Тайное Погружение - Жасмин Миллер

я пытаюсь разогнать туман, который в настоящее время занимает мой мозг.

— И ты уверена, что это мой?

Я съеживаюсь в ту же секунду, как эти слова слетают с моих губ, зная, как плохо они звучат, но это то, что я должен знать. — Извини.

Она поднимает одну руку и качает головой.

— Нет, я полностью тебя понимаю. Я бы тоже хотела знать. Но да, я уверена, что это твой. Ты единственный мужчина, с которым я была после моего мужа.

Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох и задерживаю его.

Она забеременела от меня. Я собираюсь стать отцом.

Где-то у меня в голове гудит голос, и я не могу заставить его заткнуться.

Ты скоро станешь отцом.

Ты будешь нести ответственность за другого человека всю оставшуюся жизнь.

Как, черт возьми, все это должно вписаться в мою жизнь?

Это то, что вы видите в фильмах или слышите, когда это происходит с другими, и всегда думаете, что с вами никогда не случится ничего подобного.

И теперь это произошло. И это кажется совершенно сюрреалистичным. Неужели я выдумал, что Харпер произнесла эти слова?

Жужжание наконец стихает, что позволяет моему мозгу снова включиться. Это позволяет осознать остальные ее слова, и мой взгляд возвращается к ней.

— Ты только что сказала, что замужем?

Ее глаза выпучиваются, а рот приоткрывается.

— Что? О нет, боже мой. Нет, нет. Я разведена.

— Разведена?

Ее щеки приобретают легкий оттенок розового, когда она поджимает губы и кивает.

— Да.

— Как давно вы в разводе?

Румянец усиливается, отвлекая меня на мгновение, пока она не отвечает.

— Развод был завершен в декабре, но мы расстались прошлой весной.

— Извини за прямоту.

На этот раз она поднимает обе руки.

— Я понимаю. Я знаю, что все это шок, поверь мне. — Ее язык высовывается, чтобы облизать губы, и она наблюдает за мной. — Могу я тоже спросить тебя кое о чем?

Потирая руки, я киваю. Это справедливо.

— Конечно.

— Ммм… У тебя ведь нет девушки, или жены, или еще кого-нибудь, верно?

Я вздрагиваю и сажусь прямее.

— Нет. Я бы никогда никому не изменил, Харпер. Черт.

Она прикрывает рот дрожащей рукой.

— Извини, но я должна была знать.

Я расслабляю свою позу.

— Нет, все хорошо.

Ее щеки раздуваются, она делает глубокий вдох и морщится.

— Мне жаль, что все это так неловко.

— Не извиняйся. Очевидно, что это не обычный разговор, но мы что-нибудь придумаем.

Этот ребенок определенно не был запланирован, но это не вина ни Харпер, ни ребенка. Малыш. Мой взгляд опускается на живот Харпер.

— Когда ты узнала об этом?

Харпер делает глоток воды.

— На прошлой неделе, вот почему это все еще кажется мне таким сюрреалистичным. Почти каждое утро я просыпаюсь с мыслью, что все это был всего лишь сон, а потом накатывает волна тошноты, как плохое напоминание о том, что произошло, — Она вздрагивает. — Извини.

— Почему ты извиняешься? Ты не сделала ничего плохого.

Ее пальцы водят по краю кружки.

— Я не знаю. Просто кажется неправильным негативно отзываться о ребенке. Это не его или ее вина.

Наклоняясь вперед, чтобы упереться локтями в колени, я пытаюсь поймать ее взгляд.

— Харпер, тебе позволено испытывать чувства по этому поводу, как хорошие, так и плохие.

Ее пальцы перестают играть со стаканом, и она поднимает на меня взгляд.

— Кажется, с тобой все в порядке.

Я смеюсь над ее словами, что на самом деле приятно.

— Я думаю, что я все еще в шоке.

— Да, я это понимаю.

— Не говоря уже о том, что да, моя жизнь изменится, когда я стану отцом и все такое, но я не из тех, кто должен вынашивать ребенка в течение следующих девяти месяцев, а затем рожать его. На данный момент у меня легкая работа и достаточно времени, чтобы привыкнуть к этой идее.

— Думаю, ты прав.

Склонив голову набок, я смотрю на нее. Действительно смотрю на нее. Она все такая же красивая, какой я ее помню, но впервые становится очевидно, насколько она молода при дневном свете по сравнению с тусклым освещением в баре и гостиничном номере. Ее макияж сегодня тоже не такой густой.

— Харпер, сколько тебе лет?

— О… э-э-э…

Я наблюдаю за ней, пока она ставит стакан на стол. Мои мышцы подергиваются, когда она откашливается и прикусывает губу.

— Ммм, моложе тебя?

— Ты знаешь, сколько мне лет?

Она кивает.

— Тридцать пять.

Легко найти информацию в Интернете, так что я не удивлен.

— Насколько моложе? — Мой тон резче, чем предполагалось, и ее глаза расширяются.

Она быстро берет себя в руки, и огонь, который я заметил в ее глазах на Новый год, разгорается с новой силой.

— Мне двадцать четыре.

На этот раз я хрустнул костяшками пальцев, и громкий звук разносится по тихой комнате.

Я на одиннадцать лет старше ее.

Харпер вздергивает, подбородок слегка дрожит, в ее блестящих голубых глазах читается тихий вызов.

— Это будет проблемой?

6

Я не могу сказать, о чем думает Райан. Это может быть что угодно: от того, что Харпер — сумасшедшая, и я собираюсь сейчас же вышвырнуть ее из дома, до простого "вау, она намного моложе меня".

Думать о том, чтобы прийти сюда и сказать Райану, что мы сделали ребенка, и перебирать в уме все возможные реакции — это одно, но на самом деле сделать это и сидеть напротив него — это совершенно другой сценарий.

Хотя я не могу отрицать, что он все еще так же красив, как и тогда, когда я впервые встретила его. Если у нас будет мальчик, я надеюсь, что он будет похож на него. Генетика, похоже, сильна в его семье, по крайней мере, если судить по его брату. Он как более молодая версия Райана.

Мой нос дергается, а на глаза наворачиваются предательские слезы. Глядя на свои колени, я пытаюсь отключить этот нежеланный поток. Я уже знаю, что эти чертовы гормоны сотворят для меня нелегкий день.

До этого еще целая жизнь, но одна мысль о том, чтобы на самом деле увидеть и подержать на руках своего ребенка, каждый раз вызывает у меня эмоции.

В поле моего зрения появляется салфетка, и диван рядом со мной прогибается.

— Мне очень жаль. Я не хотел показаться идиотом.

Между моими всхлипываниями вырывается раздражение, и это немедленно сказывается на небольшом весе, который поселился у меня в груди с тех пор, как я узнала о беременности.

После того, как я высмаркиваюсь очень не по-женски, снова контролирую свое дыхание, то смотрю на Райана. Он близко, достаточно близко, чтобы я могла ощутить его пьянящий аромат, который я сразу узнаю по