгляд, несочетаемое. В Дэре были тьма и свет, мягкость и жесткость, податливость и властность. Я поглядела в сторону, опасаясь выдать себя. Пристальный взгляд могут счесть неприличным, хотя мне казалось, что Дэру абсолютно всё равно, как его воспримут в обществе. Взять хотя бы слухи, которые он не отрицал и не принимал. Я ощущала, что к нему относятся с опасливой вежливостью, словно боясь чем-то разгневать. Исключение составлял пока что только лорд Тарт. Пожалуй, у них с Дэром была похожая энергетика, сходная властность и категоричность.

Супругу лорда Роланда звали Мельсея. Это была высокая, статная красавица с темно-каштановыми волосами и льдинками светлых голубых глаз. Внимательная к каждому, увы, она игнорировалась собственным мужем. Присмотревшись, я поняла, что у них деловые отношения, брак без любви. Возможно, наедине они и вели себя как влюбленные, но за столом так ни разу и не заговорили, даже не поглядели друг на друга.

Конечно, основной темой для беседы был пожар. Особо впечатлительные дамы то и дело обмахивались платочками, делая вид, что поражены до глубины души. Меня раздражала не их реакция, а причина «глубокого горя». Женщины переживали за свои вещи, им было наплевать, сколько людей погибло в огне. Я коснулась рубинового ожерелья. Как бы ценно оно ни было, я бы предпочла отдать его и все свои украшения, только чтобы вернуть Гримси.

— Говорю вам, это была молния! — упрямо сказала светловолосая женщина. — И я её отлично видела. Синяя шаровая молния. Большая, вот такая!

Подали горячее. Я ела жадно, но чувствовала себя неловко. В основном из-за того, что хозяин особняка смотрел на меня заинтересованно. Что ему было нужно? О чем он размышлял? Наверняка о нас с Дэром. Я боялась взять в рот лишний кусочек, чтобы, не дай бог, не испачкаться. Как назло подали рыбу, да притом с соусом Орнье.

В какой-то миг, сосредоточенная и сердитая, я перехватила взгляд Дэра, который сидел напротив. Губы его подрагивали, брови были подняты, а вилка без дела елозила по тарелке. Он пытался сдержать смех! Его веселил мой угрюмый вид! И я сразу поняла, что он пытается хотя бы так, взглядом, подбодрить меня.

Стало легко и замечательно, и я нарочно подхватила кусок побольше. Но до рта не донесла, и рыбина шлепнулась обратно в тарелку, обдав подливой стеклянную чашу с вином. Дэр затрясся от беззвучного смеха. Каким он всё-таки был противоречивым: то милым, то суровым, то улыбчивым, то хмурым.

Он неторопливо промокнул рот салфеткой и обратился ко мне:

— Леди Мэй, вы совсем не пьете вина.

— Потому что быстро пьянею, — сказала я правду. — К тому же вином не насытишься.

— Оголодали? — произнес он и взглянул мне в глаза так пронзительно, что я чуть не выплеснула вишневый сок себе на платье.

— Я много ем, лорд Магици.

— Хороший аппетит — залог здоровья.

— Но, к сожалению, он вредит талии.

— Неужели с этим есть проблемы? — улыбнулся он.

Я весело улыбнулась в ответ. Разговор был не слишком приличный, но мне было наплевать.

— У меня — нет. А у вас?

— Порой толстею. Летом, когда дичи много.

— А я — никогда.

— Помилуйте, леди Миратова! — воскликнула дама слева. — Неужто нужно обсуждать за столом такие вещи?